Архипелаг раздора (СИ)

– Ты никогда не рассказывала, что у тебя на сердце. Нужно поделиться, детка, стало бы полегче.
– Ничего нельзя изменить. Я проклята... Он – моё проклятье...
– Однажды ты встретишь другого, а об этом и думать забудешь, – вкрадчиво уговаривала Агата.
– Нет, никогда.
– Тебе так только кажется...
– Никто не будет любить его так, как я, понимаешь?! – сдавленно то ли пропищала, то ли прокричала Марианна. – Она никогда не поймёт его так, как я! Она ничего не знает о нём!
– Тогда, возможно, стоит за него побороться?
– Нельзя!
– Он любит ту девушку?
– Конечно, любит! Иначе стал бы он жениться?!
– Тогда отпусти его.
– Не могу! Ты не понимаешь, что это такое! Как только я вижу его, у меня всё замирает! А когда не вижу – замирает ещё больше!
– Тише, тш-ш-ш...
Агата стала укачивать девушку. На некоторое время та успокоилась, но затем вдруг взвилась, забегала, растирая по лицу слёзы и хватаясь руками за затылок.
– Я схожу к королеве!
– Зачем?
– Я буду умолять её запретить ему жениться!
– Не делай этого! – няня испуганно поднялась и попыталась усадить принцессу на место.
– Точно! Я должна была раньше об этом подумать!
Женщина не успела уговорить Марианну, как та уже хлопнула дверью.
Принцессу не смущали удивленные взгляды стражи, когда она подошла к покоям матери и несколько раз громко постучала. В тишине раздался отдаленный возглас, и сильная рука мужчины справа открыла ей дверь.
Королева привычно сидела на балконе и задумчиво курила трубку. Когда перед ней оказалась взлохмаченная дочь в странном наряде, Анна ничуть не удивилась и даже охотно кивнула на соседнее кресло.
– Герман не должен жениться на Элле, – тихо произнесла Марианна и приготовилась к сражению.
– Правда? Почему? – неожиданно спокойно ответила мать.
– Она ему не подходит.
– А кто подходит?
– Я не знаю, кто, но не она.
– Мне она показалась милой.
– Неизвестно, почему она около него крутится! Может, это враги подослали её, чтобы убить моего брата!
– Тогда и ты враг.
– Что?.. – оторопела Марианна.
– Элла же твоя подруга, да? Значит, только через тебя она могла с ним познакомиться.
– Я этого не хотела...
– Если бы ты не захотела плавать с этими скользкими созданиями, твой брат никогда бы с ней не познакомился.
– Значит, это я виновата?!
Королева смерила дочь равнодушным взглядом и спросила:
– Наверное, уже нет смысла спрашивать, что за наряд?
Принцесса опустила голову и со стыдом обнаружила, что продолжает ходить в одежде служанки.
– Я подозревала, что ты выкинешь нечто подобное, но чтобы настолько... – Женщина разочарованно покачала головой. – И как тебя только никто не узнал?..
– Я...
– Кто научил тебя этому? Агата? Может, пора отправить её подальше?
– Нет!
– Нет?
– Я всё придумала сама!
– Мои запреты для тебя ничего не значат?
Марианна вжалась в кресло и опустила глаза. Несколько минут они сидели в тишине, которую внезапно оборвала Анна:
– Элла мне очень понравилась. Хорошая девочка. Ты заметила, в каком чудесном она была платье? Да-да-да, фигура у неё далека от идеала, – замахала рукой королева, словно с ней собирались спорить, – но этот кроваво-красный скрыл все недостатки!
– Она уродина.
– Что за вздор!
– Она маленькая и некрасивая! И вообще, она похожа на мужчину!
– Её ресницы подлиннее твоих будут. Знаешь, почему? Она их подкрасила, отчего её глазки засияли с удивительной силой. Я убеждена, наездница она тоже неплохая. Иначе не дослужилась бы до старшего. Она станет хорошей супругой Герману.
– Если не убьёт его!
– А когда ты у меня за ум возьмёшься? – Анна перекинула одну ногу на другую и оперлась на полированный подлокотник.
– Ты даже не замечаешь, что уже...
– Да? Не знала, что наследница династии берется за ум, переодеваясь в служанку! – В голосе появились зачатки смеха. – Да-а, не так всё себе представлял твой отец, совсем не так! Вряд ли он ожидал, что его дочь будет себя неподобающе.
– Он ничего не ожидал.
 
– Что? – удивилась подобной дерзости королева.
– Это не отец ожидал, а ты, – повторила Марианна чуть тверже и изумилась собственной решительности. – Ты хочешь, чтобы все всё делали только так, как ты скажешь! А сваливаешь всё на моего отца!
Анна медленно обхватила губами мундштук и втянула в себя горьковатый дым. Она долго смотрела на замершую дочь и наконец с удовольствием произнесла:
– Пока я жива, он женится на ней. А ты будешь нести фату Эллы – самую длинную за всю историю династии.
Принцесса вскочила, яростно посмотрела на мать, что безмятежно курила трубку, и бросилась вон. Стражники не успели распахнуть двери, как она с грохотом вытолкнула их наружу и побежала по коридору, срывая на ходу одежду – вокруг статуй морских богинь покатились крошечные пуговицы, которые завтра с удивлением найдут служанки.
Марианна влетела в свои покои и бросила затравленный взгляд на балкон. Наперерез ей бросилась няня, впервые видя девушку в таком безумии.
– Детка, детка моя... Что ты... – прошептала старушка, загораживая проход.
– Ненавижу её! – просипела принцесса. – Где?!
– Что где?
– Где ножницы?!
– Ты что задумала, глупая?!
Прибранные покои превратились в обитель хаоса: пузатые подушки разлетелись по углам, балдахин распался на несколько полотен, несколько ламп разбилось, и по разноцветным осколкам потекло масло.
– Вот! – возликовала обезумевшая Марианна, наконец отыскав ножницы.
– Ты так молода... – взмолилась Агата, подумав о худшем. – Пожалуйста, успокойся!
Принцесса порывисто сдернула с себя шапку служанки, и тяжелые волосы выпали наружу толстой косой. Резкое движение руки – и красота опала, обвила ноги бездыханной змеей.
Пожилая женщина и радовалась, и приходила в ужас. Выходки воспитанницы становились всё серьёзнее и скрывать их получалось всё труднее. Бесконечные раздоры с королевой усугубляли обстановку и, казалось, Марианна, как маленький ребенок, совершает всё это ради внимания всесильной правительницы.
– Что ты наделала? – прошептала Агата, поднимая дрожащей рукой волосы.
– Ненавижу их!
– Королева тебя накажет. Сильно накажет!
– Ещё посмотрим!
Принцесса отняла косу и выбросила её с балкона.
  
Глава 9
 
Дворец мирно спал, подтопленный шелестящей зеленью древесных папоротников. Марианна кралась тенью вдоль высоких стен, вспоминая лазейку, в которую однажды без труда пробралась. Узкая щель, что рассекала кладку, вскоре появилась, девушка осторожно скользнула в неё и вылезла на внутренний двор, где они часто бывали с семьей и играли с Германом в прятки... Неожиданно она провалилась в ностальгию, и каждый уголок стал напоминать о брате: поворот дорожки, дуновение морского ветра, шелест листьев, шуршание гравия под ногами. Но в то же время ей было стыдно и страшно – слишком много успела разболтать, слишком много показала поведением, и особенно любопытные могли начать раскапывать то, что не следует.
Терзаемая чувствами, Марианна добралась до раскидистого дерева, которое привезли с другого острова и за которым тщательно следили, но, к счастью, не в ночные часы, ловко забралась на него, ухватилась за подоконник и подтянулась. Несмотря ни на что окно Виктора оставалось открытым, и девушка без труда очутилась в маленькой темной комнате. Сперва она никого не увидела, но затем, когда глаза немного привыкли, обнаружила спящего мужчину на кровать. Одна рука безвольно свисала вниз, казалось, ещё немного и он сам бы свалился вслед за ней. Принцесса наблюдала за ним несколько минут, отмечая мужественные черты, крепкие мышцы, чистую загоревшую кожу...
– Однажды королева отдаст тебя мне в жены, – внезапно проговорил Виктор, не открывая глаз, и Марианна испуганно отпрыгнула от него. – Я же просил не приходить подобным образом.