Dragoste în ciuda (СИ)

Ноэ отряхнул свой светлый костюм и с сожалением цокнул, оглядев прожжённую прореху в нём. Он сделал пасс рукой над дырой, но ничего не поменялось.
— Ох, — с сожалением произнёс бес.
Он взглянул на Влада, мрачно, исподлобья смотревшего на него.
— Я не волшебник, я только учусь, — пробормотал он и на недоумённый взгляд князя, закатив глаза, продолжил: — И не все хотят выглядеть, как брутальный самец в период охоты, я хочу выглядеть, как джентльмен…
— Как кто? — переспросил Влад.
— Как джентльмен, — ещё раз проговорил Ноэ, а затем махнул рукой на друга по несчастью, — потом поймёшь.
Дракула решил пропустить ремарку нечистого мимо своих ушей.
— Что дальше? — спросил он, осматривая всё вокруг более внимательно, зудящее чувство тревоги не оставляло его.
— Путь, — коротко проговорил бес, ещё раз с сожалением оглядывая свой костюм, затем тихо пробормотал, — практика, только практика…
— Что ты там бормочешь? — спросил Влад, когда они двинулись вперёд.
— Что бы ни было, что бы ты там ни увидел, ни во что не вмешивайся, проходи мимо, так, чтобы тени не увидели тебя, чтобы ты остался неприметен для этого мира, иначе не пройдёшь, останешься здесь.
— О чём ты говоришь? — сосредоточенно, с толикой сомнения и затаённого беспокойства, разрастающегося в душе с каждой минутой, с каждым шагом, но выбора не было, впереди лес, позади огненная река, через которую никто и никогда не переходил, не переходил, потому что не помнил, потому что там если и ждали, то не так, как она, не так, как Лале, она буквально тянула его к себе, а у него не было ни сил, ни желания сопротивляться, а ещё Валахия, как любимая женщина, которую необходимо было оградить от бессовестного насильника, терзавшего её тело и душу.
Лес и не думал помогать им. Он расступился пред ними, но не для того, чтобы легко провести. Нет. Чтобы они остались в его когтистых еловых лапах. Влад уже второй раз за безвременье пожалел, что его меч остался лежать на поляне, где он оставил свою душу. Они усиленно продирались сквозь природные преграды. Иголки колко впивались в кожу, и так опалённую огнём, потрескавшуюся от ветра, шершавую от трения одежды, измученную бесконечным переходом.
— Влад, — тихо позвал того Ноэ и вскрикнул, — чёртов валежник…
Мужчина посмотрел на нечистого и усмехнулся.
— Наколдуй бархат вместо иголок, — произнёс он насмешливо и отодвинул ветви, пропуская того вперёд.
— Не нуждаюсь, — проговорил тот досадливо и пропустил сначала Влада.
Князь отпустил ветви, и они больно, хлёстко ударили беса по лицу и груди.
— Ауч, — вскрикнул Ноэ.
Раздался смех Влада.
— Смешно ему, больно же, — мрачно произнёс нечистый и обомлел. — Ты рассмеялся!
— И что? — вновь мрачнея, произнёс Влад.
— Как это что?! — возразил ему Ноэ. — Мне удалось то, что никому не под силу в Нави.
Влад покачал головой и взглянул вперёд, не видя ни конца ни края лесу, чаще, деревьям, которые, казалось, стали ещё гуще. Они долго шли, исколовшись и изрядно устав, когда впереди забрезжил лёгкий свет. Мужчины, легко преодолев небольшой овраг, оказались на тропинке, обозначенной среди густой травы и тумана, стелящегося по земле еле уловимой белёсой пеленой.
— Вышли, — облегчённо вздохнув, произнёс Ноэ, сложился пополам, пытаясь отдышаться, опиравшись руками о колени.
— Куда? — Влад огляделся, когда они продирались сквозь лес, тот был безмолвен, сейчас же он наполнялся звуками. — Почему здесь так всё?..
— Так похоже на Явь? — Ноэ выпрямился и с усмешкой взглянул на воина. — Она близко.
 
— Яга? — уточнил Влад.
— Ягиня, — вновь мечтательно, вступая на тропу, увлекая за собой и князя.
— Ты влюблён? — мужчина улыбнулся и последовал за ним.
Ноэ возвёл глаза к тёмному небу без намёка на звёзды.
— Кто? Я? — парень совсем по-мальчишески скривился. — Пф-ф-ф-ф.
Влад улыбнулся, и они молча продолжили путь. Теперь лес расступался перед их тяжёлыми поступями, словно бы знал, что с ними лучше не связываться. Они перекидывались какими-то дежурными, ничего не значащими фразами, как услышали визг. Мужчины переглянулись между собой.
— Помни, что я сказал: не вмешивайся, — предупредил демон, щуря глаза, пытаясь разглядеть происходящее.
— Я только гляну, — твёрдо произнёс Влад, на что Ноэ возвёл глаза вверх.
У самой тропы они увидели богато разодетого, как дворянин, господина, перед ним на коленях стояло нечто ужасное, покрытое пузырями и струпьями. На миг существо повернуло голову к Владу, его поразила боль и тоска в круглых навыкате глазах. Безысходность и полное уничижение. Ради того, чтобы выжить. Такие глаза он видел у крестьян, когда в первые недели правления посетил свои земли, желая самому убедиться в бедственном положении народа Валахии, предпочитая не верить сладким речам бояр. Тогда он казнил управителя деревни, посадив того на кол, собственноручно, потому что хуже казнокрадов только убийцы, потому что те и другие обрекают людей на смерть.
Влад встал как вкопанный, Ноэ по инерции прошёл ещё несколько шагов. Не найдя его рядом с собой, бес обернулся. По выражению лица князя тот понял, что он хочет вмешаться.
— Нет, — возразил он, видя, что смертный собирается свернуть к паре нежити. — Нет.
Он дёрнул Влада на себя и заставил его посмотреть на него.
— Ты не знаешь, как здесь всё устроено, тут сильный ест слабого, потому что низшие — самая лёгкая добыча для высших демонов, — он увидел, как его визави смотрит на безобразную сцену.
— Всё, как и у нас, мы не едим плоть друг друга, но поедом поедаем, кляня, ненавидя и упрекая, — Влад убрал руку парня со своего плеча. — Я не могу уйти, не защитив слабого.
— Это существо — никто, корм, — напомнил Ноэ, но всё же что-то странное поселилось в самой глубине его разного цвета глаз, что-то схожее с восхищением.
Воин прошёл мимо беса и устремился к двоим на поляне.
— Отпусти его! — выкрикнул он.
Господин повернулся к Владу, и его белые глазницы вспыхнули огнём, князь почти физически ощутил его злобу, настолько концентрированную, что и ему передалась его остервенелость. То, что чувствовал Дракула в первое время, когда только начал наказывать, пронзая людскую плоть колами, ощущая предсмертную дрожь агонии, видя смертный ужас в глазах преступника. Преступника ли? Он часто задавал себе вопрос, прав ли он и может ли заниматься судилищем, а тем более казнить? Защитник, обвинитель и судья. Три в одном. Кто ему позволил? Кто разрешил?
Дьявольский князь довольно оскалился, видя смятение смертного. Он отпустил существо, но оно от ужаса всё ещё сидело подле.
 
— Так, так, так, — проговорил князь, сверкая красными глазами, и потянул воздух ноздрями, — Смертная Душа.
Влад уже было открыл рот, как вмешался Ноэ.
— Мы проходили мимо, великий магистр, — несколько подобострастно. — Уже уходим.