Наследник проклятого дара (СИ)

Николай машет рукой, зовёт меня за собой и быстрым шагом идёт к центру поселения, где стоит очень похожий на него, бородатый, коренастый, атлетично сложенный мужчина, лет сорока на вид.
— Всеслав, Всеслав, подожди! — окликает мужика Николай, — расскажи за наш народ господину графу, пожалуйста. Ты же знаешь, я не мастак длинные истории рассказывать.
Всеслав улыбнулся, но так, будто оскалился, блеснув белоснежными клыками.
— Господин граф, приветствую! У нас появился самый настоящий Зубов, который разломы закрывать умеет! — он пожимает мою руку, — мы все очень Вам рады! Я чую славную охоту! — он делает паузу, принюхивается и выдаёт, — а ещё я чую, что Вы не совсем один. Это так, Ваше Сиятельство? — басит Всеслав.
Он же про Сехмет говорит! Вау! Учуял. Непростой волчара.
Я не успеваю ему ответить, как он продолжает.
— Оборотни мы, невры. Когда-то мы жили в своей стране, Невриде, на берегу реки Тирас. Река, которую сейчас величают Днепром. Соседствовали со скифами и будинами. А потом пришли Ахемениды. Царь Дарий решил, что мы, испугавшись его армии, присоединимся к нему в его походе против скифов.
— Но вы не испугались, — я опережаю его историю.
Я начинаю понимать, почему от целого народа осталось там мало. Гордый народ, который не привык сдаваться.
— Нет, не успугались, — с улыбкой на лице кивает Всеслав, — вожак созвал все стаи и мы дали отпор. Дарий остановился, не смог пойти дальше. Но и нас почти не осталось после этой битвы, — он делает паузу, берёт топор, который кажется крохотным в его огромной лапе и не размахиваясь, бьёт по пеньку, раскалывая его на две части, — после той битвы, наши пустующие земли стали занимать народы, бегущие от нашествия змей с юга.
Всеслав замолчал, будто вспоминая что-то.
— А, не важно. Важно другое, господин граф. Ваш отец спас нашу стаю. И сейчас, в трудный период, появились Вы. В глазах стариков появилась надежда, а молодняк уже бурлит, азартно предвкушая кровь врага!
Всеслав резко подаётся вперёд , хватает меня за плечи и впивается взглядом в мои глаза,
— Но я должен знать другое, граф. Если Вы хотите стать нашим вожаком и повести стаю на охоту, то Вы обязаны быть мудрым и сильным! Я вижу в Вас опасный азарт бойца. У Вас есть сила и азарт! Но, есть ли мудрость? Не уведёте ли Вы стаю в последнюю охоту?
Я понимаю, о чем говорит этот волчара. Он думает не о себе, а о сохранении жизни своего и так малочисленного народа. Но чтобы выжить, нужно становится сильнее. А чтобы стать сильнее, должны быть испытания, которые ты должен преодолеть.
— Всеслав. Ты хочешь услышать от меня, что я сохраню народ. Этого ты не услышишь, но я скажу другое. Оборотни станут сильнее и получат от меня безопасность. Я буду, в первую очередь, вашим защитником. Скажи мне.... — договорить я не успеваю.
Нашему разговору мешают абсолютно бесцеремонным образом. Прямо из воздуха появляется самый настоящий священник.
— Счастлив приветствовать своего будущего собрата, Ваше Сиятельсво!
Всеслав мгновенно обращается в огромного чёрного волка, но странный тип в одежде священника одним взмахом руки посылает в него волну воздуха и его отбрасывает метров на двадцать.
— Ваше сиятельство! Хотя, зачем я так? Сын князя, последний Архат и в перспективе, один из сильнейших за всю историю этого мира, всего лишь Сиятельсво? — он усмехается, — это как минимум, несправедливо.
— Ты кто? — я задаю прямой вопрос, а сам готовлюсь в бою.
Сехмет готова появится в любой момент.
— Я, мой друг и брат, падре Мальтус! Первый из совета равных ордена инквизиции, а также, такой же Архат, как и ты! Вернее, я был им когда-то!
Пока он говорит я замечаю несоответствие в его одежде.
Это белая одежда, похожа на одёжку католического священника, но вместо креста, на его груди висит изображение глаза с вертикальным значком посередине. Всё его одеяние расшито золотыми нитями в странных узорах, присматриваясь к которым, я вижу, что это изображение щупалец.
— И какого хрена тебе от меня надо, Мальтус? — сразу огрызаюсь.
 
Он мне не нравится, раздражает и напрягает. Я чувствую опасность, исходящую от него.
Сздаи поднимается Всеслав и рычит, собираясь броситься на Мальтуса. Я поднимаю руку, останавливая Всеслава. Мальтус, явно, сильный маг. Всеславу с ним не справиться.
— Я здесь с поручением от нашего с тобой господина Эмиля! Он просит доставить тебя к нему, желательно в целости и сохранности. Но если не выйдет, то я с удовольствием уничтожу всю эту мерзость в виде грязных животных, которыми ты окружил себя, а тебя проведу чрез Всеочищающее Пламя! — Мальтус так уверен в своих силах, что стоит, полубоком ко мне, рассматривая замершую в конце улицы Алису, — а неплохой экземплярчик, да? Уже сношался с этой псиной? Нет? Это хорошо, не всё с тобой ещё потеряно!
— Послушай Мальтус, — я начинаю грозно отвечать ему, — мы поступим так! Ты давай вали к своему Эмилю и подмахни ему задом ещё разок. Может быть, в этот раз, его щупальце достанет до твоей головы и вправит тебе мозги, — у меня начинается приступ бешенства, в котором я готов сдохнуть, но наказать за подобное!
Ненавижу фашизм.
— Ну же, молодой человек, успокойтесь. Я, видимо, не с того начал. Но старикам ведь простительны некоторые заскоки, да? Поверь, я бурчу, но вообще, я вовсе не хочу настроить тебя против себя. Это всего лишь издержки профессии.
Инквизитор и не думает затыкаться.
— Вот ты, боец. Сражался яростно и достойно, шёл всегда до конца, жаждал быть первым. А потом что? Кретин судья не досмотрел удар в затылок! Кстати, забавные там у вас бои без правил, с правилами, - инквизитор слегка хохочет, - а может он не увидел специально? И твой противник сразу же ударил ровно в травмированное колено. А ведь без удара по затылку, ты бы поставил защиту, так?
Эмиль что, всё рассказал этому утырку обо мне?
Я молчу. Я знаю всё, что он скажет. Знаю всё, на что он будет сейчас давить. Но я молчу, потому что ответить мне нечего. Он будто читает мысли того меня, который разбитым лежал в больнице, неспособный целый месяц пошевелить ногой.
— Но ты продолжал сражаться! Ты настоящий боец! Как у вас говорят, стойкий оловянный солдатик. Глупое выражение, олово же мягкое, — снова слегка хохочет инквизитор, — ты бился до конца! Но потом пришла новая травма, ты напился и сам все испортил. Ещё и погиб тот, которого ты называл отцом. Ты потерял всех и сломался, — Мальтус с фальшивым сожалением качает головой.
Он с кряхтеньем садится в кресло-качалку, стоящую на террасе дома Всеслава и продолжает.
— Ты потерял всех, кто тебя любил и уважал. Ты сломался. Оказывается, ты был нужен, только пока был сильным. А единственный человек, который делал тебя сильным, умер. Почему ты думаешь, что ты изменился? Здесь ведь все будет точно также.
— То что ты знаешь факты обо мне, не означает, что ты знаешь меня! — я зарычал на него, — и да, я изменился! Хочешь убить меня? Давай сражаться! К чему эти разговоры? — я пытаюсь прервать его словесную атаку, которая и правда доходит до цели.
Я никогда не сомневался, делал то что должен был делать и шёл вперёд до конца. Но однажды, уже не вывез. В этот раз такого не будет! Я пойду дальше, чем до конца. Я готов умереть ещё раз, но не отступить!
— Я предлагаю тебе два пути Архат, — глаголит Мальтус, — первый - ты пойдёшь со мной и получишь невероятную силу. Этот мир отдадут тебе. Вся сила этого мира будет твоей. Ты будешь богом для всех этих людей и нелюдей. Ты сможешь защитить их, где бы они не находились. Например, твоя первая Магирани ,прямо сейчас в опасности. Ведуньи Алтая не позволят ей узреть тебя ни при каких обстоятельствах. А между прочим, она должна была стать главным источником твоей силы! Той кто вдохновит тебя.
— И что я должен для этого сделать? — предугадать ответ не сложно, но важно чтобы он произнёс его.
— Ты знаешь! Пойти со мной и преклонить коленно перед Эмилем. Всего одно, ведь твоя гордость тоже твоя сила.