Наследник проклятого дара (СИ)

— Ты говоришь, я буду богом? Думаю, трудно быть богом. Читал я про такое, — с сомнением в голосе говорю я.
— Да ерунду ты читал. Легко, смотри, — он встаёт, поднимает руку и в ней появляется Нарезатель. Почти такой же, как у меня, но не чёрный, а тёмно красный. Так он Пожиратель? Или все таки прислужник Пожирателя?
Мальтус, словно дирижёр, делает несколько взмахов Нарезателем и за разрушенными крепостными стенами поселения, один за другим, появляются шесть разломов.
Из разломов тут же лезут куча тварей. Летучие и ползающие.
— А вот второй путь, я убиваю всех кто тебе дорог. Всех, кто имеет хоть какое-то значение для тебя. Я убью всех этих животных, среди которых кроется и твоя вторая Магирани! Убью и первую. В каждом городе этой страны открою по разлому. И когда все будет уничтожено, ты загоришься местью, откроешься ей!
Мальтус оборачивается и смотрит по сторонам, я слежу за каждым его действием.
Всю деревню уже окружили разломные твари. И все население оборотней стали волками и сейчас в дыбящимися холками ждали только клича Всеслава чтобы кинуться в самоубийственную атаку.
Не такую великую охоту я хотел предложить волкам.
— Мальтус. Зачем я вам?
— Последний Архат! Выбери. Ты идёшь со мной или я убиваю всех кого ты видел хотя бы издали! И ты сам встанешь на путь Пожирателя. Итог будет один, разные пути, выбирай, Архат!
  
Глава 17: Давай оставим его на потом?
 
Как было в той книге, "И показывает Ему все царства мира и всю славу их, и говорит Ему: всё это дам тебе, если, пав, преклонишься мне", так вроде?
Если же нет, всех убью, если не поклонишься? В тему событий прям.
Мой выбор сделан уже давно. В тот день, когда я вышел против Тёмкина. Именно тогда было принято решение, что правила, по которым я буду жить в этом мире, устанавливать буду только я сам.
— Мальтус, — в моей руке появляется Нарезатель, — не в твоей власти ограничивать мой выбор. Ты раб, а я нет. Самое время бежать тебе к своему господину. Я ведь убью тебя, в любом случае!
Я собираю в кулаке всю мощь своей магии, повторяя трюк, который использовал в дуэли против Антона Мещерского и моя рука окутывается тьмой. На этот раз это не тонкая плёнка. Сейчас, это твёрдая шипастая латная перчатка.
— Ваше сиятельство, ну как же так? — издевательским тоном тянет Мальтус, — может, всё таки, станешь, хотя бы, князем сначала? Все ведь умрут скоро. Я их убью, а ты помрешь несчастным глупым сиятельством, — уголки его губ растягиваются в улыбке, — самому не жалко так подыхать? Нет? Ну что ж, тогда начнём битву! — радостно скалится инквизитор.
Время разговоров закончилось. Я не буду ему отвечать, потому что я уже ответил, но не ему. Теперь, я готов к драке.
Он думает, что знает меня. Но я это не то, что было в моей жизни. Это всего лишь события, которые происходили со мной, но также, их могло и не быть. Я это я. У меня есть принципы. И главный из них - не предавать.
Моя сила не в огне и стали, а в воле и разуме. Кулаки, оружие, магия - всего лишь инструмент.
Я смотрю на свое запястье и вижу, как на нём появляется татуировка. Две параллельные волнистые линии. Плата за помощь.
— Сехмет, он твой, — вслух даю отмашку львице.
— Что? — спрашивает Мальтус, и, тут же, понимает, что я имел ввиду.
Львица впивается ему в спину и начинает терзать её, пытаясь пробиться сквозь защиту. У неё не получится, я знаю, но я использую это, так необходимое мгновение для выполнения плана по выдворению мерзости с моей земли.
Подскакиваю и вливаю максимум энергии в руку. Это должен быть мой лучший удар за обе жизни.
Шаг влево, скручиваюсь, как те чуваки из бейсбола перед броском мяча, набираю максимум инерции и бью в грудь этому уроду. За долю секунды до удара я выпускают треть всей своей силы концентрированно ему в грудь.
Мальтуса отрывает от земли и он летит спиной назад, в которую вцепились Сехмет. Они врезаются в кусок разрушенной стены. Я не даю ему времени, чтобы опомниться, хватаю за ноги и выбрасываю наружу, за стену поселения.
 
Мы обязательно построим полноценные хорошие стены. И обязательно магии туда вбухаем, чтобы ни одна тварь не могла здесь появится, ни разломная, ни похожая на человека.
Главной причиной того, что я не кинулся в бой с этим ублюдком сразу, была опасность для деревни. Здесь женщины, дети, старики. Нельзя подвергать моих людей опасности.
Сжимаю кулак правой руки, а левой ладонью накрываю татуировку на запястье.
— Мара, сейчас!
Вокруг поселения, ровно по границе стен, вспыхивает защитный купол. Он словно тонированная плёнка, чуточку темноватая, через которую всё видно.
Когда Мальтус только начал рассказывать о том, что меня ждёт, в моей голове появился голос. Женский голос, в котором странно сочетались ледяная холодность и жар соблазна. Голос, который предложил мне справедливость.
Богиня смерти уравняла наши шансы и дала этой деревне защиту, в обмен на услугу для неё. Я не люблю подобные соглашения и потому, пообещал выполнить услугу, которая не будет противоречить моим принципам. Богиня согласилась.
Но если бы она не согласилась, то я не знаю, как бы поступил. Возможно, согласился бы на всё что угодно. Хорошо, что так не произошло. Ибо как выбрать между злом сейчас и возможным злом, когда-нибудь потом?
— Никому не выходить за пределы купола, пока я не скажу! Всем ясно? — я кричу очень громко, чтобы услышал каждый житель поселения, — Всеслав, на тебе контроль! Приготовьтесь к бою с тварями как следует, потому что я буду занят тем уродом! — киваю головой в ту сторону, куда выкинул Мальтуса, — если команды не будет, то нападаете после того, как я закрою все разломы! У тварей не будет подпитки и они станут слабее! — я отдаю команды и не слушая ни их бурчания, ни их мнения, выхожу из под защиты.
Все ближайшие твари сразу же реагируют на меня и бросаются в атаку.
С помощью Нарезателя я прокладываю себе дорогу к Мальтусу.
Сехмет, словно обезумев, все ещё пытается пробиться сквозь защиту инквизитора.
Он пытается её скинуть со спины, однако, львица сильно вцепилась когтями в одежду и не отпускает его. Злобно рыча, она рвёт клыками защиту у его шеи, которая мерцает красным в миллиметре от его кожи.
Я уже совсем рядом и Мальтус это видит. Одним движением Нарезателя он пропарывает своё одеяние спереди и сбрасывает его с себя, вместе с Сехмет.
Он остаётся в самом обычном термобелье. Кулон на шее, золотые цепи, куча всяких висюлек - всё это остаётся на земле.
Сехмет собирается снова броситься в атаку, но я останавливаю её и прошу уничтожить как можно больше тварей. Она подчиняется и с яростью бросается рвать их на куски.
Мне нужна сила. Нужна вся доступная энергия.
Я вытягиваю Нарезатель в сторону ближайшего разлома и забираю всю его силу, одновременно швыряя в Мальтуса небольшие шары Тьмы.
Закрываю разлом и сближаюсь с противником.
Такой яростной атаки от меня он совершенно не ожидал. Это видно, потому что сейчас он только и делает, что защищается.
Но я уверен, что его ответный удар может быть для меня смертельным, поэтому я продолжаю обстреливать его, не давая шанса выдохнуть и собраться.
Когда дистанция, наконец, позволяет атаковать Нарезателем, я бью им, метясь в грудь.
Мальтус совершенно спокойно отбивает мой удар своим Нарезателем. Когда два похожих клинка соприкасаются, от их столкновения в разные стороны разлетаются чёрные и красные искры.
Мальтус переходит в контратаку и мне приходится пятится.
Я ведь хотел научиться фехтовать! Но никого не было на моём пути, кто бы захотел меня этому научить. Да и не было времени заниматься этим.
Мальтус, будто играясь, размахивает клинком. Легко и непринуждённо.
Я отступаю назад, пытаясь выгадать момент для контратаки.
Мне даже начинает казаться, что инквизитор не способен устать. Он начинает ускоряться, все быстрее и быстрее нанося удары.