Пионер – ты в ответе за всё!

Я кинул телефон назад Бизону и пошел к мотоциклу. Настроение снова испортилось, но и сидеть здесь больше не хотелось. Тихомиров говорил, что дело передали ментам, но тем явно не до этого сейчас. Однако и сам Илья Демидович не имеет нужной компетенции для расследования. И единственный человек, который подходит из моих знакомых, это Сикорский, но будь я проклят, если пойду к нему. По всему выходило, что все-таки придется действовать самому. Если возникнет достаточно шума, комитет обязан будет прореагировать. С этими мыслями я завел байк и двинулся в обратную сторону.
К дому я подъехал, уже когда почти стемнело. Встреча со старым мудаком выбила меня из колеи и из почти сложившегося распорядка дня. Даже тренировку пропустил, за что завтра точно получу от Выгорского, он так и не отстал от меня с методичкой, хоть я и написал все, что знал, зарисовал движения и даже как мог передал техники. Михалычу этого было мало, и приходилось раз за разом повторять одно и то же, чтобы накопить практический опыт. Так-то я не против, да и ребята подключились к тренировкам, но времени на свои занятия уже не хватало, а тут еще и это.
– Сынок, ты чего так долго? – мама встретила меня запахами горячего ужина и ощущением дома, где тебя всегда ждут. – На занятиях был?
– Ага, – честно соврал я, не собираясь говорить ей о встрече с Калининым. – Ты-то сама когда пришла? Поди до самой ночи на работе торчала. Блин, знал бы, что тебя оттуда не выгонишь, не настаивал, чтобы ты из столовой ушла.
– Так запускаемся, дел невпроворот, – отмахнулась мама. – Вот сейчас все устаканится и буду в шесть часов домой уходить. Иди руки мой, да ужинать будем. И кстати! Лев Иванович просил тебя завтра заехать. Дело какое-то есть, а до тебя не дозвониться.
Я пожал плечами и пошел в ванную. Телефон я действительно отключил, чтобы не мешался.
А насчет дела – это хорошо. Возможно, Чумаков наконец вышел на связь. Это было бы просто замечательно. Надо ковать железо, пока горячо, то бишь пока ментов и обком трясут, для нас идеальный шанс договориться с ним на наших условиях. Настроение снова поднялось, и садился за стол я уже довольный жизнью. А дед пусть идет в пень. Шанс я ему дал, посмотрим, хватит ли ума им воспользоваться.
  
Глава 15
 
– Леня, ты мне что обещал? – голос Льва Ивановича я услышал еще в приемной. – Ты гарантировал, что товар будет качественный, турецкий или венгерский. А что привез? Ты посмотри на это? Просто посмотри?! Это качество? Да тут Индия сплошная! Они же облезут после первой же стирки! И с этим ты хочешь, чтобы я пошел к Давиду? Да он первый выкинет меня из кабинета и будет прав!
– Н-но, Лев Иванович, я брал все на оптовой базе, где вы сказали, – в голосе собеседника Шилова звучала такая искренняя обида, что я почти поверил в его честность. – И что мне теперь делать? Я все свои деньги в этот кооператив вложил…
– А я в него вбухал в два раза больше, и что? – Шилов-старший явно злился. – Ты предлагаешь вот это дерьмо выставить под видом настоящего товара? А чего нет, прибыль-то будет в три или даже четыре раза больше, правда? Всего-то делов, пару бумажек подписать и бабло на кармане.
– Ну я не говорю, что прям так надо, – однако по голосу было понятно, что молодой коммерсант был бы рад такому развитию событий. – Но может, есть куда их пристроить: Не в «Версале», а например…
– Разрешите? – после одобрительного кивка секретарши я постучал в дверь и вошел. – День добрый.
– Семен! – обрадовался Лев Иванович. – Проходи, проходи. Присаживайся. Сейчас я с юношей закончу, и поговорим. Чай, кофе?
– Ничего не надо, спасибо, – отказался я, с интересом рассматривая сваленный на столе товар и его хозяина, молодого парня лет двадцати трех – двадцати пяти. – По пути в столовую заскочил, поел.
– Ну и замечательно, – Шилов усадил меня в кресло и повернулся к парню, мгновенно поменявшись в лице. – Ну и что будем с тобой делать, Леонид? Ты кого обмануть решил? Я же все о тебе знаю, и где ты брал это тряпье, и по какой цене. И сколько себе в карман положил. Крыса ты, Ленечка. Кинуть меня решил, да не просто кинуть, еще и подставить. Меня только одно удивляет, ты действительно считаешь, что ты первый, кто это пробует сделать? Или я похож на того, кто будет работать с тобой без гарантий? Да, да, Леня, меня мама твоя за тебя просила, слезно умоляла к делу пристроить. Я согласился, а почему нет, если расходы она на себя взяла. Как и гарантию дала того, что ты все сделаешь, как надо. Догадываешься, что в залог пошло?
 
– М-моя машина, – на незадачливого бизнесмена-кидалу было противно смотреть, губы у него тряслись, на глаза навернулись слезы, а внутри поселился страх, видать, мама держала сыночку в ежовых рукавицах. – Л-лев Ив-ванов-вич, я… я от-отработаю…
– Нет, мальчик, с тобой я не то что работать, я с тобой даже разговаривать больше не буду, – покачал головой Лев Иванович. – Так что свободен. Маме твоей я сам позвоню и объясню ситуацию. Все, давай, я тебя не задерживаю. Видишь, у меня встреча с уважаемым человеком? Не кидалой, в отличие от тебя.
– Но… – незнакомый мне Леонид обжег меня злым взглядом, но спорить не посмел и, опустив голову и шаркая ногами, вышел из кабинета, а Шилов, тяжело вздохнув, сдвинул кучу одежды в сторону и сел за стол.
– Видишь, Семен, с кем приходится работать? – Лев Иванович еще раз тяжело вздохнул и нажал на кнопку коммутатора. – Людочка, сделай нам кофе. И вот так постоянно. Вместо того, чтобы нормально работать, все хотят кинуть, нажиться, украсть.
– Зуб даю, вы знали, что так и будет, – я ничуть не проникся проблемами советского бизнесмена, взяв из кучи вещей майку и принявшись ее рассматривать. – Поэтому, поди, и условие про гарантию поставили.
– Я тебе больше скажу, – усмехнулся Лев Иванович. – Мама этого поца тоже это знала, и идея с машиной ее. Решила сыночку-корзиночку уму-разуму поучить. Ничего, за одного битого двух небитых дают. А то тоже мне, махинатор. Молоко еще на губах не обсохло, чтобы меня кинуть.
– А вы уверены, что это подделка? – я с недоумением крутил в руках футболку, разглядывая шильдики и этикетки. – Написано, что в Венгрии сделано.
– Ой, я тебя умоляю, что я, венгерский трикотаж от индийского не отличу, – отмахнулся Шилов. – А эти жучары тебе что угодно налепят, только плати. Не страна, а один огромный цех, производящий подделки.
– Индия? – неподдельно удивился я. – Не Китай?
– А он-то с чего? – в ответ удивился Лев Иванович. – Нет, с китайцами мы нормально работаем. У них много совместных предприятий и кооперативов с нашими товарищами и гражданами из других стран соцблока. Тоже косячат бывает, но скорее от низкой производственной культуры, а вот за подделки у них спрашивают строго. Вплоть до смертной казни.
– Да быть не может, – для меня было дико, что в Китае могло произойти что-то подобное. – Что, прям вообще никакого контрафакта?!
– Ну, как сказать, – смущенно почесал затылок Шилов. – Официально – да. И товары, идущие на экспорт, очень жестко проверяются. А вот для внутреннего пользования там немного другое дело. Есть у меня знакомый оттуда, много рассказывал. Говорит, что, с одной стороны, законы строгие, с другой – их мало кто выполняет, если нет контроля со стороны коммунистической партии. Полиция мышей вообще не ловит, только дань собирает с тех, кто подделками занимается. Коррупция и своячество, говорит, цветут и пахнут.
– Ну так это же Китай, – я пожал плечами. – Там чинопочитание возведено в абсолют, а взятка – это не взятка, а дань уважения. Красные конверты, все такое. Но от Индии не ожидал. Нам на географии, когда изучали их экономику, такого не говорили. Да и с Пакистаном у них терки, а американцы же вроде как его союзники.
– Я в дебри геополитики не лезу, – отмахнулся Лев Иванович. – Это проблемы США, пусть сами их и решают. Если не смогут, нам же лучше. Давай лучше к нашим баранам. Я чего тебя искал. Вчера запустили вашу комнату приключений. Называется «Квест-комната», три сценария игр сделали. Йося музыкой занят, так что я на себя взял контроль, но, как назло, тебя предупредить забыл. Вчера спохватился, а у тебя телефон отключен. Извини, что так получилось.