Пермский Губернский. Паритет (СИ)

— Ага! ЩАС! — возразила Ириска: — Мы — горничные! И мы должны служить. Так что, давай-ка без этого.
— Ну, и скукотища… Хотя, ночью мне никто не помешает проникнуть к Хозяину в кровать! Хе-хе-хе…
Некоторые проблемы решаются сами собой. Это факт. Но к великому сожалению, такое бывает крайне редко. Я бы даже отнёс это к флюктуации среди проблем.
Неужели можно спокойно продолжать решать все поставленные вопросы, не отвлекаясь на разработку плана по выселению Ксюши? Шикарно! Жаль только, что массаж она мне так и не доделала. Ибо в этих изящных ручках был такой потенциал. Прям — ух!
Но, ничего. Это я, как-нибудь переживу.
Теперь только хотелось понять, чего там старший Артов удумал? Неужто хочет воспрепятствовать моей сделке? И если да, то почему? Ибо миллиард рублей на дороге не валяется. С этим финансовым вливанием я мигом обновлю всё оборудование, закрою долги и восстановлю гоночную лабораторию для будущих свершений. И надо бы потихоньку формировать управленческую элиту завода. Не буду же я торчать тут вечно, правда?
Но это чуть позже.
А пока я с довольной физиономией распластался на кровати.
В квартире, как будто, даже стало немного тише…
— Теперь гостевая — моя! — воскликнула Голубика, влетев ко мне в спальню.
— Нет, моя! — злобно прорычала Ириска, забежав следом: — Я старшая горничная! Ты мне должна уступать!
— Ладно… Тогда, давай устроим соревнования!
— Давай!
А, нет. Показалось…
* * *
Новый день — новая аудитория. И, признаюсь честно, меня очень радовало, что сегодня не было пар у Шаляпина. Даже несмотря на то, что нам с ним предстояло заниматься на дополнительных уроках. Кажется, здесь это называлось «факультативом».
Аудитория 93 находилась на шестом этаже правого крыла, и больше напоминала огромную оранжерею. Из того, что мне очень приглянулось — стеклянная крыша и невероятное количество различных растений.
— Как жизнь? — Давид сегодня был в крайне приподнятом настроении.
— Отлично! Я избавился от приставучей девушки.
— Правда? Даже не знаю, радоваться за тебя или нет…
— Честно — поначалу даже было немного грустно. Но потом я вспомнил, что свобода слаще и стало намного лучше.
— Свобода? А, как же брак с Госпожой Артовой? — Давид, зачем-то сделал селфи с огромным розовым цветком, которому данное действо не понравилось, и он шлёпнул парнишку огромной веткой по плечу: — Эй! Чего не так⁈ Я знаю, что ты редкий!
— Думаешь, он тебя слышит? — с сомнением спросил я.
— Слышит. — за Давида ответила Кристина, которая на этот раз сидела намного ближе ко мне: — Хелиантус Корниворус. Или — «Подсолнух плотоядный». Относится к виду волшебных растений. Среди учёных бытует мнение, что у него есть органы слуха, но научно это не доказано. Знаменит своими уникальными лечебными свойствами и очень строптивым характером. Не переносит ярких вспышек, нарушение личного пространства и надоедливых армян.
— Какое плохое зло я тебе сделал, Кристина-джа-а-а-а-ан⁈ — последнее Давид специально сделал со специфическим акцентом.
Но Семенчук, ничего не ответила, а лишь спряталась за огромным учебником по целительной магии.
— Так вот, что там у тебя с Госпожой Артовой? — парнишка снова переключился на меня.
— Ты не понимаешь. Это другое.
— Да, неужели? Ыть! — усмехнулся Давид и вновь потянулся к цветку. Подсолнух терпеть такого отношения не стал и дал армянскому Репейнику знатного леща мощным листком: — Ай! Недотрога… Люблю таких.
— Фу… — Кристина выглянула из-под учебника и с омерзением посмотрела на парнишку.
— Почему все так рьяно обсуждают наши отношения с Артовой? — поинтересовался я.
— Это же сенсация! Считай, самые обсуждаемые первогодки Полимага стали парочкой. Это же невероятно! Но завидно, что аж пипец… Однако, ничто не сможет мне испортить настроение сегодня.
— С чего бы?
— Друзья мои! Всем сесть на свои места, ибо начинать мы будем быстро. — в аудиторию уверенным шагом вошла обворожительная молодая девушка в очень экстравагантном обтягивающем платье зелёного цвета, что больше напоминало ниспадающую виноградную лозу. Её ярко-красные волосы очень контрастировали с белоснежной кожей и тёмно-синими радужками глаз. Но больше всего мне понравился голос преподавательницы. Как будто с нами разговаривала очень добрая мама. Таким ласковым и одновременно немного весёлым голоском: — Меня зовут Марта Владимировна! И я буду вашим преподавателем по целительной магии и магической ботанике. И не надо на меня так удивлённо смотреть! Даже ликвидаторам необходимо знать все нюансы волшебной флоры.
  
Только вот, парни смотрели отнюдь не удивлённо. От них исходил поток очарованности, обожания и даже лёгкой влюблённости. Кажется, это такой фетиш на молодых преподавательниц… Но я не местный. Потому не особо понимаю. Хотя, да. В юном теле, что-то определённо расцвело.
— Но основным направлением будет, конечно же, целительная магия. Без азов ликвидаторам придётся не сладко! Потому, сегодня мы начнём теорию. И к началу второго курса уже полностью перейдём к практике. Старосту уже выб… Господи! — Марта Владимировна с ужасом посмотрела на меня: — Есения! Ну, что началось-то⁈
А я тем временем уже раскрыл тетрадь для конспектов и красивым почерком вывел дату и название пары. Но стоило мне поднять голову, как я тут же почувствовал дыхание на своей голове.
Что-то не припомню, чтобы у нас в группе училась Есения…
— Господин Осокин! Не бойтесь. Она у нас ручная и не причинит вам вреда. Просто не шевелитесь…
От слов преподавательницы мне стало совсем некомфортно. Как тут не шевелиться, если нечто сейчас активно дышит мне в затылок⁈
Аккуратно повернувшись, я заметил куст с белыми цветами. Он в наглую подтянулся ко мне и начал обнюхивать. А затем и вовсе прилёг ко мне на плечо.
— Обалдеть… — прошептала Кристина: — Это же Морте Полита! Убийца Нежная… Они притягиваются на мощное энергетическое поле! Ученые предполагают, что это растение обладает вирго-обонянием.
— Название не вселяет в меня уверенность. — усмехнулся я: — Да и его способности — тоже.
— Так! Есения! Это, что такое⁈ — возмущённо произнесла Марта Владимировна, и выхватив из квантового кармана брызгалку, принялась пшикать на белые цветы. Куст был возмущён до глубины души! Причём, без шуток — я это чувствовал.
Конечно, мне и раньше попадались разумные растения. Но я уж, никак не ожидал увидеть, нечто подобное здесь. Искренне верил, что всё остановится на золотых яблоках, да заряженных деревьях…
Тяжко вздохнув, куст погладил меня по щеке белым цветком и вернулся обратно в исходную форму.
— Вот! И сиди там! Развратное растение… Ишь! — пригрозила Марта Владимировна. Куст всё понял. Куст безмолвно извинялся. Вот это реально — обалдеть. Растения с… эмоциями.
— Итак, вернёмся к нашей теме. Кто ответит мне, чем полезна целительная магия для боевиков?
Кристина тут же подняла руку.
— Давайте, Госпожа Семенчук! Я в вас даже не сомневалась!
— Чтобы распознавать слабые места и болевые точки противника, и затем применять это на практике. Иначе — для пыток врага.
— Правильно! — радостно ответила Марта Владимировна.
— Извините… Госпожа Семенчук! — Бобс поднял руку, и, что странно, обе девушки повернулись к нему: — Я к Марте Владимировне обращаюсь. Можно?
— Конечно, можно.
Сестры? Да, что-то схожее в них есть. Если снять с Кристины окуляры, а волосы перекрасить в ярко красный, ну и поработать немного с фигурой — будет точная копия Марты Владимировны. Как-то, слишком много у Кристины здесь родни. Отец. Старшая сестра. Не удивлюсь, если потом в Полимаге найдутся её мать, бабушка и дедушка. Чтобы, так сказать — закрыть «Роял-флеш».
— Почему Нежная убийца потянулась к Осокину? У него же всего одиннадцать баллов… Я не в претензию к Фёдору Александровичу! Просто, здесь есть маги и посильнее. — поинтересовался Бобс.