Пермский Губернский. Паритет (СИ)

— Кх-х-х-х… — выдохнул я: — Кажется, у меня лопнула селезёнка…
— Эй!!! — возмутилась супергероиня: — Ты намекаешь, что я жирная⁈
— Вообще, нет…
— Намекаешь! Получай!!! — она принялась меня щекотать. И это было… очень необычно.
— Не трогай его! — возмутилась Ксюша и начала щекотать Голубику. Та захихикала, и попыталась вырваться, попутно едва не сломав мне нос.
Так бы всё это и продолжалось, если бы не уверенный стук в стекло.
Все тут же остановились, а затем медленно повернулись к окну.
С другой стороны, сидела огромная сова. Кажется, это был филин. Она очень недобро смотрела на нас. Я бы даже сказал — с видимым осуждением.
— О, нет… — с ужасом выдохнула Ксюша.
— Что такое? — поинтересовался я.
— Это Госпожа Котецки. Начальница службы безопасности дворянского дома Артовых…
Вот, как знал, что надо было занавесить шторы.
 Глава 3 
Злобная сова продолжала недовольно смотреть на нас, а мы на неё. При этом, сидя друг на друге в очень специфической позе.
— Вы там припухли⁈ — птица распахнула огромные крылья и издала очень странный звук. Писк, сипение и урчание одновременно!
— Давайте притворимся, что не заметили её? — предложила гениальную идею Голубика.
— Она смотрит на нас. И крыльями машет… Боюсь, что не получится. — тихо ответила Ириска: — И, вообще, совы же видят любые объекты? Только земноводные и рептилии реагируют на движение!
— Ещё один гений. — усмехнулся я: — То есть, ты в виде собаки тоже видишь всё серым?
— А… Оу… Я об этом даже не задумывалась.
— Я всё слышу! У вас не выйдет скрыться! — запротестовала сова и вновь раскрыла огромные крылья: — Госпожа! У меня к вам разговор!
— А давайте притворимся, что увидели, что-то другое? — вновь предложила Голубика: — Я сейчас аккуратно пролечу под потолком и закрою шторы. М? Круто же?
— Я сейчас окно выбью! — распушившись в огромный пернатый шар, недовольно воскликнула сова.
— Ладно. Слезайте. Мы всё равно уже спалились. — вздохнул я, и аккуратно распихав всех в стороны, направился открывать.
— Наконец-то! — Госпожа Котецки залетела в квартиру и тут же прыгнула на Голубику: — Госпожа! Я, что-то не поняла… У вас с Хозяином был чёткий уговор!
— Прошу меня простить, но вы ворвались в мой дом, даже не представившись. — строго произнёс я: — У нас, дворян, принято спрашивать разрешение и представляться, прежде, чем входить.
— Молодец. — сова развернула голову ко мне: — Целестия Котецки. Первая помощница Господина Артова и защитница Первой Ветви рода Артовых. А залетела в дом без приглашения только потому, что Госпожа дала слово, а теперь беспринципно нарушила его!
— По поводу?
— Что ни при каких обстоятельствах не окажется с вами в одной кровати!
— Технически — это диван. И мы были под присмотром старших.
— Извращенки и старой убийцы? Хорошие надзиратели. Надёжные! — фыркнула Котецки: — А где ваш опекун, Госпожа? Я что-то её здесь не наблюдаю.
— Тут! — в гостиную запыхавшись прибежала белая кошка: — Я всегда рядом, Госпожа Котецки.
— Рядом⁈ — сова снова раздулась в огромный пернатый шар: — Юная Госпожа уже во всю предаётся разврату! А ты — РЯДОМ?!?!
— Ничего она не придаётся! — возмутилась Беллз: — У меня всё под контролем!
— Я видела, как всё у тебя под контролем. В общем, это прямое нарушение слова данного отцу. Поэтому, я вас немедленно забираю! И эту белую мохнатую бездельницу тоже!
— Но Госпожа Котецки! У нас с Фёдором Александровичем — спор! — нахмурилась Ксюша: — Если я уеду в неположенный срок — наш контракт будет аннулирован! Я тоже дала Фёдору слово.
— Хорошо, что хоть только слово. — хмыкнула сова и залетела к Ириске на плечо: — Фон Бетховен… Я не узнаю тебя! Это ладно Голубика. У неё с самого начала были не все дома. Но ты-то, как попала в эту развратную шайку?
  
— Никакого разврата не было! Мы просто хотели доставить Хозяину удовольствие…
Мы с Ксюшей лишь одновременно хлопнули ладонью по лбу.
— Удовольствие? Втроем, значит? А Господину Осокину жирно не будет от такого удовольствия? Впрочем — уже не важно! Собирайтесь, Госпожа! Я не намерена больше терпеть весь этот фарс. Осокин с самого начала хотел использовать вас! Испортить… Забраковать! Поэтому — собирайте вещи и немедленно поедем домой. Хватит с вас!
— Я — никуда не поеду, пока не закончится спор. — недовольно фыркнула Ксюша.
— Хорошо. Тогда я позвоню Господину Артову, и он лично за вами приедет. — сова произнесла это таким тоном, что по телу пробежали мурашки.
— Он же сам разрешил…
— С условием, которое вы — не соблюли! Вас искусил Змей! И ещё хорошо, что я успела вовремя… А вы, Фёдор Александрович, совершенно не заботитесь о чувствах юной госпожи!
Мне хотелось ответить в довольно грубой форме, но Ксюша успела вовремя меня прикрыть:
— Нет! Вы ничего не знаете о Фёдоре Александровиче! И отец пожалеет… Очень сильно пожалеет. Ведь я всё равно заполучу Фёдора Александровича. Со спором или без! — топнув ногой, юная Госпожа Артова быстрым шагом направилась в гостевую спальню.
— Это было лишним. — холодно произнесла Беллз, с укором глядя на сову.
— Не тебе решать. — Котецки вновь перелетела на плечо Голубики: — Чего смотришь, бабуля? Иди помогай Госпоже!
— Угу. — кошка одарила сову очень недобрым взглядом и поспешила в гостевую спальню.
— А к вам… — сова перелетела на моё плечо: — У Господина Артова личный разговор. Это не по поводу Ксении, так что не волнуйтесь. Скорее — некое деловое предложение. Вы, конечно, можете отказаться. Это всё на ваше усмотрение. Но я бы порекомендовала вам подумать пару дней. Я вышлю на почту контакт. Свяжетесь, как надумаете. Но сразу хочу сказать, что Господин Артов очень редко сам делает первый шаг в плане экономических взаимоотношений.
— Подумаю. — я спихнул птицу рукой.
— Каков наглец! — Котецки спикировала на диван: — Манерам вас не обучили?
— Обучили. Просто я стараюсь обращаться со всеми так, как они обращаются со мной.
— Даже так? Что ж… Хорошо. — недовольно фыркнула сова: — Я это обязательно запомню.
— Угроза?
— Дружеское предупреждение.
Что-то отношения с первой помощницей старшего Артова у нас не заладились едва ли не с первой секунды. Противная она. Наглая. Надменная. И веяло от неё холодом, презрением и недружелюбностью. Причём, это была не притворная маска, как у Ксюши. А истинная суть данной птицы.
Через двадцать минут юная Госпожа Артова с чемоданами уже стояла в коридоре. Не сдержавшись, она крепко обняла меня и уверенно произнесла:
— Всё хорошее всегда заканчивается внезапно… Я уже поняла, что прошла твою проверку.
Что⁈ В смысле⁈ Я просто хотел массаж!!!
— Совершенно верно. — вторила ей Беллз.
— Поэтому, я рада, что мы будем пересекаться в Полимаге. И на выходных. Честно, я не буду мешать тебе строить твою империю с автомобилями! Наоборот — буду всячески стараться помочь. И обязательно добьюсь, чтобы отец снова отпустил меня к тебе.
— Но…
— Я понимаю, Фёдор. Понимаю. Мне тоже немного горько… И есть чувство недосказанности. Но такова судьба. Без испытаний наша любовь была бы слишком пресной. До встречи! — с этими словами Ксюша чмокнула меня в щёку.
Беллз написала, что-то у себя в телефоне и показала коту, отчего мохнатый чёрный мешок испугался, и попытавшись стартануть, споткнулся и упал.
— Я бы на вашем месте, ни на что не рассчитывала, Господин Осокин. Не тешьте себя иллюзиями. — холодно произнесла сова, и вспархнув на голову Беллз, злобно смотрела на меня, пока вся компашка не скрылась в лифте.
— Как грустно! Как печально! Как ужасно! — театрально вздохнув, Голубика помахала платочком и закрыла входную дверь: — Господи… Наконец-то! НАКОНЕЦ-ТО МОЖНО ПОДКАТЫВАТЬ К ХОЗЯИНУ В ОТКРЫТУЮ!!!