Волчица (СИ)
Чёрный волк вздрогнул, когда брат прикусил холку белой волчицы. Тогда Даниэлю стоило понять, что он потерял Дарину навсегда, отступиться, но он был не менее упрям, чем старший брат.
Когда волчица убежала прочь, жёлтоглазый последовал за ней, убедившись, что вожак не спешит бежать за своей женой. Дамир позволил ей удаляться дальше и дальше. Он знал, что никто не посмеет сделать ей больно в эту ночь: звери более мудрые, чем их человеческая половина. Никто из стаи и не встал бы на пути жены вожака, чтобы навредить. Вот только Даниэль не собирался делать подобного и к стае он больше не относился.
На рассвете, когда волчица упала без сил на траву, обернувшись хрупкой девушкой, и уплыла в сон, Даниэль понял, что время пришло.
Уже не зверь, а мужчина подхватил хрупкую фигуру на руки и понёс прочь от поселения клана Люпо, и если волчица внутри Дарины рычала и билась, то девушка слишком устала от новых впечатлений и ярких эмоций её второй половины, вскоре и та затихла, умаявшись от бессмысленных попыток добудиться девушку.
Дарине было слишком уютно и тепло на руках своего возлюбленного, она не чувствовала опасности, исходящего от него. Для девушки он всегда был добрым и мягким, всё понимающим соседом (несмотря на то, что в самом начале их знакомства она его дико боялась).
Долгий путь для Даниэля не был сложным, даже несмотря на его ношу (зверь всё же). За время, что он шёл до своей горячо нелюбимой консервной банки, как он ласково называл свой чёрный монстрообразный автомобиль, мужчина вновь и вновь взвешивал все "за" и "против" своего поистине безумного плана, ещё раз прошёлся по слабым местам и пришёл к выводу, что всё складывается даже лучше, чем он мог ожидать.
Он никогда не сможет ответить на вопрос, что на него нашло тогда, зачем ему нужно было похищать жену брата. Да, Дамир Люпо унизил Дана, выбрав его невесту, но такое случалось множество раз в общинах волков и других кланах. К тому же зверь самого Дана в итоге не принял девчонку во время Большой охоты. Так стоило ли за неё бороться сейчас? Стоило ли мстить таким образом брату?
Когда они уже подошли к машине, девушка начала приходить в себя, и Даниэлю пришлось нажать на пару точек на девичьем теле: слишком рано, ему и так сыграло на руку, что девчонка отказала Дамиру, тем самым не завершив их соединение и связь. Закинув её на заднее сиденье, мужчина из бардачка достал аптечку, в которой лежали лишь шприцы и ампулы с одним и тем же непонятным веществом. Профессиональными ловкими движениями ему пришлось ввести прозрачную жидкость внутривенно Дарине. Луна, чего ему стоило достать это проклятое, но столь необходимое вещество!
Укрыв голое тело девчонки тёплым клетчатым пледом, он оделся сам и сел за руль. Совсем скоро машина рванула прочь: им нужно было успеть уехать как можно дальше, пока Даринку не хватились.
***
Дамир не думал, что так быстро начнёт чувствовать свою новоиспечённую жёнушку. Луна, кто бы мог подумать, что он решил соединить свою судьбу с обращённой волчицей, к тому же невестой и избранницей его брата?
А между тем его игра продолжалась. Жаль, что Даниэль немного не вписывался в роль, которую на него примерил Дамир.
Вожак чувствовал каждого из своей стаи. Их радость от ночи полнолуния, их возбуждение от бешеной гонки и азарт, их свободу и счастье. Но сильнее всего выделялась нить, соединяющая его, вожака, и совсем ещё юную волчицу.
Дамир вспоминал красивую крупную волчицу с мягким густым белоснежным мехом. Она мягко передвигалась на мощных длинных лапах, чуть шевеля треугольными пушистыми ушами на широколобой головой с вытянутой мордой. А уж глаза! Сине-зелёные колдовские глаза Дарины Люпо!
Вожак чувствовал лёгкий отголосок настроения волчицы своей жены. Она ликовала! Любопытная, она изучала всё вокруг и себя саму.
Что бы он ни думал, а всё равно раз за разом возвращался к ощущениям, что давала ему тонкая золотистая ниточка-связь с женой. Вот она уставшая и разомлевшая уже не несётся, а медленно бредёт. Вот он стал ощущать её чуть слабее – видимо, девчонка стала человеком. Через пару мгновений и вовсе Дарина ощущала себя в безопасности, ей было тепло. Но волк вожака почему-то наоборот начал нервничать, требуя Дамир немедленно пуститься на поиски пары и жены. Люпо привык прислушиваться к чутью своего зверя, вот только как искать?
Ниточка-связь оборвалась.
VIII
Что могло заставить волка перестать чувствовать свою пару? Что могло заставить внезапно оборваться только появившуюся яркую золотистую ниточку-связь?
А меж тем волк вожака выл и кричал, вгрызаясь изнутри в свою человеческую половину, готовый броситься на любого, кто встанет на его пути в поиске его новообретённой пары. Он и бросался. Точнее кидался на всех появившихся в его поле зрения Дамир, зверь которого сходил с ума (хотя и так ему было далеко от цельного сознания).
Глаза Дамира уже давно приобрели кроваво-красный цвет и мягко светились, что было заметно и при ярком солнце, когти на руках отросли, став полностью антрацитово-чёрными. Жаль тех, кто не успел заметить изменений, произошедших в Дамире, кто не успел спрятаться от его гнева.
Сам Дамир Люпо не понимал, как такое возможно. Никто не мог навредить девчонке! Никто их их стаи, ведь здесь все страшились его. Что касается других стай, то давненько никого не видели вблизи этого хорошо защищённого поселения. Стая Люпо была одной из самых многочисленных и сильных, и связываться с ними не было никакого резона для других. Правда, они могли посчитать, что смена власти – приятный повод для нападения, ведь так?
Нет, Дамир был уверен, что никого из чужих рядом не было.
Так что же могло порвать эту образовавшуюся связь? Смерть? Нет, вожак точно знал, что его жена жива, но где она и что с ней, сказать не мог. Что же это? Или кто?
Не могла же она сама сбежать, право слово. Не настолько же была глупа девчонка?
А меж тем его зверь продолжал крушить всё вокруг. Ему было безразлично, кто или что попадает под его лапы с острыми чёрными когтями. Ему было всё равно, друг и сторонник, враг или верный пёс попадается на его пути, сейчас он хотел лишь одного: убивать.
Вырванные с корнем молодые деревца, глубокие рваные следы от когтей на стволах древних, как сам клан, деревьев, несколько тел, по которым не понятно было мертвы они или ещё живы, можно было лишь с уверенностью сказать, что полнолуние для них закончилось совсем не так, как планировалось, и прятавшиеся по углам жители поселения, наблюдающие картину беснующегося вожака. Они не знали, что произошло, что вызвал такой приступ гнева у их обычно хладнокровного главы.
Да, Дамир Люпо был жесток, его вполне логично опасались, не переступая ему дорогу, вот только он никогда не вёл себя подобным образом, предпочитая продумывать каждый свой шаг, играя со своими жертвами.
Несмотря на бешенство своего волка, Дамир каким-то образом умудрялся сохранять человеческий вид и способность мыслить, пусть не особо здраво и чётко, но всё же. И это дало свои плоды: совсем скоро он пришёл к выводу, который тут же сорвался с его уст, а сам он как-то совсем внезапно замер:
– Даниэль...
***
Девушка с трудом приходила в себя.
Голова болела так, что казалось, вот-вот и она просто разлетится на части, окропив кровью и мозгами всё вокруг (эх, а Иринка говорила, что голова болеть не может, ведь голова – кость), а тело жутко ломило, хотя какое тело? Ей почему-то казалось, что она была каким-то вязким киселём, а не вполне симпатичной себе девушкой, с который за последнее время столько всего случилось.
***
Даниэль гнал машину по просёлочным дорогам, особо не заботясь, что с ней может что-то случится или что они застрянут в какой-то грязной канаве. Конечно, могли задержать и доблестные защитники правопорядка, но с ними вполне можно было договориться. Его главной задачей на этот час было убраться как можно дальше от проклятого Луной поселения клана и старшего братца, молодая жена которого уж очень долго не приходила в себя, что Даниэля начинала беспокоить.