От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

– Мы подозреваем, что на отмель нанесло кучу говна.
– С тобой все время какое-то говно, – сварливо сказал механик.
Йонге подобрал обертку от гелиокса, сиротливо катавшуюся под ногами, скомкал и прицельно пульнул. Сайнжа закончил с креплениями ласт, выпрямился и пошлепал на месте.
– Главное, чтобы в вашем говне была вода, умансоо.
Под полом загудело, Фелиция сыграла посадочную мелодию – и тут же под ногами вздрогнуло. Гулкий скрежет распрямляющихся опор прокатился по всему доку, челнок вздрогнул еще раз и замер. Йонге потопал, чувствуя перекошенность. С легким скрежетом “Фелиция” выправилась.
– Анализ атмосферы? – уточнил Йонге.
– Неизменен, первый пилот. Влажность – девяносто пять процентов, рекомендуется надеть маски.
Сайнжа быстро закрепил дыхательные трубки. Йонге подтянул “намордник”, опустил маску и сделал глубокий вдох. В легкие хлынула морозная свежесть с запахом цитрона.
Пленка на заднице подумала и наконец-то отклеилась.
Пандус запасного выхода опустился – и даже сквозь костюм тут же нахлынула влажность. Липкая и душная – обняла все тело, сдавила голову. Сайнжа глухо и недовольно заворчал и первым двинулся к выходу. Ласты громко шлепали, на ходу яут размахивал руками и высоко задирал колени. Йонге хмыкнул, тут же слегка поперхнулся и сосредоточился. В ухе щелкнуло.
“Я твой скутер тащить не буду”.
Передача звучала тихо, но четко. Йонге развернулся, увидел, что Рудольф все-таки тащит оба агрегата, и поспешил на помощь.
“Сначала покружим под поверхностью, – сказал Рудольф. – Приноровимся, проверим, у кого вестибулярка слабая”.
“Во что ты меня втравливаешь, а?”
“Глубинный наркоз, потеря ориентации и прочие занимательные вещи!”
“А положительные моменты будут?”
“В любой ситуации – выдыхай. Куда пузырьки пойдут, там и поверхность”.
На самом пороге пандуса Йонге чуть не споткнулся о собственные ласты, выровнялся в последний миг и вскинул взгляд. Удивленный присвист вырвался сам собой и тут же сдох в маске. Не выдержав, Йонге даже поставил скутер на ребро.
Остров уцелел, хотя и лишился изрядной доли величия. Монументальная гора превратилась в потрепанный сноп, украшенный торчащими клочьями.
Часть щупалец шарила по воде, и Йонге увидел, как медленными, неуклюжими движениями они пригребают расшвырянные клочья растительности. Подтаскивая их к себе, остров утягивал добычу вниз. Пара минут – и щупальце снова появлялось на поверхности.
Йонге оттянул маску и потыкал напарника в бок.
– Глянь!
Рудольф мотнул головой, но затем все-таки вытянул шею и пригляделся.
– Кормится, – уверенно сказал он. – Как это… фитоканнибализм?
– Как бы оно нашу рыбу не заканниба… тьфу, не сожрало.
– Не сожрет. А вон и платформы… Смотри, работают! – в голосе Рудольфа слышалось чистое восхищение. – Ты глянь, они шторм пережили, и хоть бы хны!
Сайнжа, сидевший на самом краю погрузившегося в воду пандуса, оттолкнулся обеими руками и шумно ушел под поверхность.
Вернув маску на место, Йонге решительно устремился следом. Пандус скользил под ластами, и Йонге все ускорял шаг. Последние полтора метра он буквально пробежал. Толкнул скутер вперед, и сам шлепнулся в воду животом с размаху.
Мгновенное неприятное чувство проваливания охватило до кончиков пальцев: соленая, но перенасыщенная кислородом вода охотно утягивала в глубину. В два мощных гребка добравшись до скутера, Йонге лег грудью на “подушку” и покрепче вцепился в руль.
“Не трусь, не утонешь!”
Отвечать Йонге не стал, сосредоточившись на попытках разглядеть что-нибудь внизу. В воде висели тонны мусора. Будь костюмы и фильтры не столь совершенными, Йонге категорически запретил бы все погружения. Пока же оставалось волноваться только за яута. Гораздо более тяжелый, тот уже скрылся в мрачной глубине. Йонге опустил лицо в воду, пытаясь рассмотреть хотя бы отсвет фонаря, но не преуспел.
“На поясе управление, пощелкай”, – велел Рудольф.
 
Повторив указания, Йонге почувствовал, как опять проваливается. Скутер просел, затем встал дыбом, и первый пилот яростно вцепился в рукояти. Катушки работали как стабилизаторы, только слабее в приличествующие миллионы раз.
Браслет на запястье успокоительно подмигивал. С трудом решившись оторвать руку от руля, Йонге осторожно ткнул в иконку, и на стекле маски тут же отобразилась чертова куча данных. Отбросив лишнее, Йонге сосредоточился на показателях глубины. Метр, два, три…
“Уши!” – предупредил напарник.
Автоматически продув уши, Йонге задышал ровно по учебнику. Перепады давления в шлюзах при стыковке были делом обычным, и погружная продувка ничуть не отличалась от обычной.
Десять метров.
Движение прекратилось. В маске подрагивала голубая линия принудительной остановки. Муть успела чуть рассеяться, а Фелиция исправно подкручивала зрение, поэтому видимое пространство вокруг медленно и торжественно расширялось.
Рудольф поравнялся с ним и толкнул в плечо. Повернувшись, Йонге заметил свет в глубине. Работая ластами, развернулся окончательно, и чуть не забыл, как правильно дышать.
Маяки, ушедшие глубоко в грунт, по-прежнему работали – и катушки тоже. На все двести метров вглубь уходили светящиеся голубые столбы.
“Охренеть. Да это, считай, охранный контур! А проволока моя где?”
Рудольф бултыхнул ластами, и его скутер рванул с места. Йонге повторил бултыхание, спохватился и переключился на рулевое управление.
Скутер тащил его с удивительной силой, и это очень сильно отличалось от увеселительных заплывов на Эйрике. К моменту достижения столбов Йонге готов был признать, что порядком вспотел. Хотя, не стоило исключать нагрев воды от чудовищного количества энергии.
Скосив взгляд на показатели, Йонге с сожалением убедился, что все-таки запыхался лично он. Фелиция не регистрировала кипячения.
“Видишь кого-нибудь?”
“Глухо”.
“Тогда ныряем”.
“Да погоди ты!”
Рудольф недовольно дернул ногой, но Йонге не отпускал пойманный ласт.
“Во-первых, на двести метров не пущу. Во-вторых, между восемью генераторами – тем более. Лучше я сам тебя удавлю”.
Рудольф придушенно заворчал и яростно булькнул. Йонге показалось, что это должно было выглядеть как рычание, но давление и закладывающие уши помешали напарнику выступить во всем блеске.
“Ладно. Поворачивай наверх, и попробуем вырубить. Эй!”
Продолжая мертвой хваткой держать скользкий черный ласт, Йонге одной рукой направил скутер к поверхности.
Давать напарнику шанс на побег он не собирался.
Широкие, по сравнению с энергетическими стержнями, платформы позволяли подобраться вплотную. На одной уже восседал Сайнжа, бесстрашно болтающий ногами над голубым сиянием. Поднятая маска козырьком закрывала глаза.
– Вы изыскали что-нибудь, умансоо?
От платформ до корабля было всего ничего, поэтому глейтерная связь работала, но все-таки местная атмосфера выдавала коленца.
Йонге опасливо покосился на сияние в воде и оттянул маску.
– Не особо… кха!
– Он меня притеснял и тиранил, – громко сообщил Рудольф.
Сайнжа склонил голову и озадаченно щелкнул.
– Покорение народов?
– Это юмор!
Болтая ластами, Йонге все-таки приблизился к платформе. Рудольф подрулил с другой стороны. Видно было, что ему тоже неуютно, когда под ногами клокочет столько энергии.
Сайнжа подался назад, нашарил что-то за корпусом катушки и резко дернул. Раздался громкий неприятный хруст.
– Мои катушки! – почти взвыл Рудольф. – Ты не охренел?
Сайнжа дернул еще раз и с усилием вытащил добычу.
– Не все пережили, – констатировал он.
Половина Валькирии болталась на вытянутой руке. Вторую руку Йонге не мог рассмотреть – она вплавилась куда-то в корпус. С головы полностью сползла синтетическая оболочка, визор пропал, и металлический череп пялился пустыми сокетами вверх и в сторону.