И. О. темной принцессы (СИ)

— Кстати, ты забыл, что я здесь ненадолго? Выйду замуж и сразу верну тело настоящей владелице. Меня ждут дома, на Земле. Очень ждут, ясно?
В ответ — молчание.
Я обернулась. Герцог спал, растянувшись на кровати по диагонали, забыв надеть рубашку. Под глазами тень то ли от длинных ресниц, то ли от усталости. Черты лица во сне мягче и приятней. Сейчас и не скажешь, что он ершист и груб, а еще умеет прицельно уколоть словом. Да и вообще не подумаешь, что злой темный маг.
Поколебавшись, накрыла Форка шелковым покрывалом — ему теплее, а мне спокойнее, взгляд больше не притягивает магнитом роскошный торс. И нет, это точно не влюбленность. Красивый человек, как произведение искусства, сложно не рассматривать.
Покидать комнату без Форка не хотелось — страшновато с такой «замечательной» охраной, как у меня. Ах да, я забыла рассказать о выходке боевиков, а ведь это важно.
Помаявшись без дела, я достала из небольшой дорожной сумки «Прикроватные записки леди» и устроилась в кресле просвещаться.
Я открыла на случайной странице и пропала — азы придворного флирта захватили в плен. Я слышала о тайном языке цветов и особой игре веером, но то, что предлагали «Прикроватные записки леди», поражало воображение. Флирт зонтиками, книгами, карандашами, носовыми платками и даже глазами!
Принц подмигивает дважды, а затем вскидывает бровь? Нет, он не мучается нервным тиком, а на прогулку приглашает!
Только подозреваю, что автор книги порой подтрунивал над своими читателями, выдумывая неимоверные правила и шифры. Ударить себя книгой по лбу. Разве это может означать «я без ума от любви»? Скорее, «ох, память дырявая, я что-то забыла».
А покусывание перчаток, уголков книги?.. Это же неудобно и сразу привлекает внимание!
За веселыми «Прикроватными записками леди» незаметно пролетело время — солнце клонилось к закату. В комнату робко постучали, и писклявый голос Зеллы сообщил, что нас приглашают на ужин, который состоится через два часа.
— Уже вечер? — Форк вскочил с кровати.
Целых два часа до ужина, а Зелла уже приперлась и разбудила мне герцога! Негодяйка, а не леди, одни неприятности от нее.
— Уже вечер, — подтвердила очевидное, с любопытством рассматривая проснувшегося Форка.
Взлохмаченный после сна темный маг — зрелище, которое не стоит видеть врагам, иначе перестанут опасаться.
— Почему не разбудила?
— Ты устал после боя, тебе нужен отдых. Разве я неправа?
— Придется перенести отлет на утро. И кто-то снова будет спать возле камина, —сообщил герцог, превращаясь в привычную язву.
— Можем поменяться, — предложила я. — И, вообще, Себастьян все еще здесь, без него отбор невест не начнется.
Форк не стал спорить.
Во время ужина я услышала всю историю драмы Изумрудного перевала. Лорда Айзента попросили отдать дочь и уйти на покой, освободив место хранителя. Зять-самовыдвиженец считал, что сделал выгодное предложение, навязывая себя, бесценного, и маленькую армию из таких же, как и он, полукровок.
Лорд Айзент отдавать дочь Кельмиру, не способному на оборот, не собирался, и однажды был захвачен горах. Но даже после долгих уговоров, угроз, избиений своего решения не изменил.
Затем свою минуту славы пережил жрец местного храма Гармонии. Он в красках поведал, как явился Кельмир и потребовал подготовить свадебный обряд. Невеста, которая в тот день заглянула в храм помолиться за пропавшего отца, явно не собиралась замуж. Поговорив с ней, жрец убедился, что взаимности нет, и Кельмир выдает желаемое за действительность. Выслав вестник в столичный храм с сообщением о неучтенной невесте, жрец попытался проследить за Кельмиром. Неудачно. Он даже толком испугаться не успел — за ним и лордом прилетел дракон принца…
После ужина хранитель перевала решил проводить высоких гостей к их спальням, точнее, одной на двоих — перья в моей все еще не убрали, как будто это не герцог с принцем, а горничные сражались с захватчиками и оттого сильно устали. Впрочем, проводить ночь в одиночестве я бы и не решилась.
— Ваша светлость, я до конца жизни буду признателен за спасение семьи, — хранитель поклонился. — Примите сей скромный дар в знак моей вечной благодарности.
 
Он протянул бархатный мешочек с чем-то тяжелым.
Герцог отказываться не стал, достал его содержимое — серебристый медальон с синими прозрачными камнями. Крохотные искорки побежали по украшению, когда оно коснулось голой кожи мужчины. Вещица оказалась напитана магией.
— Я принимаю ваш дар, лорд Айзент.
Когда остались одни, я с удовольствием ввернула шпильку:
— Принцу лишь словесная благодарность, а тебе — явно дорогой артефакт? Выгодно быть темным, поговорка не врет.
Форк невозмутимо убрал новую игрушку в свой бездонный сундук и преспокойно объяснил:
— В случае отказа лорд Айзент решил бы, что я претендую на его главное сокровище — дочь.
Прям как в наших сказках, когда за спасение королевства полагается его половина и рука принцессы в придачу.
— Зелла тебе совсем не нравится? — не удержалась я от вопроса.
Форк обернулся. В глазах застыл мрак.
— Я не планирую жениться. Никогда.
Чуть не спросила, почему, но вовремя вспомнила, что Форк — вечный раб короля.
Прошла ночь спокойно, никто не пытался меня убить. И спала я, разумеется, в постели, к камину меня не пустили.
Прощание с семейством хранителя Изумрудного перевала прошло тепло. Нам пожелали легкого пути и наделили провизией для быстрого перекуса в горах.
Зелла также поблагодарила принца за спасение — вручила корзинку с пирогом, который приготовила лично.
— Ваше высочество, благодарю вас! Если бы не вы… — она всхлипнула напоказ. — Мне стыдно, что я пыталась прикрыться статусом вашей невесты. Поверьте, это честь, которой я была бы рада…
Зелла запнулась. Ее лицо утратило краски.
— Жжет... мама! — ойкнув, она схватилась за плечо.
Леди Айзент, бросилась к дочери, кудахча, как наседка.
Вскоре рукав платья Зеллы был разрезан, и присутствующие увидели метку Гармонии.
— Кажется, богиня услышала ваше желание стать моей невестой, — принц широко, белозубо улыбнулся.
Зелла разрыдалась. От счастья, полагаю.
— И у богов есть чувство юмора, — прокомментировал Форк.
— О, ты даже не представляешь, какое, — мрачно отозвалась я.
  
Глава 9. Драконий зов
 
Летать на самолете мне нравилось больше, чем на драконе. И дело не в комфорте — под магическим куполом, не пропускающим холод и порывы ветра, сидеть за широкой спиной герцога удобно, и я себе еще ничего не натерла, кроме глаз, если так можно выразиться.
После Изумрудного перевала, который по цвету оказался буро-серым, но зато с месторождением благородного самоцвета, ничего интересного я не заметила. Голубое бесконечное небо и темные горы, часто скрытые туманом.
Пришлось напрягать глаза в попытке рассмотреть хвойные леса и редкие долины с озерами и водопадами. Но вскоре и они приелись.
Нет, однозначно, летать на самолете интересней: можно разглядывать пассажиров, с кем-то познакомиться, поругаться, почитать книгу. Даже кормят прямо в небесах.
А еще я дико боялась летать, и страх, странное дело, сокращал для меня перелет.
На драконе чувство опасности притупилось быстро. Ящер разумен, помогает всаднику выбирать лучший путь, и у него точно не откажет мотор. Точнее у нее. У графитовой драконицы Форка было интересное имя — Змейка. Почему, ее хозяин не объяснил.
— Спускаемся, — сообщил герцог, не поворачивая головы.
Драконица сложила крылья и камнем рухнула вниз. Я сразу забыла о скуке!
Не успела завизжать — Змейка выровняла полет, раскрыв крылья.
Справа мелькнул темно-зеленый ящер, обгоняя. Охрана спешила первой приземлиться на огромную поляну.
Судя по руладам, которые выводил мой желудок, время обедать. И для этого, как и обещал Форк, мы сделали остановку.
Перекусив и размяв ноги, гуляя возле ручья, я поняла, что не хочу возвращаться в небо. А еще мне требовалось уединение в кустиках.