Dragoste în ciuda (СИ)

Александра поспешно отвернулась и замкнула квадрат. Она вглядывалась в небо в разрывных молниях, будто ждала указаний действовать. Неожиданно её взгляд остановился, став стеклянным, вода пошла сильной рябью, будто на неё дул некто могущественный, огонь вспыхнул, а девушка вдруг запела грудным голосом, казалось, кто-то из-под земли пробрался в её лёгкие и вдохнул в неё свою силу. Лале вздрогнула и посмотрела на свои руки, под тонкой кожей ладоней, из самых глубин всего её существа что-то рвалось, бегая на поверхности тела лёгкими электрическими разрядами лазурного света. Она обвела взглядом присутствующих. Даже всегда отстранённый Раду теперь смотрел с изумлением. Лале разобрала среди пения Александры, поднявшегося ветра, шума стихии, ударов молний и грома слова молитвы Аслана. Она начала вторить ему.
Несей-река. Навь. Вечность на часах Ноэ.
Влад невесело переглянулся с Ноэ.
— Ну что ты встал как вкопанный? — обратился к нему бес и, поиграв бровями, двинулся к огненной завесе.
— Ты с ума сошёл! — вскрикнул тот и отдёрнул его от пламени.
Ноэ, смутившись, смотрел на воина.
— Переживаешь за нечистого? — он удивлённо приподнял бровь.
— Ты тот, кто выведет меня из Нави, — осадил того Влад.
Демон усмехнулся.
— Так пойдём? — предложил он.
— Как мы преодолеем переход?! Этот огонь, этот смрад? Мы не сможем, — резонно проговорил Влад.
— Ты мыслишь категориями Яви, здесь же перевёрнутый мир, тут можно всё, через тропу может пройти лишь тот, чьи поступки легки, а помыслы чисты…
— О, тогда я кану, как только ступлю на тропу, — воин невесело ухмыльнулся.
— У тебя есть выбор? — взгляд беса горел.
— Увы… — мрачно сокрушился Влад, и его челюсть сомкнулась до зубовного скрежета.
— Мир людей и мир духов различны и подчиняются разным законам, — туманно произнёс Ноэ.
Влад вступил на зыбкий мост, и вокруг взвыло сто монстров муками боли. Он обернулся, видя, что Ноэ двинулся следом. Тропа была шаткой, каждый шаг давался с трудом, стопы лизал опаляющий всё огонь, из-за вони слезились глаза. Идти становилось всё труднее, путь стал неустойчив вдвойне, раскачиваясь сильнее, а под ними была разверзнутая геенна. Влад вновь обернулся.
— Сколько ещё? — крикнул он, стараясь перекричать гул бушующей стихии.
— Может, дорога оборвётся здесь, а может быть, мы будем идти вечность, — Ноэ сделал пируэт ногой, и мост тряхнуло.
— Что это? — Влад проследил встревоженным взглядом за его обеспокоенным.
Из горящего смрадного круговорота поднялась голова чудовища, кожа которого была покрыта плотной чешуёй, словно щитами закрывшая её.
— Это змей, — прокричал Ноэ.
— Что ему надо? — произнёс в ответ Влад.
— Он охраняет «воды», обратно никто не возвращается, — бес был серьёзен как никогда.
— Вот ведь чёрт.
Змей шумно втянул ноздрями воздух, и они услышали пророкотавшее шумом катящейся вниз лавины:
— Живое.
— Он слеп, — произнёс нечистый.
Влад быстро обвёл взглядом пространство и выкрикнул Ноэ:
— Держись позади меня, что бы ни случилось, не двигайся, слепые чувствуют вибрацию.
И мужчины замерли. Змей вытянул голову и непонимающе мотнул ею. С его замершим туловищем в этот кусок пространства пришло странное безмолвие, отключившее все звуки мгновенно: было шумно, в следующий момент всё разом стихло. Змей крутил головой, двигал туловищем, расплёскивая вокруг себя лаву, водя хвостом. Они стояли на раскалённых колышущихся камнях, стараясь даже не дышать. С тихим рокотом чудовище стало погружаться в жаркую пучину и уже было скрылось, как Ноэ вскрикнул, его брючина начала тлеть. Оба снова застыли, но напрасно. Змей с силой вынырнул, и он точно знал, где его жертвы.
 
— Бежим, — выкрикнул Влад и дёрнулся было вперёд, как увидел, что бес, опасно накренившись, стал соскальзывать в геенну.
Цепеш ринулся к нему.
— Нет, — крикнул он. — Спасайся сам.
— Руку дай, — выкрикнул мужчина, и его глаза посветлели, став лазурными.
— Я — нечистый, — растерянно пробормотал он.
— Потом помоемся, — скороговоркой произнёс Влад и за поданную руку втащил беса обратно, падая сам и роняя другого в расступившийся туман.
Неожиданно оба ощутили вместо зыбкости — твёрдость, вместо огня — спасительную прохладу. Оглядевшись, они увидели перед собой тёмный лес, огненная смрадная река канула вместе со змеем, словно её никогда и не было.
— Мы выбрались, — радостно проговорил Ноэ и откинулся в прохладную траву. — Ты слышал её слова?
Влад непонимающе посмотрел на беса, а потом на свои ладони, все в искорках лазурного света.
— Ей внимал Всевышний.
========== Глава 8. ==========
Смотровая площадка замка Влада Цепеша.
В душе Аслана поднимались негодование и злость, несвойственные ему. Голову посещали мысли об абсурдности происходящего. Его взгляд заскользил по фигурам, стоящим в одном квадрате под небом, разрезаемым сотнями молний, гром изредка раздавался, рождая предчувствие неминуемой беды. Аслан помнил слова Александры о том, что всё, что с ним происходило, — это происки зла, но почему именно он ощущал, насколько сильно его давление? Мужчина пытался зацепиться хоть за что-то, что могло привести его в устойчивое расположение духа. Раду, прикрыв глаза, что-то шептал, и по его щекам бежала скупая слеза. Тот, кого именовали могучим львом, быстро отвёл взгляд и увидел, что Лале, как роза, трепетала на ветру. По бледному лицу со ставшими огромными глазами цвета бархатной турецкой ночи текли бесконечным потоком слёзы, они обжигали её щёки, так же, как горе и неизвестность обожгли её душу.
«Сполна зла, меня ещё не хватало», — подумал Аслан и судорожно вздохнул, ощущая, как ненависть утихает в его душе.
Женщина вздрогнула, когда почувствовала, что ведунья сжала её руку. Она взглянула на неё с надеждой, вся дрожа, с одним только безмолвным вопросом в измученных глазах.
— Твой суженый перешёл огненный рубеж, — тихо проговорила Александра, лёгкая улыбка в красивых чертах лица колдуньи, облегченный вздох хозяйки замка.
— Что это значит? — одними губами произнесла Лале.
— Значит, что он прошёл половину пути, значит, не только мы хотим его видеть, значит, что он не забыл, — заверила она её, но тут же свела брови. — Но мы не должны расслабляться.
Лале вздохнула и вновь безмолвно зарыдала.
— Тебя слышит Бог, не забывай просить, тебе всё дастся, ты вымолишь его, — твёрдо и безоговорочно, через недолгую паузу Александра добавила: — Но не теряй контроль…
Женщина вздрогнула, ощутив, как по ладоням заискрилось лазурное пламя, не обжигая, но даря утешение и уверенность, её помощь нужна ему, нужна, чтобы достать с того света, привести в Явь.
 
Навь. Ночной лес.
Влад и Ноэ посмотрели друг на друга, потом на лес, высившийся огромной громадой над ними, довлея над двумя фигурами, казавшимися точками по сравнению с толстыми стволами деревьев. Князю что-то мешало — что-то, что мельтешило на окраине его сознания, что-то не давало покоя, беспокойство шевелилось в душе. Перед его внутренним взором всё время стояло лицо Лале, и его бросало в холодный пот по временам, мучил один вопрос: что будет, когда он предстанет перед ней, предстанет с измененной природой, с неуёмной жаждой крови, с тем, чему ему будет невозможно противостоять? Но у него нет выбора: он должен вернуться к ней и он должен показать раз и навсегда османам, что Валахия под надёжной защитой, так, чтобы в веках запечатлелось, так, чтобы никто больше не смел и помыслить напасть, защитить народ, не дать разграбить страну, не дать увести в рабство женщин, никогда больше не отдавать дань детьми…