Проклятый лес (СИ)

Наши путники беспокойно переглянулись, как будто прикидывая, кого можно было бы отдать неведомому зверю.
— Хварг, сделайте пару цургов, — распорядился Кайел. — Путь не близкий, не помешают.
Сектант согласно кивнул и повернулся к Кралу, подзывая его к себе.
— А ты, Хуунга, на страже границ, получается? — поинтересовался я.
— Охотился, — скупо выдавил он. — Увидел огонь. Я любопытный.
— Провели нас на берег реки, к тому месту, откуда видно Долину Теней, — обратился к нему Кайел. — И мы найдем, чем тебя отблагодарить.
— Расскажи о себе, Итан, — вместо ответа попросил воин и снова впился в меня взглядом внимательных темных глаз.
Хм, какой-то неожиданный интерес к моей персоне. Чем я ему так приглянулся?
Татуированная рожа выглядела заинтересованной и серьезной. Было видно, что это не просто праздное любопытство. Да и остальные подались вперед, рассчитывая услышать новенькое о своем вынужденном попутчике. Сектантам-то обо мне Ланьерга-владычица сообщила и подробностями не баловала.
— Я за него скажу, — поднялся на ноги Кайел. — От моего брата вы много не узнаете, он не из болтливых. А мне разговор в радость. Если где совру или напутаю, то ты меня поправляй, идет?
— Годится, — облегченно кивнул я.
У сероволосого был явный дар рассказчика. Из его складного и даже захватывающего повествования выходило, что несколько лет назад мы прибыли в Кань-Лаг из Леса, преодолев кордоны и Стену. Там мы жили чуть ли не в дикости, но достойно. А уж в городе зажили едва ли не хуже графа Мато и его родственников.
Тут опять пригодилась легенда охотников на занги, истории про придворные делишки с Чим и многое другое. Вроде как, мы двое почти знатные вельможи, которые по воле Ланьерги-владычицы направляются в Долину Теней.
Получалось так, что фамилия Хазгу не звучала, но всякий, кто хоть немного в курсе текущей политической ситуации, мог бы заподозрить неладное. Но, судя по всему, таких умников среди наших попутчиков не нашлось. Все приняли россказни Кайела за чистую монету и слушали, восхищенно раскрыв рты.
С особенным интересом они внимали про наши схватки с тварями из Необъятного. Удивительно, но мой хм… брат-демон почти не врал, а очень ловко недоговаривал или художественно дополнял истории правдоподобными фактами. Даже Хуунга, казалось, проникся и время от времени кивал чему-то головой. А судя по тому, как сверкал его глаза, он услышал то, что хотел.
— Это все правда? — спросил он меня прямо, когда Кайел закончил.
Я кивнул, наблюдая, как он с окаменевшим лицом поднимается на ноги.
— Покажи мне знак, Итан, — попросил он сдавленным голосом. — Я должен убедиться.
— Отойдем от костра, Хуунга, — быстрее всех разобрался Кайел. — Не дело, если сектанты будут знать слишком много. Они хоть и следуют воле Ланьерги, но всякое может быть.
Скрывать от дикого свой тотем я не видел смысла. Да и вряд ли он состряпает донос имперским чиновникам.
— Раш-Ханн, — громко выкрикнул воин, увидев изображение варха на моей руке, и тут же внезапно бухнулся на одно колено, склонив голову и вскинув руку с оружием. — Надвигается время свершений!
Этого не понял ни я, ни Кайел.
— Объясни, Хуунга. Что это все значит? — обратился я к нему, приглашая встать с колена. Он поднялся, как ни в чем ни бывало.
— Среди свободных племен Юл Брах есть несколько больших пророчеств. И одно из них говорит о человеке из дальних краев. Сказано, что будет он из древнего рода, и близкого нам по духу, а также то, что явится он к нам по своей воле и дружба с ним возвысит наши народы, — торжественно сообщил Хуунга, стараясь говорить как можно более понятно.
Но вышло все равно так, что мы едва поняли. Его акцент был ужасен.
— И ты думаешь, что я и есть тот самый человек? — уточнил я у дикого. Интересно, это тоже Михел посодействовал или как-то само наросло?
— Хуунга уверен, — кивнул тот. — Я сейчас ухожу, чтобы донести весть до старейшин. Они захотят говорить с тобой и приветствовать. Завтра на рассвете я вернусь к вам.
И прежде, чем мы успели возразить или даже открыть рот, наш гость отступил на шаг назад и пропал во тьме. Я не слушал ни звуков шагов, ни другого шума. Как будто растворился в воздухе. А мы с Кайелом переглянулись.
 
— Полагаю, я сделал верную ставку, брат-демон. Дикие тоже что-то знают про тебя, а эти татуированные ребята не так просты, — довольно улыбаясь, сообщил мой товарищ. Или уже можно считать его другом? Скорее да…
— Час от часу не легче. То на революцию подбивают, то пророчество выдумали, то…
— Хорош кряхтеть, судьбу не выбирают. Что бы ты сейчас делал в своем мире? Спал небось? — хлопнул меня по плечу Кайел. — А здесь вона как все вертится.
Так! Сговорились они что ли, меня в эпик всякий впрягать?
В ночь решили дежурить по двое, опасаясь этих самых валь-ванов. Неизвестно ведь, какую жизнь они ведут. Может ночную.
А наутро нас уже поджидал Хуунга. Сидел около большого камня и наблюдал за просыпающимся лагерем. Заметили мы его только, когда он сам подал голос.
— Мне указано пригласить вас к старейшинам, в Круг у Зеркальной реки, — объявил он. — Это полдня пути, лошади ждут. Итан?
— Отказываться нельзя, — шепнул мне Кайел, но это я и сам понимал. Да и стоит ли идти против пророчества?
Как оказалось, всех в Круг у Зеркального ручья не берут. А только нас с Кайелом. Остальных наших попутчиков проводят до берега реки, где они нас будут ожидать.
— Так не пойдет, — заявил я Хуунге. — Мы идем вместе и не намерены разделяться. С этими людьми я сражался плечом к плечу и не стану оставлять их в этих лесах на милость валь-ванов.
На лице дикого отразилось раздумье, но вскоре он кивнул.
— Тогда мы поедем вперед, а ваши люди, пусть следуют за нами.
— Лошадей для всех, — отрезал я. — мы будем двигаться только единым отрядом. Пусть это заложит основы будущей дружбы, как упомянуто в вашем пророчестве.
— Понимаю. Я постараюсь это устроить, — кивнул Хуунга. — Нас ждут. Когда вы будете готовы?
  
Глава 26
 
Покинув лагерь, мы около часа пробирались по неприметным тропам, забирая все больше вверх и дальше от реки. Наконец, мы вышли на небольшую поляну, на которой нас ожидало несколько воинов очень похожих на Хуунгу. Там же паслись семь лошадок.
— Будем ждать, — объявил наш провожатый, отойдя к своим. Дикие все как один не сводили с меня глаз, будто ожидая, что я стану вытворять что-нибудь эдакое, пророческое. А я просто лег под дерево, надвинул шляпу на глаза и задремал.
Недостающие лошади нашлись через два часа, но оказалось, что держаться в седле может лишь половина из нас. Пришлось неумехам садиться за спиной всадников, но те, вроде бы не возражали.
— Ач! Ач! — всадники погоняли своих скакунов резкими гортанными криками и те, резво везли нас среди леса и больших камней.
Как я понял, здесь начиналось что-то вроде гигантского плато, плавно восходящего на северо-запад. Это и был Юл Брах — те самые территории, где обитали кочевые и оседлые племена, именующиеся свободными, а у нас известные как Дикие.
Встречали нас с почетом, и если первое время я опасался западни, то сейчас немного расслабился. Вероятно, слухи уже расползлись среди людей. И стар, и млад выходили из жилищ, когда наша процессия ехала по дорогам внутри Круга. В этом городке жило, по моим оценкам, около двух тысяч человек, но, может быть, и гораздо больше — ведь я мог окинуть взглядом только видимое мне из седла пространство. Дальний обзор перекрывали многочисленные жилища, похожие на индейские типи.
Спешились мы около большого шатра, предназначенного нам для отдыха. Но насладиться бездельем не получилось — прибыла делегация во главе с высоким бородатым воином по имени Джунг. В богатом доспехе, при оружии, с расписанным узорами лицом, он смотрелся очень грозно. Вообще, у всех мужчин племени были многочисленные татуировки на лице и теле. Женщины же себя так не украшали, и от того выглядели не столь устрашающе.