Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера (СИ)

«Либо она перепутала меня с Кристин», — хмыкнула я про себя.
— А вы, милорд Фойртелерн, вы признали свой долг? — сощурился бэйфэй.
— Разумеется, — Харелт склонил голову, — мог ли я поступить иначе?
— Значит, леди Фредерика Альтиния Дьерран Небесная со-мать Энбетестир Фойртелерн. Вы имеете возражения?
Я опустила взгляд на Энни. О таком явлении, как Небесная со-мать, мне было известно из модного столичного романа.
— Ты хочешь этого? — спросила я Энни. — Это ведь не просто слова.
— Я чувствую твое настроение, Ри, — тихо-тихо проговорила дракошка. — Я всегда знаю, где ты находишься. Я очень-очень хочу, чтобы ты была моей небесной со-матерью.
— А я очень-очень хочу, чтобы ты была моей дочерью. Меня пугает такая ответственность, Энни, — я присела перед ней на корточки, — будем бояться вместе?
Дракошка крепко обняла меня за шею, и я, обхватив ее руками, медленно выпрямилась. Ох, увесистое счастье.
— Я принес тебе кинжал, — тихо проговорил Харелт, — чтобы тебе не пришлось рвать руки кромкой льда, если ты вдруг захочешь кого-нибудь спасти. Это особый артефакт, он снимает боль. Но…
Хранитель Севера на мгновение прервался, а после продолжил:
— Но ты должна знать, что такой случай, как у тебя и леди Кристин, не первый. Такое бывало, и не раз. Не всегда с магическими близнецами, но тем не менее…
— Вы разглашаете храмовые тайны!
— Я эту храмовую тайну услышал от торговки семечками, — фыркнул Харелт. — Ходят истории, что подарки создают особую связь между дарителем и одаряемым. Я в это не верю, Фредерика. Но, раз мне теперь известна эта глупая байка, я просто обязан предупредить тебя.
Поудобнее перехватив Энни, я протянула открытую ладонь Харелту.
— Мне жаль лишь одного: отдариться нечем. Я не боюсь связи с тобой, Хранитель Севера.
Бэйфэй в это время о чем-то спорил с Эрвитаром. Но, увы, они были закрыты щитом. Щитом, который второй молодой господин сорвал одним движением, а после, сердито фыркнув, проговорил:
— Жаждущие сражений драконы обязаны покинуть Малый Храм. Остальных я рад приветствовать на ритуале!
Харелт вложил в мою ладонь узкий футляр.
— Присмотри за Энни, хорошо? — мягко улыбнулся он. — Я отлучусь ненадолго.
— Харелт, — мои губы онемели, — ты…
— В предстоящем нет твоей вины, — уверенно произнес лорд Фойртелерн, — я смогу объясниться, позже.
Драконы покинули зал.
— Я могу присмотреть, — шепнул Рифас. — Не то чтобы я мог вмешаться, но…
— Присмотри, — эхом откликнулась я и стиснула футляр.
— Я пришлю сообщение нонне Шавье, — кивнул Риф и тоже выскользнул из зала.
А откуда-то с дальних рядов послышалось:
— Видишь, как интересно? А ты: «Не пойду, не пойду». Ой.
— Ученица Листерис — три штрафных балла. — Второй молодой господин гневно встопорщил усы. — Прошу главу храма знаний начать ритуал!
И в ту же секунду зал затопила тьма. На мгновение мне показалось, что я лишилась зрения! Но тихие испуганные вздохи подсказали, что эта беда произошла не только со мной.
— Тишина, — потребовала тьма голосом бэйфэй.
В воздухе одно за другим появлялись сияющие созвездия. Они собирались в звездные скопления и отлетали в стороны, освещая собравшихся в зале людей.
— Они разлетаются на две стороны, — прошептала мне на ухо Энни.
К моему сожалению, парад созвездий продлился недолго. Разделенные на две части, они сформировали два шара, в одном из которых я признала старого знакомца — именно его приносил в мою комнату второй молодой господин!
Свет медленно возвращался в зал.
— Кто-то спросит, отчего здесь присутствует столько магов и колдуний, — проронил бэйфэй, — а все оттого, что чем больше людей, тем точнее расчет. Сила едина, хоть и разделена меж разными существами. Но в такие моменты магия сливается, перемешивается и, возвращаясь назад, несет в себе крупицы важнейшей информации.
Шары, парившие в воздухе, покрылись сетью трещин и осыпались каменной крошкой. А вместо них перед вторым молодым господином зависли два сияющих собственным светом свитка.
Не прикасаясь к ним руками, бэйфэй отлевитировал их к стене. Взмахами рук заставил разлететься в стороны и отпустил силу.
 
Свитки упали на пол.
— Сейчас вырастет дерево, — шепнула Энни. — Тебе тяжело меня держать?
— Нет, — тихонько ответила я. — Все хорошо. Ты волнуешься?
— Папа самый сильный, — уверенно проговорила крошка-дракошка. — И ты. Значит, твое дерево будет выше и ветвистей, а папа принесет победу.
Вверх по стене поползли тонкие золотистые линии. Они сливались между собой, образовывали узелки и ответвления, формировали корни и крону.
Одно дерево было совсем юным — тонкоствольное, с полупрозрачными веточками, оно как будто еще не выросло. Второе же было крепким, хоть и потрепанным — узлы нитей пятнали ствол и выламывали ветви под странным, неестественным углом.
Оба дерева своими корнями оплетали свитки. Свитки, на которых горели имена. И я… Я была тем крепким, потрепанным деревом.
— Леди Фредерика Альтния Дьерран, — второй молодой господин подошел ближе к дереву, — врожденная склонность к стихии воздуха — перекрыта Небесной Искрой. Врожденная склонность к ментальной магии — потенциал не развит. Контроль силы над силой — десять из десяти. Резерв силы — седьмой круг из десяти возможных. Мое почтение, леди Фредерика.
Бэйфэй перешел к молодому дереву Кристин.
— Леди Кристин Лавелия Дьерран. Врожденная склонность к стихии земли — перекрыта родительским ритуалом. Врожденная склонность к целительской магии — потенциал не развит. Контроль над силой — пять из десяти. Резерв силы — третий круг из десяти возможных. Леди Кристин, вы должны дать разъяснение. В вашем свитке о начальном колдовском образовании в графе контроль над силой стоит семерка.
— Вероятно, беды и невзгоды пошатнули мой внутренний мир, — ровно произнесла Кристин.
— Вы отказались от стихии земли, — второй молодой господин смотрел точно на нее, — почему?
— Стихия земли — это удел селян, — фыркнула леди Дьерран. — Вам не кажется, господин бэйфэй, что у Фике слишком подозрительный контроль силы?
— Леди Фредерика, — лис перевел взгляд на меня, — вы исполнили мою просьбу?
— Не полностью, второй молодой господин. — Я опустила Энни на пол и чуть поклонилась. — Накопитель глубок, мне приходится наполнять его частями.
— И вы не разбили его?
— Я держу меж нами нить, — ровно ответила я, не позволяя себе обижаться. — Эта задача мне по плечу.
Студенты загомонили, переговариваясь между собой. А лис, протянув ко мне лапу, попросил вернуть накопитель.
— Прошу. — Я вложила теплый накопитель в его лапу.
— Вы заполнили его на семьдесят процентов, — довольно произнес бэйфэй, — так полно его не заряжал никто из учащихся. Накопитель не поврежден, он займет достойное место среди камней, что питают защиту на Детском Балу. Моя благодарность. А сейчас я прошу всех пройти в соседний зал, там, по традиции, накрыт стол. Леди Фредерика, леди Кристин, с завтрашнего утра мы начнем тестировать ваши знания. По итогам вы, леди Кристин, можете получить свиток о среднем колдовском образовании, а вы, леди Фредерика, о начальном.
— Могу ли я выйти наружу, второй молодой господин? Я бесп…
Рядом с нонной Шавье появилась искорка, из которой донесся голос Рифаса:
— Это было эпично. Победа за лордом Фойртелерном, но мы бы не отказались от помощи целителей!
Искорка погасла, и тут же появилась вторая.
— В смысле, лордам бы это не помешало, со мной все в порядке.
— Пойдем к папе? — попросила Энни.
И я, невзирая на возражения нонны Шавье, поспешила к выходу. Чтобы, едва выбравшись на улицу, броситься назад — чтобы Энни не видела залитый кровью замковый двор!
— Они что, рвали друг друга на части? — оторопело спросила нонна Шавье.
— Я почему-то думала об обычной дуэли, — сглотнула я, — секунданты и все такое.
— Ри, я хочу к папе, — всхлипнула Энни, — он жив, я знаю.