По следам обречённых душ (СИ)

Рядом с ним начали появляться цветные звуковые потоки, исходящие от ребят. Какие-то были ярче — те, кто находится совсем близко, а какие-то очень блёклыми — те, кто был далеко. Он стал блуждать глазами по туманным дорожкам, как вдруг заметил один яркий поток, знакомый ему и не мог поверить тому, что видел. Разве подобное возможно? Прежде Малер ещё никогда не видел, чтобы от тебрарума исходила цветная дорожка.
— Флатэс, зажигалку доставай, — не сдвигаясь с места, прошептал Ингелео. — Попробуем отвлечь эту срань и сбежать.
Присфидум глазам не поверил, когда Игнэйр взаправду полез в карман, медленно и осторожно, не сводя глаз с тёмной твари. Элисар же начал собирать потоки ветра, то было заметно по траве и одежде, которые беспорядочно стали раздуваться. Малер понимал, что должен сказать хоть что-то, но почему-то язык не слушался, точно его и вовсе не было.
Флатэс чиркнул зажигалкой и подхватил на ладонь комочек огня, который начал постепенно расти.
— Один, два…
Малер дёрнул головой и почувствовал, что вновь может управлять телом.
— С-стойте! Это Эльтен! — в отчаянии крикнул академец, чуть подавшись вперёд. — От него исходит бирюзовый звуковой поток, у тебрарумов они бесцветные!
Ингелео обескураженно повернул голову, с ужасом посмотрел на Присфидума и распахнул глаза. Скривился. Сжал челюсти так сильно, что начали выпирать желваки.
— Да, что ты несёшь? Тебе смешно я посмотрю! Знаешь, что Эльтен перестал писать и решил пошутить? Ты совсем неадекватный, мать твою! И время выбрал вообще не подходящее, — угрожающе зашипел Элисар и яростно сжал кулаки.
Он раскалился до такой силы, что казалось злоба польётся наружу и смутьян обратится в нечто ужасное и разорвёт отщепенца на части, превратит в пыль.
— Это же ты? Эльтен, это ты? — проигнорировал того Присфидум и обратился к замершему тебраруму. Хоть и чувствовал себя умалишённым.
Тёмный монстр продолжал взирать на академцев, прожал бездонными глазами. Напряжение закралось в тело Малера, отчего пальцы задрожали с новой силой. Неужели он ошибся? Однако непрошенный гость, внезапно качнул головой, так же опасливо. Академцев точно облили ледяной водой.
— Как… — только и смог выдавить осипшим голосом Ингелео.
С виду он был не просто потрясён, но и раздавлен. И даже если тёмное существо подтвердило, что оно и есть солнечный мальчик, смутьян лелеял надежду на обратное. Это ясно отражалось на его лице.
— Эль…тен, — тем же потрясённым тоном прошептала Лания и пошатнулась, но таки устояла на ногах.
Когда тишина затянулась, тебрарум неодобрительно зарычал и буйно ударил лапой по земле. Он задрал голову и посмотрел на небо, после чего обезумел. Начал ожесточённо бросаться на месте, то к ребятам, то в сторону. Из его пасти стало вырываться короткое рычание, точно он ругался или причитал.
— Чего это с ним? Чего с тобой? — Флатэс выглядел не менее шокированным. Сначала он обратился к академцам, после чего тревожно посмотрел на Эльтена. Глаза огненного мальчика распахнулись так широко, что казалось вот-вот выпадут.
Тебрарум рьянее замолотил лапами и стал порываться в сторону.
— Может… он хочет, чтобы мы шли за ним? — сомневаясь, предположила Лаура, чуть придвинувшись к Лании.
Тёмное существо закачало головой, а после задрало её с ещё большим беспокойством.
— И куда он нас приведёт? — оживилась побледневшая Калеса. — Глазам не верю… тебрарум нас хочет куда-то отвести. Дурдом какой-то, — нервно хохотнула.
Эльтен нетерпеливо выгнал воздух, тот вышел в виде пара, а после существо зарычало.
— Нервный какой, — настороженно усмехнулся Игнэйр. Не смотря на привычную задорность, пальцы его била дрожь. — Мы… пойдём с ним или?
— Что с тобой случилось? Почему ты… такой? — Ингелео указал на тебрарума и болезненно скривился, хватаясь за голову. Смутьян силился сдержать наплыв ужаса, который отражался всё чётче в его действиях.
Эльтен снова запротестовал и начал мотать головой, указывая в только ему известном направлении.
— Как бы там ни было, нам придётся идти за ним. Может… он хочет что-то показать. Вдруг мы что-то узнаем о его нынешнем… состоянии, — засомневалась Лания.
 
Малер к тому времени и вовсе потерял дар речи. Идти, да ещё и за тебрарумом? Не безумие ли это всё? Больше всего он переживал не за себя и даже не из-за тёмного монстра, а за друзей, за Ланию, на которой по-прежнему лежало проклятье.
С другой стороны, даже если попытается, вряд ли сможет кого-то остановить, но вот приглядеть, вполне в его силах.
Тём не менее его непрестанно мучали сомнения и тревоги, касательно «Эльтена».
— Я всё ещё считаю это сумасбродностью, — просипела Тэнкальт, скрестив руки. — Что если он нас в ловушку ведёт? Если хочет сожрать или отдать тенадасерам!
— А что если по этой же причине и Люксальта не выходит на связь! Ингелео, ты же больше всех переживал за Эльтена. Что если это шанс узнать о происходящем? Может стоит им воспользоваться? — Нобилиа даже сделала небольшой шаг вперёд, хоть неуверенность не покидала и её.
— Шпиц храбрится, а мы что в стороне будем? Раз уж такое дело, надо идти. Да и… Эльтен, кажется, нервничает, нам лучше поспешить.
— Гениально. Лучшей ночи, чтобы оказаться разодранными просто не найти. Вау, класс! — Лаура саркастично вскинула два больших пальца и нервно поджала губы.
Ребята двинулись в путь, сохраняя некоторое расстояние с тебрарумом. Обходили через кусты и леса. Малер догадался, что это нужно, чтобы никто не увидел до нелепого странного картину: кучка студентов прогуливается с тёмным созданием. Вместе с тем отщепенец не переставал гадать, что могло произойти с Эльтеном. Как человек, вдруг превратился в нечто настолько ужасающее и уродливое?
Темнело всё стремительнее. Лишь благодаря звёздам академцы могли разбирать куда наступают, хоть от веток и корней, выпирающих из почвы это мало спасало.
Через полтора часа пути ноги заныли у большинства ребят. Усталость тоже не дремала, а на перерыв времени никто не давал, напротив, Эльтен стал ускоряться. Поспевать за ним стало ещё труднее. Куда и зачем ребята шли, никто не понимал, но тревога нарастала с каждой минутой. Напряжение неимоверно давило на тело, сковывая мышцы, а двигаться и без того задача не лёгкая. Как долго идти — оставалось лишь гадать. Однако всю дорогу они только и могли, что обмениваться встревоженными взглядами, а говорить и вовсе не осмеливались.
— Ну и сколько нам ещё идти? — недовольно прошептала запыхавшаяся и растрёпанная Калеса.
— А нам откуда знать, — тем же враждебным тоном ответил Флатэс. — Спроси если хочешь, вдруг тебе ответит. Это же только мы тут недостойные, а перед тобой все двери открыты!
— Чего ты бесишься, это не я волоку нас через лес!
— Ах, так это я что ли! Не задавай тупых вопросов и не получишь тупых ответов, — раздражился Игнэйр.
Тебрарум свирепо рыкнул и ударил лапой, точно призывая успокоиться.
— Дружище, я бы пошутил, что ты стал каким-то нервным, но боюсь, что ты меня этой же лапой на кусочки порубишь, — постарался пошутить Флатэс, но завидев неодобрение на лицах, отмахнулся. — А кто-нибудь в курсе, тебрарумы вообще разговаривают? Потому что я всё ещё сомневаюсь, что это наш Эльтен.
— О, конечно! Он ждёт момента, когда мы дойдёт до его тёмного домика, заварит нам всем чаю и мы душевно поболтаем, — саркастично проговорил Ингелео, натянув улыбку. — А потом Эльтен станет человеком, и мы все весело похохочем.
— Правда?
— Конечно, нет, кретин. Иди молча.
Проводник замер посреди лесной чащи. Огляделся по сторонам. Странным образом порычал несколько раз и затопал лапами. Нервозность достигла предела. Казалось, что на ребят сейчас нападёт свора тенадасеров или тебрарумов, а может и все сразу. Кусты поблизости зашелестели. Колючий страх с паникой стремительно забегали по коже; они жалили не хуже ос.
Ребята неосознанно начали кучковаться. Флатэс схватил за запястья Ингелео и Ланию, а Нобилиа взяла руку Лауры. Калеса сама бросилась к Малеру и спряталась за его спиной, крепко вцепившись в плечи. В Присфидуме проснулся животный страх. Что делать если на них и правда нападут? Как отбиваться, да и получится ли?