Лекарство от боли (СИ)
Длительный стресс пагубен для организма. Его нужно снять, пока тело или разум не достигли своего предела. Он опустил прибор на пол и с силой толкнул в сторону гостьи. Транслятор оказался в полушаге от нее. Дотянуться можно. Кажется, чтобы приободрить зверя, Талия его хвалила…
Искарис постарался улыбнуться. Учитель всегда говорил, что достоверно изображать эмоции сложно. Их нужно испытывать, а не показывать. Но ничего другого у него не было. И получилось, видимо, не очень, раз девушка прижалась к стене еще плотнее, хотя такое физически невозможно.
Он сразу же убрал глупую гримасу с лица и указал на транслятор, а затем на свое ухо. А затем продемонстрировал пустые ладони. Пусть видит, что он не желает причинить вред. Такой подход оказался результативнее. Девушка, не спуская с него глаз, очень медленно дотянулась до транслятора и аккуратно поставила его на место.
По крайней мере, с первой задачей он справился. Оставалось лишь успокоить гостью и убедить не бояться экипаж…
…Когда лицо мужчины исказилось в кривой усмешке, у Саши едва не остановилось сердце. Нет, он не был страшным. Скорее даже приятным внешне. Хотя жесткие и какие-то слишком неподвижные черты лица делали его будто неживым. И когда на его лице вдруг проявилась странная, явно натянутая и неестественная улыбка, которая совершенно не затрагивала глаза или… Что там еще должно меняться у людей от радости? Впечатление оказалось жуткое. Потустороннее. Будто перед ней не настоящий человек, а некто лишь примеривший его оболочку.
Стоило мужчине вернуть лицо в прежнее состояние, как наваждение схлынуло. Стало чуть легче, и она уже даже с удовольствием дотянулась до переводчика. Лучше уж словами, чем невербально. Еще пару улыбок она вряд ли выдержит.
— Доброй ночи, — голос у него оказался под стать внешности. Сухой и холодный. Но невероятно четкий. Словно созданный, чтобы отдавать команды. — Я — коммандер линкора «Фотис», на котором вы сейчас находитесь. Именно я принял решение о том, чтобы забрать вас с Земли.
Забрать? Значит, вот кого ей надо благодарить за свое спасение. Или злиться за похищение?
Саша облизала губы, сердце все еще билось оглушающе громко, но ровный тон этого мужчины и то, что он оставался на месте, не пытаясь приблизиться к ней, немного успокаивали.
— Зачем вы меня забрали? Что вам надо?
Она не знала, как спросить иначе. Не так… грубо. Или прямо. Одна часть разума кричала и требовала молчать, чтобы не злить его, вторая же хотела получить ответы. Немедленно. И пока она, обычно спящая и немая, побеждала. Не иначе из-за адреналина.
— Мне ничего не нужно, — он покачал головой, подкрепляя слова. — В том происшествии, из-за которого вы пострадали, погибла моя сестра. Мы отправились искать ее останки, а нашли вас… Вы немного похожи. Внешне. Когда вас нашли, вам оставалось жить не более десяти минут. Без оперативной помощи вы бы погибли. Ваши технологии не позволяют проводить столь сложные операции по спасению. И спасатели не успели бы вас найти. Я… мне…
Он неожиданно замолчал и несколько раз быстро моргнул, будто растерялся. Словно невозможность подобрать слова оказалась ему в новинку. А у Александры в голове билась мысль о погибшей женщине. И встреча в коридоре.
— Ее звали Талия? Вашу сестру.
— Да. Она командовала звеном боевых катеров. Вам о ней рассказала Клео?
Про катера Саша ничего не поняла, но решила продолжить задавать вопросы, раз уж ей начали отвечать.
— Тот мужчина в коридоре. Он назвал меня ее именем. А потом понял, что я — не она. И… Я подумала, что он разозлился…
Но если бы разозлился, разве отпустил бы ее? Влада крики и сопротивление не останавливало. Пока она не взяла в руки кухонный нож. Для мяса. И не пригрозила зарезать его, если он не уйдет и не оставит ее в покое. А потом заперлась в ванной и просидела там всю ночь, боясь заснуть и выпустить оружие из рук. Муж обозвал ее истеричкой. Сказал, что сдаст в психушку. И сдал бы, если бы она не ушла…
— Капитан Байон и Талия были помолвлены. Для него ее гибель стала тяжелым испытанием. Его действия нельзя считать адекватными. И, конечно, горе его не оправдывает. Ему не стоило пугать вас. Но, не думаю, что он хотел причинить вам вред.
Помолвлены. Погибла. Дышать почему-то стало легче. Во всяком случае, вакуум вокруг постепенно рассеивался. Обретал понятные причины и пояснения. Возможно, она неправильно поняла того мужчину, возможно, он был неадекватен, возможно, ничего плохого не произошло бы…
Саша закрыла лицо руками. Плечи затряслись. Грудь сдавило от рвущихся наружу рыданий. Она начала хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Горло перехватило, и никак не удавалось сделать полноценный вдох.
— Дышите носом, — холодный четкий голос проник сквозь подступающую истерику. — Закройте рот и сделайте глубокий вдох. Носом. — Она послушно сцепила зубы и втянула воздух. — А теперь выдыхайте. Медленно. Считайте до десяти.
Первый раз ничего не вышло. Но голос велел продолжать, и она пыталась. Вдыхала. Выдыхала. И слушала ровный голос. В нем не было злости. Раздражения. Ничего кроме какого-то безграничного спокойствия и уверенности. Почему-то подумалось, что такому человеку вообще не ведомы подобные эмоции. Он походил на скалу. Или стену. Надежную, как и та, к которой она прижималась…
Глава 6
Девушка слушалась. Она очень старалась успокоиться. Выполняла его указания. И даже смогла выровнять дыхание. Пусть и не сразу. Коммандер осторожно и бесшумно подвинулся ближе к ней. Если повезет, она не заметит сокращение дистанции. Он надеялся, что физического контакта удастся избежать, но нельзя исключать и такой вариант.
В трансляторе, наконец, раздался короткий треск, а затем мягкий голос иерии Элпис.
— Коммандер Искарис, я здесь, чтобы помочь вам. Гиатрос Лезариус ввел меня в курс дела. Вы можете говорить?
Пришлось кашлянуть, прочищая горло и одновременно привлекая внимание притихшей девушки. Она вскинула на него взгляд опухших, покрасневших глаз. Все ее лицо пошло пятнами. Сейчас она совсем не походила на Талию. Та плакала редко, с возрастом предпочитая направлять энергию в иное русло.
— Ясно. Я попросила гиатроса передавать мне данные с транслятора вашей гостьи и вашего. Так я смогу лучше понимать ситуацию. Прошу прощения, что приходится идти на столь крайние меры, нарушающие ваши границы.
Про свои границы Искарис не думал, скорее отметил, что так будет намного удобнее. И информативнее. К тому же, верховная жрица никогда не позволит себе нарушить основное правило храма и рассказать кому-то за его пределами об услышанном.
— Спасибо… что помогаете.
Девушка заговорила с трудом. Она явно устала. Пик нервного напряжения схлынул. Теперь организму требовался отдых, но адреналин вряд ли вернулся в норму, чтобы она смогла заснуть.
— Вы находитесь под моей ответственностью, учитывая обстоятельства вашего здесь появления. Я не мог поступить иначе.
Ответственность — первое, чему учат киорийцев. У каждого поступка есть последствия. Нужно понимать, какими они будут. Как с ними справиться. И не принесут ли они больше вреда, чем пользы. Когда он забрал умирающую женщину, думал только о том, что она останется жива. Но никак не о том, каково ей будет оказаться вне привычной среды обитания среди посторонних людей.
— Мне жаль, что мое решение доставило вам столько неудобств. Нам пришлось срочно возвращаться на Киорис. Операция заняла достаточно длительное время, и, когда она завершилась, возвращаться назад оказалось бы слишком долго.
— У вас хорошо получается, коммандер, — дала о себе знать жрица. — Вы ее успокаиваете. Продолжайте говорить. И постарайтесь сократить дистанцию. Вам нужно убедить ее доверять вам. Прикосновение станет лучшим показателем.
— А я… смогу вернуться домой? Как-нибудь потом, — теперь на лице девушки отразилась надежда. И страх. Она стиснула руки в кулаки, стараясь сдержать естественную реакцию и скрыть от него, как важен ей ответ.