И. О. темной принцессы (СИ)

— Я отойду вон за тот холм? Отойду одна.
Как все вокруг, бугристая возвышенность поросла травой по колено. Лишь возле ручья была каменистая почва с редкой, чахлой растительностью.
Уточнять, для чего потребовалось уединение, мне не пришлось.
— Хорошо, — кивнул герцог, — но для начала Юрай проверит путь.
Упомянутый боевой маг отложил на импровизированный стол в виде валуна кусок копченого окорока и отправился выполнять приказ.
Вернулся через несколько минут, когда его напарник успел умять треть пирогов из корзины.
— Все чисто. Крупных зверей и хищников нет. Маячки на нечисть молчат, — отчитался Юрай.
Форк кивком головы дал разрешение на прогулку в одиночестве.
Сообщив, что опасности нет, стражник слукавил: звериную тропку, по которой я шла, дважды переползали змеи. Может, это безобидные ужи, но сердце мое стучало, как бешеное.
Принцессе с ее даром все поджаривать ничего не страшно, но я-то не умела призывать темное пламя! И мне было не по себе. Невольно вспомнились все несчастные случаи, когда ползучие гады нападали на туристов, снимающих штаны. Ужас, я не хочу, чтобы меня укусили в столь уязвимый момент...
Страшно перенервничав, я вернулась на поляну и застала странную картину.
Серая драконица самозабвенно рылась неподалеку от ручья — песок и камни летели из-под мощных лап во все стороны.
— Что с ней? — спросила тихо у обнаженного до пояса Форка.
Пока я гуляла, он успел освежиться в ручье, но не одеться — застыл с рубашкой, перекинутой через локоть.
— Похоже, она собирается пообедать, — меланхолично ответил он, не сводя взгляда со своего зверя.
Боевые маги весело перешептывались, стоя в стороне, их дракон вальяжно возлежал на солнышке и на крылатую «землеройку» даже не смотрел.
— Кем пообедать? — поинтересовалась осторожно.
Я ведь гуляла вдоль берега, ничего съедобного не увидела. Даже рыбы в мелком ручье не заметила. Дракоша копает корни? Только откуда им здесь взяться? Деревьев и кустов нет, у чахлой травы они настолько тонкие, что даже на один зуб дракона не хватит.
Звероящер издал утробный звук. На миг двурогая морда вынырнула из ямы, а затем молниеносно бросилась вперед.
Хруст. Довольное урчание.
Драконица отступила на несколько шагов, вытаскивая из ямы… змею. Большущую! Серо-бурую, как окрестные валуны. Бешено извивающуюся гадину поистине внушительных размеров. Земная анаконда с ее пятью метрами померла бы от зависти…
— Не дрожи, Лина. — Мне на плечи легли широкие ладони. — Принцесса не имеет права показывать свой страх.
Предупреждение и прикосновения Форка вернули к реальности.
Я выдохнула, медленно успокаиваясь.
Ну, змея, подумаешь, гигантская… В этом мире драконы водятся, вот кто поражает по-настоящему!
Стоило мне расслабиться и попытаться сбросить с плеч руки Форка, как он вкрадчиво зашептал на ушко:
— Это ночной наскальник. Нападает в темноте. Вонзает загнутые зубы и мгновенно оборачивается вокруг жертвы, ломая ей кости.
Мне стало дурно. Ноги ослабели, и я прислонилась к магу.
Он с готовностью обнял и чуточку насмешливо добавил:
— Моя Змейка их обожает и ни за что не пройдет мимо.
Сознание чуть прояснилось, и я отстраненно уточнила:
— Поэтому и называешь ее Змейкой?
— Она сама выбрала себе имя.
Драконица с аппетитом трещала наскальником, время от времени помогая себе лапами. Вспомнилось, что крылатые ящеры всеядны, а конкретно эта особь еще и гурман.
Хруст змеиных позвонков действовал на нервы, и я торопливо предложила:
— Может, не будем мешать ей трапезничать?
Форк хмыкнул, но повел прочь от обедающей драконицы. Недалеко…
Выпустив мою ладонь и отшвырнув рубашку, маг кинулся влево. Резкий наклон к земле — и в крепких руках забился еще один наскальник. Меньше первого вполовину, но все равно опасный.
Мускулы на руках и рельефном торсе Форка напряглись, очерчиваясь резче. Удерживая вертлявого гада одной рукой за голову и второй — за хвост, он отнес случайную добычу дракону боевиков.
Зеленый, поняв, что и ему деликатес привалил, оживился, затоптался на месте, как собака в ожидании корма.
 
Боевые маги наблюдали за действиями герцога молча, с явным неодобрением. А Юрай, пожалуй, даже с плохо скрытой завистью. Эмоции окружающих я считала отстраненно, переживая очередное потрясение.
Боги, я говорила, что перелет через горы скучный? Я пошутила, не надо меня больше развлекать!
Когда драконы доели, герцог сообщил, что нам пора в путь.
Охрана собралась быстро, а вот со мной, точней с моим седлом возникла проблема.
— Дефект сбруи, — недовольно сообщил Форк. — Хорошо, что заметил.
— Если бы не заметил, то я бы свалилась во время полета? — предположила, и сердце замерло от страха.
Драконы огромны, и седло крепилось иначе, чем на лошадях: ремень не проходил под брюхом, а цеплялся на кольцах, вбитых прямо в лишенные чувствительности роговые наросты на боках. На Змейке сейчас было два двухместных сиденья, каждое установлено отдельно.
Форк на прямой вопрос не ответил, поставил перед фактом:
— Я не буду возиться с твоим седлом, пересаживайся ко мне.
И снова система удерживающих ремней. Форк тщательно проверял каждый, находясь возле меня непозволительно близко и долго — я ощущала легкое дыхание на своих губах. И смущающая близость сейчас несказанно деморализовала.
Чтобы не смотреть на отточенные движения длинных пальцев и сосредоточенное лицо мужчины, принялась разглядывать гостеприимную поляну, можно даже сказать, хлебосольную для наших драконов.
Поймала долгий взгляд хмурого Юрая — и оторопела. Боевик смотрел в нашу сторону с ненавистью. Нет, мне не привиделось. Разве так должен смотреть охранник на свой объект?
Нужно предупредить Форка.
Стало неприятно, захотелось оказаться далеко-далеко. Это мое личное опасение? Или снова включился дар богини, предупреждающий об опасности?
Когда Форк занял соседнее место, я тихо обронила:
— У Юрая странный взгляд. Он ненавидит тебя или меня?
— Не беспокойся об этом, — отозвался маг и приказал Змейке взлетать.
Как не беспокоиться?.. Охранник ведет себя неприемлемо!
Теперь полет не казался мне обыденным: я отметила еще одну странность: Форк старался держаться справа от магов, то есть так, чтобы я была скрыта его собственным телом. И щит. Я не разбиралась в магии, но структура зеленоватого купола точно изменилась — он стал плотнее?
Неужели… неужели Форк готовился к нападению?
Ожидание боя хуже самого боя, тем более драться предстояло не мне.
Но шло время, и ничего не происходило. Все то же ясное безмятежное небо, ровно летящие драконы, и я… я позорно уснула.
…Туман — молочная река, омывающая мои ноги. Руки сжимали призрачные веревки. Вверх-вниз. Полет ввысь сменялся падением. Я каталась на качелях, подвешенных над пропастью на невидимых столбах.
— Напоминает человеческую жизнь, не правда ли? — меланхолично произнесла Гармония, сидящая по соседству на точно таких качелях, как и я. — Взлет — падение. Удача — поражение. Радость — грусть. Люблю качели. А ты, Каролина?
Богиня не отрывала взгляда от бездны с клубящимся туманом.
— А я… я не знаю.
— Плохо, — без эмоций произнесла Гармония. — Нужно понимать свои чувства, иначе не заметишь, как влюбишься не в того.
Я словно в полынью провалилась — все тело обожгло холодом. Потрясение, неожиданное, невероятное по силе, сжало горло.
— У тебя был шанс сблизиться с Себастьяном до отбора, и ты его упустила. Ты смотришь не на того мужчину, Лина.
Богиня недовольна, хоть и скрывала свои эмоции.
— Не смотрю… даже и не думала. — Я говорила с трудом, преодолевая сопротивление голосовых связок.
— Ты ему сочувствуешь — с этого все и начинается. Восхищение, приправленное капелькой жалости, ведет к ненужной влюбленности. А тебе нужен будущий король, Лина, только он спасет мир от гибели.