Конец кошмара (СИ)

Я остановился и задумался.
Внутри меня снова бушевала буря.
Неужели Аня тоже попала в этот мир? Может быть, но это было вовсе не единственное моё предположение. Следы мог оставить другой человек… или не человек, но существо, которое намеренно пыталось меня запутать, заманить и… поиграть.
Я цокнул языком.
На самом деле при данных обстоятельствах у меня было не так и много вариантов. И не только потому что со мной была Таня, с точки зрения которой у это проблемы было единственное возможное решение. Сам я тоже не собирался рисковать, если Ане грозила хотя бы малейшая опасность. Так что да, выбора нет.
— … Надеюсь, твоя мать забрела не слишком далеко.
— Она может, — наигранно вздохнула Таня.
Я усмехнулся.
Надеюсь, мой смешок не показался слишком нервным.
С недавних пор у меня появился опыт путешествия по пустыне, правда в Мире Натаниэля она была менее знойной и более плоской. Здесь же у нас на пути постоянно возникали большие и малые пригорки, забираться на которые было весьма утомительно, ибо ноги постоянно утопали среди золотистого песка. Для меня это была не более чем назойливая неприятность, ибо всё это время меня подпитывала туманность, которая даровала моей оболочке силы, значительно превосходящие обычного человека, но для Тани, и без того хрупкой девушки, каждый холмик служил серьёзным испытанием.
Она старалась не подавать виду, но её пожирала усталость; каждый раз, когда мы преодолевали очередную вершину, я поглядывал на неё и замечал всё сильнее дрожащие коленки.
Несмотря на свою активную натуру, Таню никогда нельзя было назвать особенно спортивной. Забавное сочетание. Когда мы выходили на прогулки, она всегда бежала вперёд лишь для того, чтобы на обратной дороге увещать меня взять себя на руки. И не только потому что… потому. Теперь, однако, она ни слова не смела проронить о своей усталости, но, поджав губы, смиренно переносила все препятствия и бледнела прямо на глазах.
Наконец я сам изобразил изнеможение, потёр колени и предложил сделать перерыв. Таня помялась, кивнула и, скрывая облегчения, упала на песок.
Мы говорили, шутили, смотрели по сторонам и всё время поглядывали на следы на песке, которые уводили всё дальше и дальше в бескрайнюю пустыню.
В один момент я заметил неладное. В отличие от нас, которые временами оставляли на песке отпечатки нижней половины своего тела, «Аня» шла вперёд и только вперёд. За всё время она ни разу не остановилась, не присела, не повернула; вереница её следов представляла собой непрерывную пунктирную линию.
Это было подозрительно. Предельно подозрительно.
— Мама может весь день ходить по магазинам, — наигранно вздохнула Таня.
Я кивнул.
Действительно. Может. И всё равно это было предельно странно, как и то, что следы вели в противоположном направлении относительно того, в котором находился портал.
Я изучил след более пристально. Он был совсем невыразительным. У Ани вообще были ботинки с такой подошвой? Вроде приехала она в туфлях, а потом стала надевать мои шлёпанцы — помню это потому, что, после её появления они стали постоянно исчезать.
Следовательно… ха… Нет, не помню. Возможно у неё была другая обувь, возможно у меня была другая обувь, которую она откопала в кладовке — это не важно. Даже если я точно вспомню, что в моём доме не было ботинок с такой подошвой — что дальше? Прекратим идти по ложному следу? Повернём? Я не могу. До сих пор, пока существовала хотя бы малейшая вероятность, что это была именно она, что некий монстр, «фантом» захватил её тело и теперь беспрерывно шёл вперёд — мне всё равно придётся идти по этому следу, даже если он ведёт меня в откровенную ловушку.
Проблема в другом.
Мой взгляд снова покосился на Таню, которая, сжимая губы, поглаживала свои ноги.
Что если прямо сейчас я веду её на верную… Хватит ли у меня сил, чтобы защитить её? И даже если да, даже если был в уверен на 99.9%, как и в случае с Аней единственная доля риска был непозволительной.
Но что я мог? Вернуть её домой? Не получится. Оставлять её в одиночестве было ещё более опасно. Отнести в сторону портала? Последний мог находится за тридевять земель, и тогда я только потеряю время, которое, может статься, было необходимо для спасения Ани.
 
В данный момент я стоял перед лицом самой ужасной дилеммы, которую только можно себя представить.
Я прищурился на палящее солнце у себя над головой.
На секунду мне показалось, что последнее улыбается издевательской улыбкой. Что некто, Нечто намерено поставило меня в такое положение, более того, специально сделав так, чтобы выбор не казался слишком явным, и чтобы каждое решение сулило только определённую вероятность, что всё пройдёт хорошо или… нет.
Кто бы это ни был, я не собирался играть по его правилам.
Поэтому я задумался.
Нужно было сделать что-нибудь такое, что поможет мне вырваться из этой западни. Если партия зашла в тупик, если тебя заставляют пожертвовать ключевой фигурой, всегда можно просто взять и перевернуть игральную доску, а потом со всей силой шибануть своего противника ей по голове.
В данный момент в моём распоряжении был не самый сильный, но достаточно обширный арсенал. Я мог использовать магию до Третьего круга включительно, мог сделаться воином Третьего ранга, который был значительно сильнее обычного человека, и наконец мог применить любое из моих многочисленных сокровищ.
Например, СТРАЖА.
  
41. решение
 
Например, СТРАЖА.
Всесильного стального великана.
С его помощью я мог превратить пустыню в песочницу. Разве что у Тани появится много вопросов, если я действительно сделаю нечто подобное. И ещё мне может просто не хватить туманности. СТРАЖИ были довольно прожорливы. В мире Натаниэля в качестве источника энергии можно было использовать песок лайма; в мире Ямато СТРАЖИ представляли собой своеобразных НИСов, внутри которых изначально находились трещины в другое измерение, которые, однако, оставались запечатаны, пока их не приоткрывал «заражённый» пилот.
Вряд ли я смогу запустить СТРАЖА в своём текущем теле и с моими нынешними силами. Всё же материальный барьер этого мира был слишком твёрдым, прямо как…
Стоп.
Я замер.
Сморгнул.
Материальный барьер был слишком твёрдым… прямо как в моём собственном мире.
А что если это не мой дом перенесло в другой мир, но моя собственная родная Земля переменилась? Тогда понятно, почему не было трещины с другой стороны шкафчика с одежкой и почему я не мог покинуть свою оболочку — потому что всё это время я находился в своём мире внутри своего первоначального тела.
Никто не перебрасывал меня в другое измерение.
Изменениям подверглось моё собственное.
Но почему?
Нет, глупый вопрос. Причина была очевидной. По мере понижения Стабильности все миры проходят через определённые метаморфозы. Вопрос в другом: почему всё происходящее казалось мне, и Тане, странным? Обычно я не мог определить перемены, вызванные спонтанными понижением Стабильности; что бы ни происходило с миром, последний всегда казался мне естественным и закономерным.
Но теперь всё было иначе. Не только я, но и Таня считали всё происходящее предельно странным.
Были ли раньше такие претенденты?
Хм… Да, были.
Когда в Мире Ямато появились первые НИСы.
Когда королевство Небелы уничтожил Вестник.
Когда туман не просто следовал за местной верой конкретной мира, но когда его направлял один из Них. Один из Нас. Если Владыка кошмара намеренно изменял природу мироздания, местные жители мира могли это заметить.
Следовательно, — я посмотрел по сторонам, чувствуя на коже лица порывы сухого ветра, — всё происходящее не было спонтанным происшествием. Один из Них устроил для меня ловушку. Однако зачем было делать её такой запутанной и странной? Почему бы просто меня не уничтожить?
Может потому, что он не мог этого сделать? Убить меня довольно сложно. В конце концов я тоже — Владыка кошмара. Поэтому противник решил нанести удар в наиболее уязвимую точку. Он попытался подточить моё психическое состояние. Для этого он перенёс сюда, в том числе, Таню. Когда я впервые увидел её, то действительно почувствовал сильнейшую тревогу, которая почти выбила меня из колеи. С этой же целью Он создал трещину, зная, что я обнаружу последнюю с помощью компаса, а затем оставил следы, которые вели в противоположном направлении.