Проклятый лес (СИ)

— Итан, старейшины собрались и приглашают тебя в зал совета. Можешь взять с собой одного провожатого.
Остальные четверо сопровождающих слаженно отсалютовали, не сводя с меня глаз. А Хуунга, стоящий неподалеку, важно кивнул мне. Он был счастлив, что первым встретил меня, и теперь, похоже, от этого события его племя должно было получить какие-то преференции. Как самые первые из тех, кто встретили и приняли важного гостя. То есть меня, которого все эти официальные церемонии очень напрягали.
Мы с Кайелом вышли из шатра и двинулись следом за Джунгом, размашисто шагавшим вперед и окриками разгонявшим зевак.
В толпе я заметил группу мужчин, разглядывающих нас немного не так, как местные жители. И татуировки на рожах немного отличаются. Другие племена что ли? Кто их разберет…
А потом началась официальная встреча с десятком старейшин. Некоторые из них оказались совсем дряхлы, а другие, наоборот, едва перешагнули четвертый десяток. Говорил все больше Кайел, а я старался слушать и помалкивать.
Старейшины племени Зеркального ручья показали себя весьма осведомленными во многих вопросах. В том числе знали про события и политику в Даанганской Империи. И вообще, по высказываниям и разговорам, не показались мне дикарями, несмотря на ярлык «Дикие», присвоенный им в цивилизованном мире.
В какой-то момент двери шатра распахнулись и разодетые в национальные костюмы женщины стали разносить еду. Так, потихоньку, наши разговоры перешли в пир, к которому присоединилось еще несколько человек. Старших воинов, как я понял.
— Внесите дары! — взмахнул рукой один из старейшин, обращаясь к Джунгу.
Тот кивнул, вышел на улицу, но вскоре вернулся и что-то гортанно выкрикнул. Все разговоры вокруг разом стихли. А я едва успел проглотить какой-то небольшой фрукт, который взялся пробовать.
Три воина поочередно подошли ко мне и положили к ногам принесенные деревянные ящики, последовательно откидывая крышки. В первой коробке было ожерелье из крупных зубов какого-то неведомого мне хищника. Клыки больше пальца длиной, были темно-желтыми от времени, и по каждому из них вилась черненая вязь символов.
— Это ожерелье именуется Ульгр, дар нашему племени от гигантов Саан, — пояснил Джунг. — Оно изготовлено из зубов хищников, которых теперь уже нет в нашем мире. Мы передаем тебе эту вещь.
Вторым даром шла изукрашенная гравировкой сабля с богатыми ножнами.
— Изюрская сталь, — отрекомендовал мне оружие Джунг. — Этим клинком когда-то владел Леорг Рыжий, князь Данги, Западного Даангана, по-вашему.
Я удивленно посмотрел на воина, а тот с гордой улыбкой продолжал.
— Хек Громовой Кулак сразил его, забрав голову и клинок в качестве трофея. Но голову потом выкупили, а клинок остался у нас. Добрая сталь, да и остальное не подкачало…
Он замолк, оценивая эффект от своих слов и ожидая, пока передо мною положат следующий дар.
Невзрачная коробочка с белесым камнем размером с кулак. Но от нее явственно дохнуло Кантром. Мадья в этой штуке есть, несомненно. Артефакт, получается.
Третий дар Джунг комментировать не стал, а просто ожидал.
— Благодарю племя Зеркального ручья. Дружба понятие обоюдное, — важно кивнул я, забрал из последней коробки камень и высыпал вместо него пригоршню семян молний. А затем поднял и вручил коробку в руки Джунгу. Вот, мол, наше вам, со всем уважением.
Старейшины одобрительно загудели и покивали головами. Кто-то поднялся говорить речь…
Вдоволь насытившись и многое услышав, я задумался. Вроде бы хорошо встреча проходит, однако я так и не понял, зачем она вообще. Допустим, я имею отношение к их пророчеству, но взять с меня нечего, дорогие подарки я, конечно, приму, но и только. Непонятно. Но вскоре мой вопрос разрешился сам собой.
— Раш-Ханн, — торжественно обратился ко мне один из старейшин, а остальные умолкли и прислушались. — Ты вселил радость перемен и надежду в наши сердца. От этого мы все благодарны тебе.
Его сморщенное от прожитых лет татуированное лицо действительно выражало искреннюю радость.
 
— И сейчас, когда мы окончательно уверились в том, что ты действительно тот, кого упоминала провидица Эвош, — старик умолк, набирая воздух, и сделался еще более торжественным. — Мы благословляем тебя на испытание в Яме!
Все сидящие вскочили и разразились радостными криками, вроде как поздравляя меня. И даже Джунга с почти счастливой улыбкой наблюдал за мной, словно чего-то ожидая. Может быть тоже радости? Однако я испытывал только беспокойство. Что еще за Яма?
Джунга выждал некоторое время, пока я понял, что меня куда-то зовут, а затем махнул рукой, приглашая идти. Мы с Кайелом переглянулись. Что-то пошло не так.
— Дары дождутся тебя здесь, Раш-Ханн, — прогудел здоровяк. — Все наше племя и гости из других племен уже собрались.
Обведя взглядом шатер, я понял, что все это шоу затевалось ради вот этого момента. Десятки глаз смотрели на меня, ожидая… Интересно чего? Страха? Так я даже не знаю, что мне предстоит. Но в любом случае — не дождетесь!
Решительно и собранно кивнув, я показал, что готов. Беспокойство естественно, но страха не было. Я верил и верю в свои силы!
Снаружи шатра было малолюдно, и вокруг оставалось лишь несколько десятков воинов. С ними и со старейшинами мы двинулись куда-то к выходу из поселения, опять проходя по целым улицам. Через некоторое время мужчины запели что-то торжественно-боевое, настраивающее на предстоящую схватку.
Почему-то, в том, что это будет именно бой, а не интеллектуальный тест, я не сомневался.
Шли довольно долго, а как только вышли за пределы Круга, нас окружила более плотная толпа местных жителей, которые воодушевленно присоединились к песнопениям.
— Чему вы все так радуетесь? — спросил я у шагающего рядом Джунги.
Кайел в это время шел где-то сзади, энергично пытаясь донести что-то до одного из старейшин. Но, судя по всему, выходило плохо.
— Пророчество начало сбываться. Такое событие это праздник, — ответил мне бородач. — А бой в Яме — праздник вдвойне. Наше племя давно не воевало и пленных сейчас нет. А жада-ам плохо себя чувствует и грустит, когда долго не охотится. Овцы, козы и коровы ему не нравятся. Слишком пассивные…
— Жада-ам? — переспросил я. — Расскажи про него!
— Э нет, Раш-Ханн, тут лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. А то вообразишь себе невесть что. Но кое-что тебе все же знать надо, — Джунга хлопнул меня по плечу. — Этот жада-ам — дух Зеркального ручья, воплощенный в живом камне. Он покровительствует нашему племени, а мы воздаем ему почести и признательность.
— Ты так говоришь, будто бы это ваше божество? — прислушался к нашему разговору Кайел.
— Выходит именно так, дангарец, — кивнул Джунга.
— И когда Итан одолеет его, то, получается, он убьет вашего бога?
— Жада-ам бессмертен, — добродушно пояснил здоровяк. — Почти пришли, Раш-Ханн!
Последние слова едва не потонули в реве сотен глоток, которым нас встретили собравшиеся здесь местные. Мужчины, женщины и дети, все племя здесь, на краю глубокого провала, зияющего внизу темными провалам ходов. Склон расположен эдаким амфитеатром, позволяя видеть, что происходит внизу, метрах в двадцати ниже уровня земли.
В толще скал был вырезан правильный круг, метров сто в поперечнике, как будто высверленный в породе гигантским сверлом.
Спуска как такового не было, но имелась веревка, целая бухта которой лежала здесь же на краю.
Джунга что-то еще говорил, а толпа ревела ему в ответ, но я не слышал, пытаясь рассмотреть или угадать, что меня ждет там внизу.
— Раш-Ханн, готов ли ты спуститься в Яму, чтобы встретиться со смертоносным жада-ам? Скажи, чтобы слышали все, ТЫ ГОТОВ?
Мое согласие потонуло в торжествующих криках, а я шагнул было к веревке, но меня удержали.
— Постой, еще не время!
Я замер, удивленный заминкой. Интересно, чего еще надо ждать?
— КТО? — проревел Джунга. — Кто пойдет следом за Раш-Ханном, чтобы сразиться с жада-ам?