Попаданка в Зазеркалье (СИ)

Глава вторая
Плавучие города
«Ну, и видок!» — говорило мне собственное отражение в зеркале, и я верила скептическому выражению своего лица.
— Ты прекрасно выглядишь! — вынес свой вердикт Оуэн, поправляя длинные рукава мантии пергаментного оттенка. Он тоже походил на привидение, но очень стильное, с длинными пепельными волосами, собранными в низкий хвост и худым лицом. Другу шло одеяние хранителей, потому что выгодно скрывало худобу парня и придавало всему его облику некую значимость, а вот меня в этом балахоне можно спокойно выставлять в поле ворон пугать.
— Ты так считаешь? — приподняла я брови и еще раз покрутилась перед зеркалом.
Длинные рыжие локоны хранитель Астиан попросил собрать в высокий пучок, отчего мое круглое веснушчатое личико со вздернутым курносым носом казалось теперь аристократически бледным и более породистым в складках пергаментного капюшона мантии, а глаза наоборот стали больше и выразительнее, сияя двумя ослепительными изумрудами. Но на этом положительные стороны столь экстравагантного наряда заканчивались. Длинные полы мантии полностью скрывали мою фигуру, и я буквально утопала в хрустящей жесткой ткани, которая спрятала даже кончики моих пальцев.
— Привидение и то краше! — наконец, отошла я от зеркала, отдавая Оуэну тяжелое металлическое украшение, которое хранитель Астиан приказал надеть поверх одеяния. На друге красовалось такое же, и массивный камень в грубой оправе отливал холодной синевой небес.
— Нам пора спускаться к вольерам, Злата, — поторопил меня Оуэн, и я последний раз оглядела свою уютную комнату прощальным взглядом. Хранитель Астиан заверил, что полет до плавучих городов не займет много времени, но что-то подсказывало мне, что в Академию я вернусь нескоро.
Оуэн взвалил на плечи все те же рюкзаки, которые вернулись вместе с нами из Пустоши, проверил карманы мантии, куда сложил подробный план церемонии и взял меня за руку. Его глаза смотрели серьезно, а губы не улыбались. Не впервые я видела его таким: настоящим хранителем столь похожим на своего дядю. Если немного прищуриться и не обращать внимания на мальчишескую угловатость фигуры, то можно с натяжкой назвать Оуэна настоящим мужчиной.
— Нам предстоит совершить сразу несколько дел, — произнес он глухим голосом, а у меня отчего-то резко упало настроение. Когда Оуэн говорил вот так, это значило, что случилось нечто из ряда вон. — Ты знаешь, что у хранителей есть особый обряд, который связывает пары?
— Догадываюсь, — коротко бросила я в ответ, пряча глаза и прикусывая губу.
«Понятно, Оуэн хочет закрепить свое обещание клятвой» — сердце больно ударилось в грудь и затихло.
Сразу после того, как мы вернулись из Пустоши, я нашла время, свободное от занятий и домашнего задания, и нашла всю информацию, которая касалась хранителей. К сожалению, таковой оказалось мало, но у меня имелся непереводимый запас хитрости, воспитанный в условиях иной жизни. Когда хранитель Астиан задал нам найти информацию про жителей плавучих городов, я воспользовалась его добротой и напросилась в личную библиотеку. История Аврелии стала одним из моих любимых предметов, и преподаватель Астиан поощрял стремление лучше изучить каждую тему, поэтому неохотно, но согласился. Он коршуном ходил надо мной, пока ректор не вызвал его к себе в кабинет. До этого самого момента я притворялась послушной студенткой, кропотливо выписывая из толстенных томов нужные мне сведения, но стоило Астиану скользнуть за дверь, как я тут же устремилась к полкам, расположенным за его письменным столом. Оуэн дал мне отличную наводку, там хранились поистине бесценные фолианты, содержащие в себе много интересного.
Тогда-то я и узнала о том, что хранители живут очень обособленно, предпочитая общаться только между собой и не связываться с другими расами. Плавучие города занимали огромные территории и разрослись не только по всему Западному морю, но и по крупным озерам на границе Саванны. Маги и демоны выражали открытую неприязнь хранителям, а те игнорировали любые попытки наладить с ними отношения.
 
Углубляясь в историю плавучих городов, я узнала об обрядах и клятвах. Дело в том, что хранители считались долгожителями и селились не так, как принято у других рас. Мужчины и женщины после обязательного обучения в Академии создавали пары по принуждению или по велению сердец и распределялись в определенный город в зависимости от уровня магии и объема усвоенных знаний. Они давали клятву уже после того, как прибывали на место, и эта клятва разительно отличалась от земной. Хранители не обещали любить друг друга по гроб жизни, заботиться друг о друге и все в таком роде, они клялись богу Аврелиану в том, что любым способом защитят информацию, которую получили от него. Потом шли обещания в том, что они выполнят долг, возложенный на них небесами, несмотря ни на что, и только в самом конце клятвы мужчина и женщина соединяли руки, чтобы посмотреть друг другу в глаза и отречься от всего земного, ради достижения общей цели совместными усилиями. Никакой любви, никакой романтики. Они обязались жить на одном месте всю свою долгую жизнь, чтобы служить богу Аврелиану.
Еще тогда я подумала, что их раса смахивает на секту, но оставила эти мысли при себе. Оуэн рос среди хранителей, он не видел другого воспитания и вряд ли бы понял мои возмущения.
Пока мы шли к вольерам, я держала Оуэна за руку и пыталась понять, как отношусь к тому, что он собирается мне предложить. Полную клятву мы произнести не сможем, во-первых, не закончили обучение, во-вторых, я — человек, и хранители никогда не примут меня в один из плавучих городов. Но в законах хранителей прописан особый пункт о том, что они имеют право уйти на службу в земли иных рас, если это решение служит благополучию целей бога Аврелиана. Так поступил Астиан, поэтому наши клятвы могли и принять.
— Ты готова соединить со мной свою судьбу? — совсем тихо спросил Оуэн, когда до вольеров оставалось всего несколько шагов. Тарт в компании Марлен укладывал вещи, устраивая тюки на спине огромной белоснежной птицы, которая величаво переступала с одной огромной ноги на другую. Догнар что-то горячо рассказывал эльфам, которые пришли проводить Аирэль. Ребята выглядели так, словно собирались на прогулку, даже личико феи светилось безмятежностью.
— Оуэн, лучше принести клятву, чем подвергать жизни Тарта или Догнара опасности. Я никогда добровольно не стану служанкой одного и рабыней другого, поэтому буду биться за свою жизнь. И не факт, что проиграю! — вспомнила я собственное боевое прошлое. Думаете, фигурное катание — это просто? О, нет! Тренировка порой отнимает столько сил, сколько не отнимает один бой. — Но ты должен взвесить все за и против. Я никогда бы не стала принуждать тебя к … подобному и склонять к жизни в нелюбви со мной.
Наверное, я покраснела, как рак, потому что Догнар, подошедший к нам в этот момент, выглядел очень удивленным.
— Пташка, привет. Я прервал твои сердечные излияния? — спросил он с ухмылкой, а я только покачала головой. Не стоит посвящать ребят в то, что мы с Оуэном собирались сделать. Ни Тарт, ни Догнар, воспитанные в культуре собственных рас, не поймут моего решения пожертвовать свободой ради нормальной жизни. Одного я не понимала, почему Оуэн согласен на такое?
Следующие несколько минут Тарт и Догнар увязывали принесенные вещи, рассказывая, что нашу пару с младенцем повезет королевская особь грифонов — белоснежный крылатый птах с огромным золотистым клювом-убийцей. Я с опаской рассматривала кабину, установленную на пернатой спине птицы, и сглатывала вязкую слюну. Летать на грифонах мне еще не доводилось, поэтому я предвкушала неспокойный полет.
— Не переживай, — подошел ко мне смотритель Эль, — ребенок погружен в магический сон и не проснется до самого окончания пути. Вы прибудете к границе Западного моря со стороны саванн, это не так далеко, всего несколько пару-тройку часов полета. Не успеют потухнуть дневные светила, а вас уже встретят жители плавучих городов. Там держись по ситуации, Злата. Я верю, что Оуэн не бросит тебя и не подведет, чтобы ни случилось, но ты — единственный человек во всем нашем мире, поэтому будь осторожна. Я не хочу потерять тебя, едва узнав.