Лекарство от боли (СИ)
— Мы редко посещаем закрытые сектора, — начал Искарис.
— Коммандер…
— Но в вашей галактике мы наткнулись на разведывательный корпус этросов, — ровно продолжил принц, игнорируя взволнованный тон жрицы. Раз уж она сказала, что ему нужно говорить, он будет говорить. А женщина слушать. — У Киориса и Этры военный конфликт. Возможно, они искали место для построения новой базы. Поэтому позже, когда все данные будут изучены на Киорисе, обратно, с высокой вероятностью, будет отправлен исследовательский корпус. И с ним вы сможете вернуться домой.
Она выдохнула. И обмякла, будто у нее отобрали опору. Лицо искривилось. В глазах снова появились слезы, но гостья стерла их ладонью.
— Узнайте, кто ждет ее дома. Интерес к собеседнику располагает его к вам. Задавайте вопросы. Но только не настаивайте на ответах.
— У вас дома… остались родные? — спрашивать оказалось сложнее. Все же он не привык интересоваться чужой жизнью. Обычно киорийцы сами рассказывают о себе, если хотят чем-то поделиться. Но жрице лучше знать.
— Да… мама и папа. Брат. Его жена и племянник. Они подумают, что я погибла.
— Мне жаль, что им…
— Нет, — она вдруг покачала головой. — Они расстроятся, конечно, но… Мы не были сильно близки. Особенно последнее время. Маме будет плохо. А остальные… Наверное, им станет легче.
Лицо ее стало задумчивым и печальным. Подобные отношения наверняка имели под собой серьезные причины, но допытываться до них сейчас…
— Спросите о друзьях. Человек не может существовать в социуме в полном одиночестве. Если только у него нет психических отклонений, а анализы показывают, что их нет.
— А кроме родственников. Есть кто-то еще? Друг?
Искарис понимал, почему жрица дает пояснения. Кому-то из пробужденных, тому же гиатросу, понадобилось бы куда меньше вмешательства и руководства. Но он слишком мало понимал в эмоциональных связях. Хотя и привык считать Байона своим другом. Довольно близким.
— Подруга. Ольга. Она… она будет меня искать. Наверняка.
— Замечательно, — он даже по голосу понял, что жрица улыбается. — Крепкая привязанность и преданность — хорошая основа. Ей есть, к чему возвращаться.
— Значит, вас будут ждать. И вы вернетесь.
Галактику в любом случае придется исследовать. На обратном пути они захватили часть обломков разрушенных кораблей этросов, к тому же сняли данные излучения и прочего, но информации оказалось мало. Полезно будет узнать о планетах больше, тем более о населенной. В своей жестокости этросы наверняка захотят ее захватить, если обнаружат что-то полезное. Возможно, столкновение немного их отпугнет. Или затормозит исследование. Но не остановит… Этра никогда не останавливается.
— Почему я вам верю? — снова контакт глаза в глаза. — Все, что вы говорите, я не могу проверить. Только надеяться, что вам не за чем врать. И другим тоже. Мне здесь не вредили. Даже спасли, если вам верить, но… Мне все равно страшно. Раньше казалось, что все вокруг — сон. И скоро он кончится. Теперь… уже нет. Но я совершенно не знаю, что мне делать дальше. До того, как вернусь домой. Что со мной будет?
Ее мысли и слова перескакивали с одного на другое, выдавая волнение, а голос дрожал. Остаточный стресс не давал сосредоточиться на чем-то одном и путал сознание. Кажется, для ликосов после сложных тренировок использовали специальные тяжелые одеяла. Они притупляли реакцию нервной системы. Позволяли животным успокоиться.
— Сейчас вам нужно выйти отсюда…
— Коммандер, вы торопитесь…
— За дверью находится Клео. Она ждет вас, чтобы помочь отойти ко сну. Если вы готовы, можете только сказать.
— А если я не хочу ее видеть? — неожиданно резко спросила гостья. И замолчала, прикусив губу. Нахмурилась. — Я… Она хорошая. Правда. Но… я… можно мне побыть одной?
— Ей пока рано…
— Вы сможете встать самостоятельно?
В глазах отразилось удивление. А затем смятение. Она осмотрела себя и комнату вокруг, будто впервые увидела. Осторожно расцепила пальцы. Ухватилась одной рукой за край раковины, второй уперлась в крышку унитаза и очень медленно поднялась. Искарис плавно перетек в вертикальное положение следом. Девушка попыталась сделать шаг, но слишком рано отпустила опору. А от долгого сидения ноги у нее затекли. Не говоря уже об общей слабости после напряжения.
Она полетела навстречу полу, нелепо взмахнув руками и пытаясь удержать равновесие. Очень неуклюже на его взгляд. И наверняка бы сильно ударилась, если бы его реакция не оказалась куда лучше. Два плавных шага, и он легко поймал девушку, обхватив рукой под грудью. Помог выровняться, стараясь прикасаться как можно меньше. Она и так замерла, сжалась, снова напряглась, а пульс участился. Страх. Доверия от прикосновения не выйдет. Скорее его можно добиться дистанцией.
И он отступил на шаг, аккуратно убирая руки.
— Видите, вам нужна помощь. А женщина не вызовет у вас такой реакции. К тому же Клео обладает медицинскими знаниями, она умеет заботиться о пациентах. Поможет принять вам душ и лечь в постель.
Она отступила еще на шаг, покачнулась, но устояла. И страх немного утих. Тело расслабилось. Хотя ее еще потряхивало от пережитого.
— Вы правы. Я, наверное, доставила вам много проблем.
Проблема — это гибель Талии. Последствия для планеты и для него лично будут… сложными. А нервный срыв женщины, едва пережившей крушение военного катера… Осложнение. Не более.
— Нет. Не доставили. Но вам нужно вернуться в каюту и отдохнуть. Поспать. А утром решить, что делать дальше.
Он направился к двери, чтобы разблокировать вход, но его догнал неожиданный вопрос:
— Вы еще… мы еще увидимся?
Искарис обернулся. Гостья ждала ответа. И он был важен. Пусть не так, как возвращение домой, но достаточно.
— Когда у меня появится свободное время, я могу отправить вызов в вашу каюту. И показать линкор. Возможно, так вам будет проще поверить в то, что он настоящий.
Зачем он предложил? Вряд ли она вообще захочет покидать каюту после происшедшего.
— Я… я согласна. А как… как вас зовут?
Принц моргнул, вспоминая, что так и не назвал своего имени. И даже не спросил у гиатроса имени его пациентки. Посчитал ненужным. Лишней информацией. Но теперь почему-то стало странно. Словно он должен был что-то сделать и не сделал.
— Ис… Икар. Вы можете называть меня Икар.
— А я Саша. Александра… Но меня зовут Саша.
Он кивнул и все же шагнул к панели, кожей ощущая странную тишину в трансляторе. Иерия Элпис все слышала. И молчала. Не комментировала, не давала советы, но за ее безмолвием слышалось нечто большее. Когда он стал столь внимателен к чужой недосказанности?
Дверь распахнулась бесшумно. Клео сразу же вскочила с кресла, в котором ожидала их появления и бросила быстрый обеспокоенный взгляд на пациентку. Коммандер остановился и обернулся, наблюдая как женщина… Саша… Александра осторожно подходит ближе, а потом покидает очистительный блок. Появилось какое-то абсурдное, острое желание удержать ее. Остановить. Но он только спрятал руку за спину.
— Оставлю вас вдвоем. Надеюсь, оставшаяся половина ночи пройдет спокойно. Если что-то случится, вызывайте меня.
Последние слова он адресовал Клео, в глазах которой мелькнуло яркое удивление.
— Непременно, коммандер, — пробормотала она и шагнула к подопечной.
А он поспешил удалиться. Короткий треск в трансляторе сообщил, что жрица отключилась, даже не попрощавшись. Но вежливость, в отличие от собственных реакций, волновала его крайне мало…
…Гиатрос Лезариус откинулся в кресле и промокнул лоб салфеткой. Кризис миновал. Клео окажет помощь гостье и проследит, чтобы ее браслет всегда был заряжен успокоительным. До Киориса они дотянут, а там он с превеликим удовольствием сдаст девушку храму, а рапорт — исследовательскому корпусу, и отправится на заслуженный отдых. Навестит сына. Внуков…
На экране вместо изображения каюты пациентки возникло утонченное лицо верховной жрицы. Сегодня она выглядела непривычно домашней. С простой косой, перекинутой через плечо. Без украшений и традиционного бордового одеяния. Простая ночная туника бледно-лилового цвета подчеркивала светлую кожу и серые глаза.