Я хочу тебя (СИ)

Мы вышли из машины и, держась за руки подошли к зданию ЗАГСа. Марк пропустил меня внутрь, хлопнул дверью.
Обернулась к нему с коробкой подмышкой и глазами показала на коридор:
— Я быстренько переоденусь, причешусь, и выйду к тебе.
Закрылась в свободном помещении, предназначенном для невест. И недоверчиво повторила вслух:
— Я невеста.
Открыла коробку с платьем, на белый диван побросала свою одежду. Из волос соорудила простенькую шишку-бублик, выпустила волнистые прядки по обе стороны от лица. Достала диадему.
И посмотрелась в высокое, от пола, зеркало.
От отражения по ту сторону захватило дух. Я угадала, это платье идеально, я в нем на принцессу похожа, на ангела. И пусть у нас не будет фотографа – я этот образ уже на подкорке сохранила, навечно.
Покидала вещи в объемную сумку, взглянула на часы.
До регистрации пятнадцать минут. Четверть пятого.
Мы с Марком получим свидетельства, погуляем по незнакомому городу, часов в восемь окажемся в нашей квартирке на окраине и откроем шампанское – и я забуду. Прошлую жизнь.
Чужие руки на теле, и касания, что в память врезались, глубокий взгляд черных глаз, низкий, с хрипотцой, голос.
Придерживая шлейф, миновала темный коридор и выпала в зал, к веселью.
У колонн и зеркал, повсюду, толпятся разряженные гости, со всех сторон звучат поздравления, очередная счастливая пара стали мужем и женой.
В потолок выстрелила пробка от шампанского, из бутылки с шипением полилась пена. Пробираюсь по залу и верчу головой по сторонам, но жениха своего не вижу.
А ведь сейчас наша очередь, Марк должен быть здесь.
По второму разу обошла толпу, пока секундная стрелка на больших настенных часах миновала два круга. И неуверенно позвала:
— Марк! Ты где?
Совсем рядом хрюкнул краснолицый мужчина и пошутил:
— Есть фильм "Сбежавшая невеста", но в реальной жизни бегут мужики.
Гости загоготали, я вспыхнула и отступила в темный коридор. Вернулась в комнату для невест и достала простенький сотовый, который мы купили сегодня.
Набрала номер Марка.
Гудки шли, а я ходила по комнате, слушала ровные паузы, кусала губы и набирала заново.
И не верила.
Не мог Марк оставить меня здесь, у алтаря, нет, конечно, мы же вместе сбежали из города, бросили родных, учебу, работу.
Часы бесперебойно отсчитывали секунды, подошла наша очередь.
Марк на улице.
В машине.
Точно.
А на регистрации нас подождут, две минуты.
Рванула на себя дверь комнаты.
И тут же отшатнулась назад от ослепившей меня вспышки фотоаппарата. Зажмурила накрашенные ресницы, проморгалась. Различила высокую мужскую фигуру на пороге.
Всмотрелась.
И похолодела.
— А что даже без улыбки, Алина, на фото надо улыбаться. Или будущие дети решат, что замуж тебя выдали насильно, – ровно, без эмоций, сказал мой кошмар наяву, мой палач, мой демон, и шагнул на меня. — Ну привет, – Демьян бросил фотоаппарат на диван и медленно прикрыл дверь. Повернулся. — Я предупреждал, что найду тебя. Я нашел. Раздевайся, Алина. До первой брачной ночи я не дотерплю.
  
Глава 18
 
Попятилась от него, наступила на платье. Подхватила шлейф и отступила еще, к стене.
— Где Марк? – спросила и вздрогнула от его хищной ухмылки.
— Рада, что выходишь замуж, Алина? – он шагнул ближе. В зеркале отразилась его фигура. Белый свитер с закатанными рукавами, темные брюки. Не похож на жениха и, вообще, на человека, у людей не бывает таких черных, блестящих, будто пуговицы, неживых глаз.
— Да, я рада, что выхожу замуж, – сглотнула и выставила вперед руку в слабой попытке остановить надвигающегося на меня мужчину. — Что ты с ним сделал? Не надо.
— Чего не надо? – он подошел вплотную. Пальцем провел по атласному лифу, оценил хрипло. — Красивое платье.
Рывком сгреб меня и толкнул на диван.
Плюхнулась в кожаные подушки и машинально поправила платье, та мысль, что мне его нужно вернуть после свадьбы – не потухла пока, во мне еще жила надежда.
— Папа меня с землей сравняет, если ты привезешь обратно, – помолчала и подняла на него глаза.
 
Мне не поздоровится, и Демьян это понимает, и дело не только в побеге, я охранника его унизила, когда сбежала с заправки, такие люди, как Игнат – подобное не прощают.
— Ты знала на что шла, – он наклонился. Присел на корточки передо мной, протянул руку, дотронулся до волос.
Вздрогнула, когда его пальцы потянули диадему из прически, растрепали уложенные волосы, и те рассыпались по плечам.
— Так лучше.
Встретились взглядами, и меня прожгли эти черные радиоактивные лужи, на месте застыла, боясь шевельнуться, еще хотя бы на миллиметр ближе – и я утону, расплавлюсь, заражусь от него и не вылечусь.
— Ты мог бы сжалиться. Отпустить.
— Такой придурок, как Марк, не получит это тело, – негромко процедил Демьян и взглядом скользнул вниз, мне на грудь, его ладони опустились на мои плечи и стянули лямки платья, он рванул ткань вниз.
Обнаженные соски тут же затвердели и сжались, дернулась и попыталась прикрыться, но Демьян отбросил в стороны мои руки, толкнул меня.
Кожаный диван скрипнул, лопатками уперлась в спинку и рвано выдохнула, когда его сухие горячие пальцы сжали сосок.
За стеной коридор, и дальше холл, оттуда раскаты смеха доносятся и выкрики "Горько".
Прошла наша очередь.
— Демьян, не надо этого делать, – перехватила его руку.
— Почему, Алина? – он сжал мою грудь, другой рукой скользнул под платье, змеей по ноге вверх, до кружева трусиков, — ради чего мне останавливаться? Я же для тебя демон, убийца, – он усмехнулся и потянул белье с моих бедер.
Разряд за разрядом меня током простреливало от широкой сухой ладони на моей коже, от его голодного взгляда, глаза в глаза. Его пальцы коснулись промежности, мазнули по складкам, раздвинули и потёрли, где-то там, внутри меня, от чего тягучая тяжесть собралась внизу живота, и из горла вырвался стон.
Мужские пальцы задвигались быстрее, они просто заскользили, словно я в масле вся, там внизу, и я задрожала, бедрами сдвинулась по дивану навстречу.
— Ты течешь, Алина, – выдохнул он и... остановился, грубым движением разодрал трусики, и кружево обожгло кожу. — Замуж хочешь за ботаника-обсоса, но ждешь, чтобы тебя трахнул я. Друг твоего отца-живодера, который на колени поставил весь город. Сказать почему?
Его слова пощечинами хлестнули по щекам, в горле пересохло, от смешанного со страхом стыда меня замутило. Распахнула глаза.
— Я никогда не захочу такого, как ты, – приподнялась, рукой прикрыла голую грудь, — ты приехал и сорвал свадьбу, ты прогнал моего жениха, ты давишь на меня, ведь ты сильнее, ты готов...что ты с ним сделаешь? С Марком.
— Убью, – ответил он кратко и даже в лице не изменился, так и сидел на корточках, держал подол моего платья и продолжал сверлить меня взглядом.
Убьет. Ведь, правда, убьет, из-за меня, это я заигралась в жениха и невесту, думать не хотела, что мое имя – Алина Коваль, а это уже приговор.
Изо всех сил рванулась с дивана и услышала треск платья, ударила Демьяна по каменным плечам, опрокинуть надеясь, и выбежать, в зал, к беззаботным гостям и веселью.
Одним быстрым движением он схватил мои запястья, резко поднялся на ноги, и меня сдернул на пол. Едва не бухнулась коленями на плиточный пол, но повисла, как марионетка, в его руках и в сантиметре от пола.
— Принцесса, я тебе не Игнат, – выдохнул он над моей головой. — Я и больно сделать могу, вот так, – он чуть повернул мою руку, и я заранее вскрикнула, но боли не было. Демьян наклонился ниже и прошептал, — могу, но не стану. Просто знай, что не остановлюсь. Если будешь так себя вести.
Он отпустил мои руки.
Сижу на коленях и тяжело дышу. Платье измялось, порвалось кое-где, голая грудь покрылась мурашками, и соски ноют, зудят от его касаний.
Я в его власти, у его ног, смотрю на темные брюки и до крови кусаю губу, а вдали, за стеной, все смеются, смеются, как проклятые, они платья купили, и вместе с ним счастье, а у меня вот не получилось.