Его сокровище (ЛП)

Я прижался лицом к ее шее, сжав челюсти.
— Я хотела взять с собой роллаторы, но он сказал, что можно оставить их. Он понес меня наверх, — в ее голосе послышалась небольшая дрожь, и я прижал ее ближе к груди.
— Когда мы пришли, он положил меня на кровать, и было очевидно, что он хочет заняться сексом. Я не была в этом уверена, но, наверное, мне просто повезло, что он вообще нашел меня привлекательной.
Я не смог сдержать гнева.
— Какого черта? — я обхватил ее лицо обеими руками и пристально посмотрел на нее. — Ты самая великолепная женщина, которую я когда-либо видел.
София моргнула.
— Правда?
— Tesoro mio, как ты вообще можешь такое говорить?
Мое сердце болело, когда я оставлял нежные поцелуи на ее лице. Софию прятали большую часть ее жизни, так что я не должен удивляться, что она не знала, насколько восхитительной она была.
Ее пальцы зарылись в мои волосы, прижимая меня ближе.
— Ты бы не предпочел ту, которая не повреждена? — Ее голос был таким мягким, таким хрупким.
Мышцы моей челюсти сжались. Когда мы впервые встретились, у меня были такие же мысли, как и у нее, но я был не прав.
— В следующий раз, когда ты скажешь о себе что-то негативное, я надеру тебе задницу. Ты чертовски идеальна.
— Ты только что угрожал меня отшлепать? — Она томно дышала.
Я отстранился, чтобы рассмотреть выражение ее лица, опасаясь, что увижу в нем страх. Однако все, что я увидел, это страсть и интрига.
— О, детка, тебя эта идея возбуждает? — я крепко прижал ладонь к ее киске. — Твоя милая маленькая киска становится мокрой от этой идеи?
Она закусила губу и покачала головой.
Широкая улыбка расплылась по моему лицу.
— Лгунья.
Ее щеки залились огненным румянцем.
— Не волнуйся, tesoro. Я всегда дам тебе то, что тебе нужно. А теперь закончи свой рассказ.
Мой член твердо прижимался к ее бедру, и я боролся с необходимостью проникнуть в нее, снова и снова заполняя ее своей спермой, чтобы все знали, что София принадлежит мне.
— Это… Эмм… Ну, это быстро закончилось, — сказала она, закрывая глаза. В комнате было достаточно света, и я мог видеть нежный румянец на ее щеках. — Было больно, особо не запомнилось.
— Ублюдок, — хмыкнул я.
— А потом его друг постучал в дверь, ему что-то было нужно. Он пошел поговорить с ним, а я осталась полуголая на кровати. Я не была уверена, что смогу спуститься по лестнице и не упасть, поэтому мне пришлось просто дождаться его.
Чертов ублюдок. Он лишил мою девочку девственности, а затем оставил ее в доме, полном пьяных отбросов. Я использовал все свои уловки в роли Дона, чтобы сохранить ровный голос.
— Сколько?
— Что?
— Насколько долго он оставил тебя одну?
София снова закусила губу, и я нахмурился, освободив ее и проведя большим пальцем по нежной коже.
— Почти час, — прошептала она. Слеза скатилась по ее щеке, и это было похоже на кинжал в сердце. — Наверное, я была очень плоха в постели, раз заставила его сбежать, — она попыталась улыбнуться своей неудачной попытке пошутить, но у нее это не получилось.
— Нет, — сказал я, обхватив ее лицо. — Нет. Ты не возьмешь на себя никакой вины за поведение этого придурка. Он воспользовался тобой и оставил в уязвимом положении, — я тяжело сглотнул. Жизнь, в которой я не показывал настоящего себя, заставила бы меня заткнуться, но она заслуживала от меня большего. — Я бы никогда не поступил так с тобой. Никогда.
Ее пальцы скользнули по моей щеке, цепляясь за щетину.
— Говорила ли я тебе, что мне нравится, когда у тебя есть щетина? — Пробормотала она.
Я ухмыльнулся и потерся своей щекой о ее. Когда она захихикала, то я почувствовал легкий порыв воздуха на моей коже.
— Знаю, что ты не такой, как он, — сказала она. — Просто… Просто я чувствую себя в большей безопасности, зная, что могу уйти, если понадобится.
Прижавшись своим лбом к ее лбу, я сказал:
— Я дам тебе то, что тебе нужно. Но однажды ты поймешь, что самое безопасное место для тебя — это мои объятия.
— Когда ты успел стать таким милым?
 
Я усмехнулся. Даже после той возмутительной истории, которую она мне рассказала, моей груди было легче, чем когда-либо. Я обязательно разберусь с ублюдком, который ранил ее, но сейчас все время только для нее.
Мое сокровище.
Моя жена.
— Черт возьми, не знаю. Что ты сделала со мной? — Спросил я.
Ее кристально-голубые глаза встретились с моими темными.
— Надеюсь, делаю то, что ты делаешь со мной.
— И что это?
— Ты заставляешь меня чувствовать. — Ее губы коснулись моей щеки.
Я застонал, проведя руками по ее спине, пока не обхватил ее большую задницу.
— Черт, ты идеальна. Ты позволишь мне войти в тебя, tesoro? Ты позволишь мне показать тебе, насколько глубоко ты принадлежишь мне?
— Пожалуйста, Маттео.
Ничто не могло подготовить меня к восторгу от того, что я услышу свое имя с ее губ, когда она выгнулась на моем члене. Я крепче сжал ее, желая иметь больше рук, чтобы я мог сразу коснуться каждой части ее тела. Одного раза с ней никогда не будет достаточно. Миллион раз с ней было бы недостаточно.
Я отодвинулся настолько, чтобы снять с нее рубашку и бюстгальтер, обнажив идеальную грудь с красивыми розовыми сосками. Мой член изнывал от ее совершенства. Я поцеловал каждый сосок, а затем и ее живот. София резко втянула воздух, извиваясь. Я отстранился, и она прикрыла живот руками.
— Извини, я знаю, что слишком толстая. Мне было трудно много двигаться, а за последний год я набрала вес и…
Я слегка прикусил ее сосок, заставив шокированный вздох соскользнуть с ее губ.
— Больше никогда не хочу слышать, как ты говоришь подобное дерьмо, — на всякий случай я укусил ее другую грудь. — И перестань пытаться спрятаться от меня. Это неприемлемо, — я убрал ее руки от живота и заменил их своими, лаская и сжимая ее.
— Неприемлемо, да?
— Да. И ты должна подчиняться мне, помнишь?
Она игриво толкнула меня в плечи.
— Ой, прекрати.
— Ты не очень послушная, жена.
— Не знаю, у меня очень послушный характер, муж.
Я ухмыльнулся и одним быстрым движением стянул с нее леггинсы и нижнее белье.
— Я могу быть весьма убедительным, — я продвигался вниз по ее телу, пока не увидел киску. Она была самым красивым, что я когда-либо видел: розовая и влажная, с идеальным треугольником светлых кудрей. София издала небольшой вздох, и ее рука потянулась прикрыть свою киску.
Я прорычал, взяв ее за запястье и осторожно прижав к кровати.
— Не смей прятаться от меня. Никогда, tesoro. Я буду смотреть на тебя, когда захочу и сколько захочу. Твое тело принадлежит мне.
— Ну, тогда и тебе не нужно от меня прятаться, — сказала она, надув губы.
Она потянула мою рубашку, которая в данный момент не была застегнута.
Я усмехнулся, целуя ее надутые губы.
— Ой, ты будешь хулиганкой. — Но я оказал ей услугу, сняв с себя рубашку и наслаждаясь тем, как расширились ее глаза, когда она провела ими по моей груди.
— Тебе нравится то, что видишь?
— Да, — сказала она с озорной улыбкой. — Теперь это, — она дернула меня за штаны, и я шлепнул ее по бедру, но не смог ей ни в чем отказать.
Я снял с себя остальную одежду и лег на нее, наслаждаясь теплом ее кожи на своей. За эти годы я трахал множество женщин, но никогда ни с кем не чувствовал себя так интимно.
— Ты такая красивая, — мои губы скользнули по ее коже, пока я двигался вниз по ее телу, оставляя горячие поцелуи на груди и животе, пока не достиг киски.
Она напряглась.
— Ты собираешься… Я имею в виду, тебе не обязательно…
— София, — сказал я строго, — я буду есть твою киску, когда захочу. Поняла?
Она моргнула и закусила губу, сдерживая улыбку.
— Хорошо, муж.
Я застонал, вдыхая ее запах, потирая щетиной чувствительную кожу внутренней части ее бедра. У меня потекли слюнки, и я не мог больше сдерживаться. Я лизнул длинную линию от входа до клитора, застонав от ее сладкого и соленого вкуса.