Я хочу тебя (СИ)

Знает? Нет? Пока не должен бы, Игнат не успел растрепать. Но у Коваля чутье на все то, что он считает своим.
— Какого хера квартиру запалили? – вкрадчиво спросил он. — Хвост просечь не смог, да? Хватку потерял?
Знаю, отвечать пока рано. Да и вообще, не стоит.
— Там, блть, кровь, кишки и трупы. За собой убирать надо, мало мне шумихи? А эту бойню со мной связали.
— С газетчиками Кастет говорил, статей не будет.
— Зато репортаж вышел, – скривился Коваль. — Ушлые суки мое имя назвали, меня ответственным сделали. Они свое получат, но ты-то, мать твою, какого хрена допустил это?
Я сжал зубы, и продолжил слушать Коваля.
Ларису мне не жаль, я мог бы сдать сучонку, но я ведь тоже не уследил. Попадет Ларе, попадет и Алине. И мне не все равно, что с ней будет, что бы она там ни думала.
— Больше не повторится. Сейчас твои дочери в надежном месте. Игнат охраняет.
— Больше косяков быть не должно, – отрезал Руслан. — Теперь об Алине. Где она была? Я знаю, что из салона она сбежала. Знаю, что вчера она не явилась на учебу. Тебя и Игната тоже не было. Ну?
— Она дома.
— Я знаю, что она дома. Я спрашиваю, где она таскалась целые сутки, – раздраженно прорычал Игнат, и протянул мне сложенный вчетверо белый лист. — Читай.
Я развернул бумагу, и вчитался.
— Блть! – выругался сквозь зубы.
Жаль, что Марк уже подох. Я всего-то затащил его во внедорожник, и прострелил голову стволом с глушителем.
— Я прочитал это вчера днем, курьер принес, – сузил глаза Коваль. — Милое письмо от «мужа» моей дочери, да? Читал, и умилялся. «Вы должны знать, что я люблю Алину, а она любит меня. Надеюсь, вы простите ее за побег, и примете нас обоих. Я буду рад обрести второго отца» – процитировал Руслан. — Идиотка сбежала с женишком, поверив в его большую любовь? Она успела выскочить за кретина?
— Не успела. Я остановил, – ответил холодно. — Проблема устранена.
— Не устранена! – рявкнул Руслан. — Моя дочь – такая же шлюха и предательница, как и ее мамаша. Позорит меня, выставляет идиотом, который родную дочь в кулаке удержать не может!
Коваль – конченая мразь, я знал это всегда. Голова у него не холодная, Руслан любит мучить всех вокруг. Кулаками бить, или словами, угрозами, шантажом. Любит делать больно, и наслаждаться этим зрелищем.
Мы с ним в чем-то похожи, хотя в свое время я меньше всего хотел походить на Коваля. Но я не наслаждаюсь чужими муками. Мне на них плевать, я просто делаю то, что должен.
— Алина сглупила, но она уже сожалеет, – я произнес это спокойно и уверенно. — Этот парень задурил ей голову. Алина неопытна, поверила в романтические бредни, и согласилась на побег. Но когда я приехал за ней, она уже сама жалела о своем поступке.
— Потаскуха, – Руслан меня не слышал. — Волынов давно на нее заглядывается, старый извращенец. Мне нахер не нужна девка, которая меня позорит. Отдам Волынову, пусть сам воспитывает. Он из нее дурь выбьет.
— Нет! – повысил я голос, и Руслан взглянул на меня удивленно. — Не торопись. Я же сказал, девчонка сглупила, она молодая еще, обмануть легко. Лошок этот давно вокруг нее вился, изучил слабые места. С баблом у его семьи туго, отец на Сивого работал, но начал крысятничать, ментам стучать. В живых оставили, но все отобрали. Пацан помнил красивую жизнь, вот и решил примазаться. Угомонись, Руслан, твоя дочь уже наказана.
Ну же, блть, успокаивайся!
Коваль вдруг расслабился, чуть откинул голову, и взглянул на меня с кривой улыбкой, которая не отражалась в стальных глазах.
— Вот как! Защищаешь ее? – ласково спросил Руслан, и резко выплюнул: — Запал на нее, да?
— На твою дочь? Нет. Я просто объяснил тебе все. С Алиной я провел пару дней, и немного узнал ее – девчонка зажата, ее напугали последние события, вот и повелась на этого чепушилу.
— Не заливай, блть, – хмыкнул Коваль зло. — Пару дней ты с ней провел, да. Трахал Алину? Успел, или нет?
Я вспомнил жар и влажность ее рта, тугое горло, жадно обхватывавшее мой член, ее волосы в моей ладони, когда я насаживал Алину на себя…
 
— Нет, и не собирался, – ответил, и принял дымный взгляд Коваля спокойно.
— Демьян, если я узнаю, что ты яйца подкатываешь к моей дочери, закопаю, ясно? – отрывисто и зло произнес Коваль. — Лучше бы ты говорил мне правду. В противном случае тебе конец. Алина не для такого, как ты.
— Она для такого, как Волынов? – усмехнулся я. — Не подумай, что я сватаюсь, но я чем хуже?
— Ты итак работаешь со мной, и повязан. Волынов – нет. Воропаев тоже нет. Как и многие другие, – пояснил Коваль, подобравшись. — Дочерей у меня всего две – тех, о ком я знаю, и ни одну из них я не отдам за тебя.
Я кивнул, принимая ответ, который давно знал.
Коваль думает, что имеет надо мной власть. Пусть думает дальше, пусть продолжает обманывать себя.
— Уладь все с телевизионщиками, погаси скандал. Проконтролируй, чтобы менты не подкопались. Они на подсосе, но мало ли. Все должно быть чисто, – по-деловому произнес Руслан. — В ангаре партия оружия, проследи, что транспортировка организована.
Я кивнул, и вышел.
  
Глава 20
 
— Где ты была? – напустилась на меня Лариса, едва я вышла из комнаты.
Стояла, прислушивалась к каждому шороху, к голосам, и только когда убедилась, что Демьян уехал, смогла выйти на кухню.
Я ненавижу этого человека!
Я боюсь его, и боюсь себя – ту, которой становлюсь рядом с ним.
Не знаю, как смотреть ему в глаза после всего, что случилось. Он творил со мной грязные вещи, а я… я даже не сопротивлялась. Какой-то частью души я наслаждалась этим.
Наверное, не зря я – дочь своего отца, и ношу фамилию Коваль. Суть у нас одна, порочная, порченая. И когда я позволяла трахать себя в рот, я и не вспоминала про Марка.
Марк, где же ты?!
— Алина! – Лара всплеснула руками. — Может, ответишь? Бесишь своей загадочностью. Не строй из себя невесть что, и скажи уже, где шлялась. А то меня упрекаешь за то, что иногда развлекаюсь, как могу, а сама в загулы пускаешься. Так где ты была?
— Не твое дело! – отрезала я.
А ведь я хотела поделиться с сестрой. Больше-то у меня и нет никого. Марк непонятно где. Либо в больнице, либо его просто кинули в другом городе. С отцом не поговорить, с мамой тоже.
Только Лариса.
Но и она как чужая. Нашла в моем лице врага, срывает дурное настроение. Мне тоже покричать охота, выплеснуть все, но не на сестре же.
А ей плевать.
— Вот как, – скривился сестра, и яростно продолжила очищать яблоко от кожуры. — Хороша сестра… ай!
На ее голубые джинсы начала капать кровь, и мне стало дурно.
Что у нас общего с сестрой, так это боязнь крови.
— Я сейчас в обморок упаду, – простонала Лара. — До кости разрезала. Из-за тебя все! Сделай что-нибудь, я кровью истеку сейчас!
Я пересилила себя, открыла глаза, и тошнота подкатила к горлу. Порез и правда глубокий. Подскочила, понеслась в ванную, и дернула ручку.
— Кто там? Откройте! – крикнула я, дверь открылась, и вышел Игнат.
Боже мой!
— Ну привет, – рыкнул он, наступая на меня.
В последний раз мы виделись в туалете кафе, и встреча прошла так себе. Кажется, Игнат это не забыл, и не простил.
Но не сделает же он ничего дурного дочери своего босса?!
— Алина! – взвизгнула сестра, и заревела в голос. — Вызови скорую!
— Игнат, отвези Лару в больницу. Она порезалась, – выдохнула я.
— Не велено.
— У нее кровь льется из глубокого пореза, – занервничала я. — Нужно зашить рану. Ты умеешь? Я – нет, так что отвези ее, или вызови скорую.
Мужик скривился, достал телефон, и я поняла – он сейчас будет звонить или Демьяну, или отцу, и спрашивать разрешение на очевидное.
Я схватила пачку салфеток и, не найдя перекись, побежала обратно на кухню, к сестре. В спину мне доносилось:
— … да, сказала, что ранена. Сейчас, – раздались шаги, я присела перед сестрой и, подавляя приступ дурноты, прижала салфетку к ее руке. — Крови много… да, скажу. Кастет отвезет.