Я хочу тебя (СИ)

Даже когда она стены в его кабинете разрисовала цветочками и к нему туда заявились на важную встречу хмурые дядьки в черных плащах – влетело мне.
Была грозовая ночь, а я сидела на улице и мокла, и выводила на асфальте розовые цветочки. И мелки смывал дождь. А папа стоял на крыльце и курил, и спрашивал: Где можно рисовать, Алина? Ты же вот на улице сейчас рисуешь? А сестра твоя почему в моем кабинете?
Передернула плечами, прогоняя воспоминание и запоздало откликнулась на голос Марка:
— Что ты сказал?
— Говорю, заедем, заправимся, – Марк свернул к светящемуся зеленому магазинчику на заправке. — Заодно кофе возьмем в дорогу, глаза слипаются.
Он выбрался на улицу, и я выскочила следом. Запахнула пальто, оглянулась по сторонам в поисках машины Демьяна и, выдохнув, побежала к магазину.
Внутри по стенам уже развесили празднично-мигающие гирлянды, за высокими столиками пристроились пара посетителей. Слева от стойки голубым экраном мерцает телевизор, пахнет кофе.
Рассчиталась за бензин. Заказала два стаканчика с собой и отошла от стойки, повернулась к плазме.
И вздрогнула.
Демьян был прав, вчерашнюю перестрелку в квартире уже вовсю крутят в новостях. Диктор открывает и закрывает рот, как рыба, и я напряглась, вслушиваясь, может быть, что-то скажут про Демьяна.
Хлопнула дверь, с улицы подуло сквозняком. В кафе ворвалась крупная фигура в темно-синем пуховике, и я моментально узнала в мужчине Игната, охранника, которого Демьян приставил ко мне в институте.
Нас нашли.
Вот так просто.
Раз, и все.
Игнат быстрым цепким взглядом оглядел небольшое помещение, наткнулся на меня...
И я, отмерев, ломанулась в сторону, на ходу толкнула дверь туалета и захлопнула ее перед носом Игната.
— Алина, – тот дернул ручку раз, другой, и тихо процедил. — Вышла оттуда. И живо села в машину.
В панике огляделась по сторонам – унитаз, раковина, и мое полубезумное отражение в зеркале на стене. В ушах одна лишь мысль набатом бьет – мне нельзя возвращаться домой. Наклонилась и зачем-то схватила белый ёршик...
— Алина, Демьян ждет, – сипло сказал по ту сторону Игнат. — А ждать он не любит. Выходи. Считаю до трех. Один, два...
"Три" – не последовало, дверь содрогнулась от удара. Игнат шагнул внутрь тесного туалета, и я беспомощно пнула вперед пластиковое ведерко, из которого пахнуло хлоркой. Замахнулась, и ткнула Игнату в лицо мохнатым ершиком.
Он зарычал и подался на меня, поскользнулся на разлитой воде и грузно бухнулся на пол, головой в коридор.
Посыпались маты.
— Скажи Демьяну, что я не вернусь, – перепрыгнула через него и ракетой вылетела из магазина, животом врезалась в наш джип, и лишь тогда смогла затормозить. Распахнула дверь и увидела за рулем изумленного Марка.
— А кофе? – начал он и, поглядев на мое перекошенное лицо, все сразу понял.
Рванул с места.
— Догнали нас, да? – он вырулил на дорогу, машина стремительно набирала скорость. — Черт. А я вон туда за угол как раз отошел, по телефону поговорить. Друг звонил. А тут тачка подъехала понтовая, и музыка из салона орала, нихрена было не слышно. Алина, догнали? Кто, твой отец?
Вспомнила ёршик и молча покачала головой. Руки мелко тряслись, да и все тело, по сиденью, казалось, разбросали острые кнопки, и они впивались в кожу.
В кармане вибрацией загудел телефон. Машинально выхватила сотовый, на автомате нажала вызов от Демьяна, прижала телефон к щеке. И в динамике послышался его глуховатый бесстрастный голос:
— Я дал тебе шанс одуматься и вернуться, Алина. Ты им не воспользовалась. Что ж. Я найду тебя самое позднее к завтрашнему вечеру. И сделаю с тобой то, о чем мечтал три чертовых года.
  
Глава 17
 
— Алина, это очень дорогое платье, – сказал Марк и перед зеркалом поправил черную бабочку.
Вздохнула и повесила плечики обратно.
Подумала и снова взяла.
— Марк, это же свадьба, один раз в жизни. – Приложила к груди атласный лиф пудрового цвета и покрутилась из стороны в сторону, посмотрела, как волочится по полу шлейф. — Давай возьмем, пожалуйста.
 
Марк с недовольством оглядел платье.
Да, оно дорогое, пусть даже мы берем его в аренду всего на один день. Но такое красивое...
Покосилась на девушку-консультанта, что пристроилась возле зеркала.
— Конечно, надо примерить, – одобрительно закивала она. — С вашими черными волосами смотрится очень нежно.
— Алина, но у нас на квартиру много денег ушло, – напомнил Марк. — А мы только приехали в город. Прибавь к моему костюму, – он подергал бабочку, — свое платье. Сколько выходит?
Выходит много.
— Плюс, – Марк подошел ближе и шепнул мне на ухо, — взятку дали в ЗАГСе. Чтобы месяц не ждать.
Это я тоже помню, мы ведь только что оттуда.
И Марка понимаю, он всю ночь был за рулем и устал, мы даже не останавливались больше нигде, боялись, что нас догонят.
С утра приехали в город. Перекусили в придорожной кафешке, потом нашли жилье...мне не привыкать к этим съемным квартирам, я даже радовалась, ведь в ближайшее время мы будем жить вдвоем, с Марком.
Как муж и жена.
— И в ЗАГСе нам сказали быть через два часа, пока у них окно, – Марк посмотрел на часы, на мое платье. Отошел к вешалкам и наугад снял плечики с кружевным белым облаком. Поглядел на цену. — Ну вот же, нормальное. Давай, – он вернулся ко мне, и протянул платье, — надевай и поедем. Какая разница, в конце концов, в чем ты будешь, если у нас ни фотографа, ни видеосъемки, приличный ресторан мы себе тоже позволить не можем. А вечером сдадим костюмы обратно в магазин. Давай, Алина.
Подхватила плечики и поплелась к примерочной.
Он во всем прав.
И было бы разумно отложить свадьбу, пока мы не обустроимся в городе, подкопить денег.
Но мне хочется сегодня, кажется, что штамп в паспорте, как охранная грамота, убережет меня от отца, его людей, от Демьяна.
Я ведь не забыла.
Тот грубый поцелуй в гостинице у стены, и жар мужского голого тела. Как кружилась голова и мысли были, одна страшнее другой, как держала в руке горячий, твердый член и боялась глаза опустить вниз.
А еще его угрозу по телефону ночью, что он найдет меня сегодня же – я тоже помню.
И теперь я постоянно с тревогой кошусь на часы. Если Демьян что-то говорит – слово он держит всегда.
Зашла в кабинку и оглянулась на стук каблучков по гладкому паркету. Девушка-консультант придержала шторку и с жалостью посмотрела в мое расстроенное лицо.
— Если хотите это платье, – пальцем она ткнула в полюбившееся мне с первого взгляда атласное пудровое, с которым я расстаться не смогла, прихватила с собой в примерочную. — Берите это платье, – убежденным тоном посоветовала она, — живем один раз. И если счастье за деньги купить можно – надо брать.
Невольно ей улыбнулась, пальцами пробежалась по нежной ткани платья, снова приложила плечики к груди. Мне даже примерять его не нужно, я и так вижу, знаю, чувствую, что оно сшито для меня.
— Вы правы, – вскинула голову и шагнула обратно в студию, прошла мимо скучающего на диване Марка и твердо заявила, — Марк, берем его.
Мы сдали в ломбард и телефон, и кольца. Хотя бы платье мне можно на один вечер?
Марк еще что-то возражал над ухом, но я не слушала, рассчиталась, у кассы выбрала еще узкую серебристую диадему, взяла коробку с упакованным нарядом и бережно понесла ее к машине.
Марк уселся за руль и всю дорогу до ЗАГСа хмуро молчал, лишь когда мы подъехали к крыльцу, на котором фотографировались сверкающие улыбками молодожены, повернулся ко мне и сказал.
— Ладно. Прости меня. Я голову ломаю, как сделать, чтобы у нас все было хорошо. Но, – он выставил вперед палец, — моя жена достойна самого лучшего. И так будет всегда. Веришь мне?
— Да, – кивнула. Еще раз глянула на жениха с невестой и улыбнулась, и повторила фразу девушки-консультанта, — просто когда счастье можно купить – нужно делать это не задумываясь.