Лекарство от боли (СИ)

Ровно через три минуты, показавшихся вечностью, Влад закончил и обмяк. А затем скатился с нее и вытянулся рядом. Саша продолжала лежать, изучая мелкие трещинки на штукатурке. Потом медленно встала и направилась в ванную. Ей хотелось смыть с себя этот вечер и больше никогда о нем не вспоминать…
Линкор «Фотис»
Настоящее
Коммандер проснулся рывком, как всегда мгновенно переходя из сна в бодрствование. Браслет связи издавал пронзительный писк, оповещая, что на корабле что-то случилось. Иначе, зачем еще беспокоить командование посреди ночи? Голубой огонек означал медиков.
Искарис немедленно принял вызов, уже выбираясь из кровати.
— Что случилось, гиатрос?
— У нас происшествие с вашей… гостьей, коммандер.
Браслет транслировал только голос, который Лезариус хорошо контролировал. В нем звучала озабоченность, но не более.
— Ей стало хуже?
Он вставил ноги в комнатные сандалии и натянул нательную рубашку.
— Нет, девушка покинула выделенную ей каюту и столкнулась в коридоре с капитаном Байоном.
Коммандер как раз потянулся за форменными брюками, но замер. Он не видел капитана после возвращения. Им следовало как можно быстрее вернуться на Киорис, а для этого пришлось пролететь через всю галактику и нырнуть в черную дыру. Проход в первый раз оказался несложным, но без Талии и Байона, которого отстранили от службы, на обратном пути пришлось тяжелее. Намного. Он несколько часов не вылезал из кресла пилота, а потом восстанавливался, доверив управление программе. До сих пор в теле ощущалась тяжесть, а пальцы плохо слушались.
Он не представлял себе эмоциональное состояние друга. Все же потеря на пробужденных отражается совсем иначе. Поэтому и требуется максимально изолировать их и обеспечить медикаментами, а также доставить в храм. Еще поэтому Искарис так спешил. Корабль, экипаж которого испытывает подобный стресс, уже не может считаться полностью боеспособным. Не говоря уже о потере боевых катеров. Давно Киорис не терпел таких поражений.
— Он ей навредил?
Раньше Байон был не способен причинить вред слабому, теперь… неизвестно.
— Скорее напугал, — гиатрос немного помолчал, явно подбирая подходящие слова для формулировки. — Она закрылась в каюте, в очистительном отсеке, а также потеряла транслятор. Теперь она нас не понимает и не отвечает на просьбы открыть дверь. Судя по показателям ее организма — уровень стресса зашкаливает. Доза успокоительных в ее чипе закончилась. Клео говорила о стабилизации эмоционального фона перед ужином, и я решил пополнить медикаменты лишь утром. А теперь нам нужна ваша помощь для доступа к пациентке…
Конечно, ее каюта отмечена личным доступом членов королевской семьи, а таких на борту было всего двое. Теперь он — один.
— Я сейчас подойду, гиатрос.
Коммандер все же натянул брюки, а вот мундир оставил. В панике люди ведут себя по-разному. Ему может потребоваться свобода движений.
Глава 5
Саша не поняла, как оказалась на полу. Вот она кричала, а потом вдруг рухнула на задницу. Ее больше не держали. Мужчина отшатнулся к противоположной стене и смотрел на нее со странным выражением на лице. Вникать в подробности девушка не стала. Развернулась и, даже не пытаясь подняться на ноги, рванула к каюте. На четвереньках.
Расстояние в пару метров показалось ей бесконечным. Зубы клацали. Руки тряслись. По панели управления она попала лишь со второго раза, слыша, как вокруг открываются другие каюты. За спиной раздались голоса и сразу же стихли, отрезанные закрывшейся дверью.
Она буквально рухнула на пол, сжалась, пытаясь успокоиться. Но больше не чувствовала себя в безопасности. Неожиданно все, что происходило раньше, обрело смысл. Торговый центр. Падение неведомого небесного тела. Инопланетный корабль. Ее похитили. Неизвестно зачем. Взяли и забрали.
С губ сорвался какой-то невнятный стон. Саша заметалась взглядом по каюте, пытаясь найти безопасное место. И уже привычно направилась в сторону ванной. Заблокировала за собой дверь, вспомнив объяснения Клео, отползла к стене, забилась между раковиной и унитазом. Прижала колени к груди, уткнулась в них носом и замерла.
 
— Это все сон. Просто сон. Я проснусь. Обязательно проснусь. И все будет хорошо.
Зубы клацали так, что едва не прихватили кончик языка. Ее трясло как в лихорадке. И проснуться никак не получалось. Как же ей выбраться? Куда идти? Что делать?
Откуда сверху раздался смутно знакомый голос, заставивший подпрыгнуть на месте и в ужасе оглядеться по сторонам. Голос доносился из динамика рядом с дверью. И, кажется, принадлежал Клео, но Александра совершенно не понимала, что та говорит. Она коснулась уха, но не нашла уже привычную клипсу переводчика. Потеряла в коридоре. Теперь она даже не могла понять, что ей говорят…
— Да что же это такое?
Лицо стало мокрым. Голос из динамика вскоре перестал доноситься. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем дверь ванны распахнулась, и в проеме появился мужчина.
Высокий. Подтянутый. С черными, немного растрепанными волосами. Резкими чертами лица, будто высеченными из мрамора. Он остановился в шаге от входа и замер, глядя на нее невероятно глубокими зелеными глазами. Саша сжалась сильнее и попыталась вдавиться в стену. Сердце стало биться тяжело и гулко, все остальные звуки вообще исчезли. Остался лишь гул крови в ушах…
Коммандер вошел в каюту легко и стремительно. Подошел к двери в очистительный блок и на мгновение замер. За его спиной переживала ученица Лезариуса, считающая произошедшее своей ошибкой. Сам гиатрос хотел лишь получить доступ к помещению, а затем воздействовать на гостью медикаментами. Его специализация не позволяла предложить ей квалифицированную помощь. И все они понимали, что лекарства не решат проблему. Но что делать, если рядом нет жрицы?
— Передайте на мостик, чтобы немедленно установили связь с Киорисом, — неожиданно для себя приказал Искарис. — Мне нужна одна из старших жриц и ее помощь для установления контакта.
— Коммандер, при всем моем уважении… — начал Лезариус, но принц не дал ему договорить.
— Гиатрос, именно я решил забрать женщину с ее планеты. Принес на корабль и поручил вашим заботам. Ее состояние, в первую очередь, моя ответственность. Значит, мне и решать, как выйти из сложившейся ситуации. К сожалению, я не могу полноценно оценить состояние гостьи, поэтому мне нужна консультация жрицы. Введите ее в курс дела и переключите на мой транслятор, — он указал на свое ухо.
Старый гиатрос только вздохнул, но затем кивнул и отдал ему второй транслятор для девушки.
— Мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам.
— Благодарю.
Сейчас первая задача состояла в том, чтобы вернуть устройство пострадавшей. Иначе ничего не выйдет.
Оказавшись в очистительном блоке, Искарис остановился, сделав лишь один шаг, чтобы дверь могла закрыться. Девушка сидела на полу у боковой стены. Сжалась в комок. И смотрела на него огромными глазами, в которых читался ужас. Сузившиеся зрачки и общая бледность позволяли прочесть это столь же точно, как остальным позволяет эмпатия.
Коммандер вспомнил, как однажды наблюдал за Талией, когда сестра приручала своего ликоса. Она смотрела зверю в глаза и старалась одновременно казаться неопасной и быть хозяйкой положения.
«Животное нельзя пугать. Но и нельзя бояться его. Он должен понимать, что ты — хозяин. А ты должен знать это. И вести себя соответствующе».
Искарис медленно и спокойно опустился на пол, не прерывая зрительного контакта. Скрестил ноги перед собой. Продемонстрировал раскрытую ладонь с транслятором. Показал на свое ухо. За ним наблюдали внимательно и настороженно. Точно также ликос смотрел на Талию. Только еще не забывал демонстрировать зубы и коротко порыкивать время от времени. Девушка не рычала, но с трудом сглотнула и закусила губу. Жилка у нее на шее билась чересчур быстро, а на лбу выступили мелкие капельки пота.