Апокалипсис (СИ)

Пока Карин не ударила меня. Она влепила мне хлёсткую оплеуху так, что я запнулась на вдохе, но хотя бы перестала смеяться. Может, я и вправду заразилась? 
— Ну, чего уставились? — рявкнула Карин. — Не видели, как принцессы смеются?!
— Надеюсь, не все принцессы смеются так, — пробормотала я, вытирая рукавами своё лицо. 
— Ты ещё и шутишь! — воскликнула девушка. 
Я притянула её к себе и обхватила. 
Карин стерпела моё объятие, ничего не говоря. Возможно, она всё ещё считала, что я должна попросить прощения, и я действительно должна, но никак не могла подобрать слова для этого. А простое «извини» прозвучит слишком жалко. 
Подняв лицо от плеча воительницы, я встретилась взглядом с Сэром Лессайром. Мужчина виновато опустил голову, пряча от меня свои светлые глаза за длинной чёлкой. Он что, подумал, что это из-за него я потеряла контроль? 
— Пойдём, — сказала Карин. — Тебе нужно отдохнуть. 
— Вироточина, — пробормотала я. — Мне нужно поехать к ней. 
— Сегодня уже поздно, — мягко проговорила девушка. — Лессайр, сколько дотуда ехать?
Молодой рыцарь подошёл ближе, чтобы не кричать через половину двора, и Карин подтолкнула меня в сторону входа в библиотеку. 
— Часов шесть, не меньше. Я...
— Ездил к матери? 
Сэр Лессайр кивнул, сопровождая нас.
— Ладно, — вздохнула Карин. — С ней всё в порядке? 
— Да, хорошо. Между волнами тихо. 
Мы вошли в пустынный коридор, и лязг брони рыцаря стал эхом гулять по стенам. 
— Собери Майрена, Ортрана, Теойена, остальных. Пусть подготовятся к выезду. 
— Хорошо. — Сэр Лессайр поклонился нам и развернулся обратно к выходу.
Карин довела меня до софы и усадила возле окна.
— Ну как ты? — вглядываясь в моё лицо, спросила она. 
— Не знаю, — прошептала я. — Но это не важно. 
— Это намного важнее, чем ты можешь себе представить, — ответила Карин, стирая сгибами пальцев последние следы слёз с моего лица. — Что мы будем без тебя делать? 
— А со мной — что? — посмотрев в аквамариновые обеспокоенные глаза воительницы, спросила я. 
Девушка вздохнула, отведя взгляд. 
— То-то и оно, — проговорила я. — Всё это бесполезно. 
— Мы ещё живы. Значит, не бесполезно, — упрямо ответила Карин. 
— Спасибо, что… успокоила меня. 
— Всегда мечтала вмазать королевской особе по лицу, — усмехнулась герцогиня. 
Я засмеялась. Карин нахмурилась, снова посмотрев на меня. Но на этот раз мой смех не перешёл в истерику. Мне стало немного легче.
— Прости меня за то, что обидела тебя, — сказала я. — В тот вечер… я просто хотела побыть одна. 
— А я уж подумала, что поставить меня на место. 
— Что? — удивилась я. 
— Ну, я ж не смыслю ничего в ваших склянках и сушёных ветках. Какой от меня прок? 
— Карин…
Девушка покачала головой. 
— Я сказала твоему отцу, что больше не буду следить за тобой. Мне было бы неприятно, если бы за мной следил лучший друг. 
— Было бы ещё, за чем следить, — улыбнулась я. — Всё, что я делаю, я и так рассказываю отцу. Я — не Сэр Дардион. У меня нет никаких страшных тайн. Да и у него… кроме алхимии-то и осквернения мёртвых, ничего-то и не было. 
— Всего-то, — произнесла Карин с усмешкой. 
— Если бы это помогло, я бы и не на такое пошла, — сказала я. 
— Я понимаю, — вздохнула воительница. 
Сэр Лессайр явился в библиотеку уже без оружия, одетый в бледно-голубой камзол, не уступающий нарядам герцога Тешер. Я и не ожидала, что в моей личной гвардии служат высокородные отпрыски. Чего я ещё не знаю о своём маленьком мире, что ещё упустила? Может, я тронулась памятью? После смерти Сэра Дардиона всё идёт как-то наперекосяк.
Карин читала книгу, не обращая внимания на молодого рыцаря, так что пришлось ответить мне. Мужчина отчего-то сам не начинал говорить.
— Да? — подала голос я. 
— Принцесса, — словно вспомнив о приличиях, проговорил Лессайр и поклонился. — Как и было приказано, я лично предупредил всех гвардейцев о завтрашней поездке. 
— Хорошо, — отозвалась я. 
— Остался только один нерешённый вопрос...
— Какой? 
— Кто сообщит королю? Не мне же... 
 
Я вздохнула, и мужчина замолк. 
— А что Сэр Ортран или Сэр Уттвен? — спросила Карин, не отрывая взгляда от книги. 
— Я скажу отцу, — поднявшись, произнесла я. — Сопроводи меня, Лессайр. Ты же видел вироточину?
— Да, госпожа, — поклонился мужчина и пропустил меня вперёд.
Отец сидел в кабинете совета за столом и перебирал доклады вассалов. По его лицу я поняла, что недавняя волна была не только в наших угодьях, но и по всему королевству. Интересно, как дедры узнают, что пора выходить из леса? Что их побуждает? Почему они делают это одновременно и почему убегают обратно?
Я прошла на середину зала и остановилась, ожидая, пока король сам обратит на меня внимание. 
— Да? — отозвался отец, не отвлекаясь.
— Новая вироточина… — пробормотала я, и он поднял на меня взгляд. 
— Мне уже доложили, — мягко сказал папа. 
— Я поеду посмотреть на неё. 
— Не ты ли говорила, что они все одинаковые? — поинтересовался он. 
— Эта точно другая, — подал голос Сэр Лессайр из-за моей спины. — И прямо на ржаном поле. 
Отец помрачнел. 
— Ты её видел? Откуда такая информация? 
— Да. Мать отвезла меня к ней. 
— А я давно говорил маркизе Ортамор переехать в Кертодольскую крепость. Она так и не передумала? Королева никак не успокоится без неё.
Я удивилась: маркизе? Сэр Лессайр — маркиз? 
Мой рыцарь заулыбался. 
— Вы же знаете маму. У нас в замке всё как здесь, только размером поменьше.
Папа вздохнул. А я почувствовала себя лишней. 
— Сэра Дардиона я не смог бы отговорить, — произнёс король, снова переведя взгляд с Лессайра на меня. — А ты и не спрашивая меня всё уже подготовила, так? 
Сэр Лессайр потупился, и по его реакции отец понял, что ответ на его вопрос утвердительный. Я промолчала. 
— Что же, спасибо, что хотя бы сообщили об этом. Ты помирилась с Карин? Или Сэр Ортран теперь будет командовать гвардией как раньше? 
— Всё в порядке, — пробормотала я, не желая обсуждать с отцом своё личное дело. 
Кивнув, папа отпустил нас. Сэр Лессайр молча сопровождал меня, вероятно ожидая, пока я сама отпущу его. 
— Вы с Карин ссорились? — неожиданно для меня спросил мужчина. 
— Это было больше похоже на недопонимание, — тихо отозвалась я. 
Почему его это вообще интересует? 
— Какие грубости бы она вам ни сказала, Леди Тешер могла не иметь их в виду. Я видел, как она переживала в эти несколько дней. Теперь мне понятно почему. 
— Спасибо, Лессайр. Главное — сейчас всё хорошо. 
Глубоко поклонившись, мужчина со мной попрощался. А я последовала к себе, чтобы немного поесть и пораньше лечь спать. Завтра предстоит не менее двенадцати часов трястись в повозке, если учитывать путь и туда, и обратно. 
  
XIII
 
Карин ехала рядом на лошади, а мы с Айель, в лёгкой кожаной броне, устроились в повозке. Моя новая ученица то и дело перекладывала свою шпагу, дёргала за ремешки нагрудника и тёрла колени, непривычная к одежде, отличной от крестьянского платья. Примеряя старую броню Филлиппа, когда брат из неё вырос, я чувствовала себя так же. А потом привыкла, и теперь, когда в кертодольских лесах опасно, я не представляю себе, каково покидать крепость без защиты. 
Гвардейцы равномерно рассредоточились вокруг повозки. Сэр Майрен и Сэр Ортран, лучшие мои мечники, если не брать в учёт Карин, возглавляли процессию, остальные следовали за ними. Прохладный влажный воздух доносил до меня ароматы позднего лета: пряных цветов, подгнивших яблок, скошенного и собранного в стога сена. 
Когда мы уже были близко к поместью Ортамор, Сэр Лессайр вырвался вперёд, обгоняя повозку и других рыцарей. Ему, похоже, хотелось похвастаться перед матерью почётным местом в гвардии принцессы. Карин, возмущаясь, пришпорила лошадь и догнала наглеца, высказывая ему что-то, что я не могла слышать из повозки. Сэр Ортран звучно расхохотался, а Сэр Майрен с улыбкой уступил младшему гвардейцу дорогу. Карин всё ещё возражала мужчинам, но Сэру Теойену удалось утихомирить воительницу, так что мне не пришлось вмешиваться. Всё-таки мы не на открытии рыцарского турнира, где порядок гвардейцев важен перед королём, а я даже не наследная принцесса, чтобы настолько строго соблюдать подобные правила.