Мадин (СИ)

Что ж. Не могу сказать, что служба в этом доме вылилась мне боком. Да, мне было тяжело. Тяжело видеть Мадина, общаться с ним, вспоминать наше с ним прошлое, снова чувствовать к нему то, что я когда-то чувствовала. Я узрела и, наконец, увидела его настоящего и полностью избавилась от пелены прошлого, ведь до этого дня, где-то в глубине души, я была уверена, что все еще люблю его и никогда не смогу быть счастливой с другим мужчиной.
Мне было тяжело участвовать в закулисных интригах кузин, но вышла я из этой грязной игры однозначно победителем. Я получила возможность прооперировать сына, возможность бросить нелюбимую работу и начать новую, любимую. Я получила неплохую зарплату и бонус из рук Самиры. В целом, сейчас на руках у меня было достаточно денег для того, чтобы купить автомобиль, о котором я давно мечтала, начать свое дело и взять жилье в ипотеку.
Боже, я даже не верила в последнее. То есть, неужели у нас с Игорем будет свой дом? Возможность обустраивать его под себя без страха, что уже завтра придется снова переезжать? Я смогу сделать выбрать там обои… Дурная мечта — самой выбрать цвет обоев в спальне. У меня никогда не было такой возможности за всю мою жизнь, а теперь…
Я почти смогла. То есть, я почти вышла победителем из этой истории. Я написала заявление об уходе после разговора с Самирой, получила расчет, собрала вещи и уже покинула дом Шумаховых. Я почти сбежала.
Почти.
Мадин догнал меня у самых ворот, до которых оставалось всего лишь подать рукой. Мне так мало оставалось до того, чтобы уйти и остаться в выигрыше. Но так ведь не бывает, правда?
— Надо же… я всегда думал, что ты лучше. Выше этого.
— И тебе привет, — я остановилась, не подозревая ничего дурного. Поправила ремешок от дорожной сумки и окинула бывшего задумчивым взглядом.
Нет, ничего. Ничего больше не екало, как раньше. Странно, удивительно, но правда. Сердце не замирало, не билось больше быстрее обычного. Руки не потели, желудок не делал кульбит, бабочки не порхали внизу живота. Передо мной был просто человек.
— Я понимал, что ты не хочешь общаться со мной по какой-то причине, но вот никак не могу понять, по какой именно.
— Ты в себе? — раздраженно выдохнула я, понимая, что Мадин сейчас, как обычно будет перекладывать свою вину на кого-то другого. — Причина, по которой я не подпускаю тебя к Игорю ясна даже пню. Ты ему никто. Ты отказался мне дать шанс хотя бы рассказать о нем еще восемь лет назад. На что ты вообще наделся, на что рассчитывал? Что ты весь такой очешуенный, что я брошусь тебе на шею и буду счастлива объедкам с барского стола спустя десяток лет? Ты до такой степени высокого мнения о себе?! Я раньше думала, что корона на голове у твоего братца, а выходит, что ты недалеко от него ушел!
— Вот. Дело в нем.
— Что?!
— Я кое-что нарыл и понял, кто причина всех бед.
— Твоя непроходимая тупость?
— Не знал, что ты опустишься так… низко. Это дешево. И мерзко. С Зауром, серьезно?! — Я похолодела. В смысле… откуда он знал?
— Какое твое дело?! Какого черта ты вообще следишь за мной? Кто тебе давал такое право?!
— Я знал, что у тебя кто-то есть.
— У тебя тоже кто-то есть! — Я махнула рукой в сторону особняка, повышая голос. — Твоя законная жена на сносях, ты бы постеснялся хоть немного!
— Ты мне будешь говорить про стеснение?! Ты спишь с моим братом! Ты понимаешь вообще, как опустилась, когда прикоснулась к нему!
— Что за отвращение к собственному брату?!
— Это Заур!
— И что?! Ты говоришь о нем так, будто не встречал никого отвратительнее!
— Так и есть! Приди в себя, Ева, он никогда не желал нам счастья, он нас разлучил!
— Что?! Ты опять бредешь?!
— Когда ты устроилась к нам на работу, я попросил его достать на тебя информацию, он поменял фото ребенка, чтобы я не узнал о том, что Игорь — мой!
— Что?
— То! А потом я порыл еще немного и выяснил, что фото, которые он мне показывал накануне твоей встречи с незнакомым мужиком в баре — фотомонтаж, а саму это встречу устроил он!
— Не понимаю…
 
— Чего ты не понимаешь?! Ты спишь с врагом! С человеком, который растоптал наше прошлое, настоящее и будущее! Он все подстроил так, чтобы я увидел тебя с другим, чтобы не стал разбираться, из-за него ты попала тогда в больницу и едва не умерла, возможно, из-за его поступка Игорь родился больным! Ты хотя бы понимаешь, кого сейчас защищаешь?!
— Но…
— И все это для того, чтобы утереть мне нос, чтобы показать мне, что он лучше, сильнее, круче. Отбить невесту у брата, что могло умыть меня лучше? Он соревновался со мной, а вы с ребенком едва не погибли! А после этого ты спишь с ним, встречаешься или что там между вами на хрен происходит?!
Меня словно окатили ушатом ледяной воды. Я слышала крики Мадина, видела, как он эмоционально размахивал руками, понимала, что он не врет, но все равно впала в ступор. Для меня это было нехарактерно, но сейчас…
Нет, я никогда не думала, что Заур хороший и я не верила ему, не верила его словам, не верила его поступкам и не верила, что он изменился, тем более, ради меня. Но, наверное, я даже не предполагала, что он мог пасть так низко. Даже для него это было перебором.
В их семейке все стояли друг друга, но каждый раз каждый из братьев доказывал мне, что это еще не предел, можно стать еще гаже, ниже, хуже.
Мадин сейчас тоже пал. Он просто не понимал этого, но он пал в моих глазах точно также, как и Заур.
Один брат делал гадости, мелкие, отвратительные, и, главное, все втихаря, а другой был настолько ведомым, что не смог отстоять свою любимую женщину, не мог отличить ложь от правды. Грош цена такой любви.
— Ты меня слышишь?!
— Мне пора… — прошептала я охрипшим голосом.
Бежать. Нужно было бежать от них обоих, как можно скорее и как можно дальше.
  
54
 
Мне оказалось сложнее принято то, что сделал Заур, чем это ожидалось. То есть… ну я ведь знала, кто это. Я всегда понимала, кто такой Заур. Я понимала, что он не желал мне добра. Он никогда этого не скрывал. Он всегда делал пакости, говорил гадости, но то, о чем мне рассказал Мадин перед уходом из их дома… Почему-то меня повергло это в шок. Головой я все понимала, можно сказать, это было вполне себе ожидаемо, ведь старший Шумахов с первой минуты был настроен против меня, но сердце… оно отказывалось это принимать. Оно отказывалось верить в сказанное бывшим женихом.
Я перестала с ним общаться. То есть, я не смогла больше заставить себя отвечать на его звонки, разговаривать с ним. Не было сил даже объясниться, да и Игоря предстояло скоро забирать домой, мне предстояло сосредоточиться на более важных вещах, поэтому ситуацию с Зауром я просто проигнорировала.
После бесконечной череды пропущенных от него, он дважды приезжал, но я так и не смогла заговорить с ним. Удивительно, но когда Мадин бросил меня ни с чем, я могла больше выражать свои чувства. Я могла плакать, могла кричать, сетовать на судьбу, а в истории с Зауром я оказалась просто опустошена.
Заур приезжал несколько раз, но на все его вопросы, крики и хватания меня за руки, я просто молчала, поэтому он вынужденно уезжал ни с чем. А в очередной из вечеров от него пришло голосовое, в котором он пьяно просил прощения за то, что так поступил. Говорил о том, что не знал, что все так выйдет и, если бы мог хоть что-то изменить, то обязательно сделал бы это. Как я поняла, видимо, он, наконец-то, поговорил с братом, а тот во всем признался.
Для меня все это не играло уже ровным счетом никакого значения. То есть, конечно, это перевернуло мою жизнь, но, что произошло, то произошло. Этого было не изменить. Моя ошибка была лишь в том, что я влюбилась в неподходящего мне человека со страшной родней. А затем позволила себе забыть об этом и поставила близость на первое место.
Зато, Заур в кои-то веки отстал от меня, и я смогла выдохнуть с облегчением. Только вот облегчение оказалось недолгим.