Волчица (СИ)

Чуть погодя мужчина пришёл в себя, но преследовать свою пару не собирался. Пусть ей встретятся на пути обезумевшие от возбуждения волки, он не вступится (это потом накажет виновных, смевших покуситься на святое – жену вожака), девчонке следует отвечать за свои поступки. Отказав ему сейчас, она пошла против его воли.
Свою судьбу она предрешила сама.
Со своим волком ему тоже следует разобраться. Посмел учить его, как обращаться со своей парой! Дикий зверь!
Дамир Люпо знал, что его волк был агрессивным, диким, необузданным и сумасшедшим. Возможно, не столько смерть матери и ненависть брата повляли на развитие юноши, сколько зверь, сидящий внутри него, оказавшийся настолько сильным, что умудрился вмешиваться в становление будущего вожака.
Звери – они неотъемлимая часть оборотней наравне с человеческой сущностью. И зверь, и человек растут вместе (если, конечно, они рождены такими, а не обращены в угоду Большой охоте), развиваются, влияя на судьбу друг друга. И никто не может сказать, каким бы стал каждый оборотень, не имей их звериная натура своего разума и характера.
Дамир больше не хотел бегать в эту ночь. У него было лишь одно желание – наказать беглняку, но искать её в непроглядной тьме он не собирался. Сама придёт, когда её зверь выдохнется от первой в своей жизни ночи при Луне. Сейчас же он направлялся в особняк, желая выспаться перед новым днём.
Совсем скоро он покажет своей жене, кто в их семье главный.
  
VII
 
Белая волчица бежала прочь от обезумевшего человека, который мог переломить ей хребет голыми руками. Как силён был его волк, перед которым она не устояла, приняв его метку, так был и силён человек.
Где-то на задворках сознания волчицы тряслась от страха и ненависти её человеческая сущность, боясь вновь предстать пред тёмные очи этого грозного мужчины. Наверное, именно поэтому волчица бежала прочь, а не осталась там, где находился её волк. Инстинкты кричали, что в подобную ночь всё должно было закончиться не забегом от своей обретённой пары, а зачатием новой жизни. Вот только белый зверь решил спасти свою человеческую часть от медленного схождения с ума в руках мужчины.
Бежала она долго, но радовалась этой пробежке. Наконец-то белый зверь получил долгожданную свободу! Она могла ощущать траву, землю, камни под ногами, вдыхать прохладный ночной воздух с запахами разнотравья, слушать шелест ветвей деревьев и шум от пробегающей то тут, то там мелкой живности, а также далёкий вой других волков.
Волчица бежала, не ведая усталости, наслаждаясь свободой и ветром, бьющим прямо в морду. Как же ей было хорошо! Сама Дарина где-то на задворках сознания волчьей самки, наконец, почувствовала себя самой собой. Именно этой звериной части ей всегда не хватало.
Но всё в нашем мире имеет свойство заканчиваться, так закончилась и ночь полнолуния, и волчица без сил рухнула на землю, где тут же обернулась совершенно обнажённой и уставшей девушкой.
Дарина потянулась и зевнула, растянулась на прохладной мягкой траве, влажной от утренней росы. Наблюдая за медленно светелющем небом и восходящим солнцем, она уснула – ночные события утомили непривыкшую к подобному девушку, а трава показалась намного удобнее постели Дамира (тем более в его компании). Не ощущала себя спящая женой вожака.
***
На этом сборище лицемерных тварей, преклоняющихся перед его старшим братом, Даниэль первым понял, что новый вожак сейчас скажет. Тогда он не мог сопротивляться и бороться за девчонку, Дан решил отойти в сторону, дабы продумать свой следующий такой важный шаг.
Быть может, ему не стоило вмешиваться в личную жизнь брата и его избранницы (пусть даже изначально она была невестой Дана), оставляя всё, как есть. Не зря же в предки дали право вожакам выбирать любую оборотницу, не связанную ни с кем узами. Вот только Даниэль не мог отступить: брат слишком много на себя взял. Пусть он лезет в его, Дана, жизнь, но не трогает тех, кто так или иначе рано или поздно будут с ним связаны. Ситуация с Дариной стала той точкой, когда Даниэль Люпо больше не собирался терпеть выходки своего брата: больше убегать он не собирался.
 
Даниэль знал, что Дамир сделал подобный выбор специально, чтобы унизить, растоптать, посмотреть на реакцию. И младший из братьев был готов к противостоянию с братом.
Так начался новый виток их враждебных взаимоотношений.
Почему-то в тот момент Даниэль забыл о чувствах своей возлюбленной, о том, что именно она была разменной монетой в их играх. Но, может, он считал, что Дарине будет с ним лучше?
Даниэль Люпо искал способы вырваться из стаи и из-под влияния брата, но для этого нужно было навсегда стать либо одиночкой, либо перейти в другую стаю, разрывая все нити, которые связывают его с прошлым. Даже от братских уз придётся избавится, отказавшись от семьи. И Дан готов был пойти на это, но нужно ведь было захватить с собой и невесту вожака, а вот с этим могли возникнуть проблемы.
Волки моногамны по своей сути, и если зверь Дамира признает девчонку, а сами они будут благословлены Луной, то вожак будет вынужден отправиться на поиски своей пары. Зверь Дамира Люпо слишком силён, он не сможет долгое время находится без избранницы, будет медленно сходить с ума. Не это ли замечательный конец для такого, как Дамир? Клан точно вздохнёт с облегчением, когда красноглазый зверь сдохнет.
Как разлука с вожаком скажется на Дарине, Дан не знал. Он считал, что её волчится слишком слабая (да-да, он наблюдал за своей бывшей невестой и знал, что её волчица ещё не проявляла себя), да и сама она ещё не вступила в ту замечательную пору, когда юность сменяется мудростью. В любом случае, он в этот момент будет рядом с ней, а любовь, как говорится, творит чудеса, а девчонка точно без ума от него, Даниэля Люпо.
Долгое время Дан никак не мог понять, как выкрасть девчонку, чтобы Дамир если и понял, где её искать, то далеко не сразу. Но мужчина был упорен в своей цели, и выход нашёлся. Весьма странный.
Вот только время было потеряно, наступило полнолуние, а это значило, что Дарина станет женой вожака и старшего из братьев Люпо.
Безмолвной тенью Даниэль в волчьем обличье плыл по лесу. Его пушистые треугольные уши медленно двигались, внимательно вслушиваясь в окружающую его тьму. Чёрный волк старался остаться незамеченным для своих сородичей и клана, к которому он больше не хотел иметь отношения.
Он слышал дикий, полный азарта вой красноглазого волка своего брата, который вышел на охоту за своей парой и будущей женой. В эту ночь их благословляла сама Луна.
Интересные традиции у волков, да и вообще у оборотней. В ночь, когда звери решают соединить свои судьбы, самка всегда должна убегать от своего самца, запутывая следы, сливаясь с лесом, проверяя, достоин ли её избранник, а самец должен, бежать, ориентируясь на запах, искать и найти, разрывая плоть своей добычи, оставляя след своих клыков на коже, навсегда помечая своим запахом избранницу. И тогда, разгорячённые бегом, возбуждённые до крайности полной Луной, они становились единым целым, парой, мужем и женой, соединяясь уже в человечьем обличьи (хотя им никто не мешал быть зверьми).
Желтоглазый зверь осторожно следовал за старшим братом, он старался не выдать себя ни малейшим шорохом, ни дыханием, ни мягкой поступью лап по влажной траве. Он держался чуть в отдалении, но не выпускал из поля зрения красноглазого. А тот шёл, ничего не замечая вокруг себя, его вёл столь призывный сладкий запах волчицы, которая, наконец, познала себя и свободу, и была готова познакомиться с ним, вожаком стаи.
Младший волк видел, как вожак ведёт свою избранницу, предоставляя той шанс немного развлечься – это была первая ночь волчицы Дарины Люпо, ей хотелось вдоволь набегаться и нарезвиться, но она понимала, что за ней идёт тот, кто сильнее, тот, кто уже признал её своей (волчицы всегда хорошо чувствовали такое).
Даниэль не вмешивался в эту брачную охоту. Мог, конечно же, но следовало ли? В состоянии Дамира, его зверь мог одним взмахом мощноё лапы разодрать жёлтоглазого и был бы в своём праве: пара для оборотня – святое, а уж в брачную гонку... Со зверем Дамира всегда было нелегко справиться, сейчас сложнее, чем когда бы то ни было.