Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера (СИ)

— Нонна Шавье, вы могли бы позвать к нам Харелта? — попросила я свою наставницу. — Я не хочу, чтобы Энни выходила на улицу.
«И сама не готова увидеть это вновь», — мысленно добавила я.
Страшно представить, сколько крови вылилось с небес на Малый Дворец. Но, кажется, второй молодой господин доволен.
— Истинно доволен, — лис подергал носом, — много пользы для наших щитов.
— За этой пользой скрывается боль, — вздохнула я.
— Да, поэтому мы не режем драконов на алтарях, — кивнул второй молодой господин. — А лишь используем то, что идет к нам в руки само. Сколько будет проведено исследований, м-м-м! Вы не переживайте, драгоценный ингредиент уже почти весь собран.
— Но разве вы не должны его уничтожить? Через кровь можно навести проклятья!
— Только не на дракона, — отмахнулся бэйфэй, — или по меньшей мере этот способ еще не открыт!
К лису подбежали двое учеников и, поклонившись, отчитались:
— Замковый двор очищен! Милорд Эрвитар доставлен в лазарет, милорд Фойртелерн сливает излишки силы в наши накопители.
— У него остались излишки силы? — хмыкнул второй молодой господин. — Как интересно. Идемте же, леди Фредерика, леди Энбетестир.
Правда, идти Энни не могла, от пережитого страха за отца дракошку начало потряхивать, и я, облегчив ее вес чарами, вновь взяла малышку на руки.
Харелта мы нашли на крепостной стене. И на первый взгляд он выглядел возмутительно здоровым. Рядом с ним стояла нонна Шавье, она, поджав губы, что-то сердито выговаривала дракону.
— Не видел людей, способных отчитывать Хранителя Севера, — хмыкнул лис. — Полагаю, это ваше влияние, леди Фредерика.
— Папа! — вскрикнула Энни.
Харелт поднял голову, поймал нас взглядом и… Эту мягкую, какую-то недоверчиво-беззащитную улыбку мне не забыть никогда. Дракон выглядел так, будто увидел что-то бесконечное милое и прекрасное.
«Хотя, может, он тоже редко встречает бэйфэй?» — подумала я про себя, жалея, что эта улыбка быстро сменилась обычной. Искренней, чуть усталой, но не настолько открытой.
— Ты испугалась? — Харелт подошел к нам и перехватил у меня Энни.
— Да. Ри держала меня на руках, и мне было не очень страшно, а потом становилось страшней, а потом снова не страшно, — прошептала Энни и обняла отца за шею. — Я знала, что ты самый сильный. И Ри самая сильная.
— Жаль, что я не видел становления твоего древа, Фредерика, — Харелт посмотрел мне в глаза, — но я готов поспорить, что твой контроль десять из десяти, а сила не меньше шестого круга.
— Семерка, — поправил его второй молодой господин. — Как же так вышло, что прошлая дуэль была проиграна?
— Я был сильно ранен, — пожал плечами Харелт. — Но доказывать что-либо было бессмысленно.
— Но почему Эрвитар согласился на этот раз? — сощурилась я.
— Потому что я вычислил его информатора и Хранитель Юга был уверен, что я едва ли не при смерти, — довольно проговорил Харелт. — Кто молодец?
— Ты молодец, — пропищала довольная Энни. — Значит, мне снова можно будет в дальние сады?
— Да, — кивнул Харелт и пояснил нам: — Малышку пытались отравить. Опрыскали все яблоки, а кое-кто снимает их хвостом и поедает в невозможных для рядового дракона количествах.
— Но Энни не рядовой дракон, она — дочь Хранителя Севера, — улыбнулась я.
— Да! А что мы будем делать дальше? — Энни с надеждой посмотрела на меня.
— Сегодня леди Фредерика свободна, но с завтрашнего утра начнется тестирование и, при необходимости, обучение, — строго проговорил второй молодой господин. — Но сегодня вы можете чувствовать себя здесь почти как дома. Вот настолько.
Бэйфэй сложил когти и показал крошечный зазор между ними.
— К тому же, если не ошибаюсь, леди Энбетестир следует готовиться к Детскому Балу, — напомнил бэйфэй.
— Мы думаем пропустить его, — мрачно проговорил Харелт.
— И признать, что вы проиграли? — удивился второй молодой господин. — Все кланы знают, что мальчишка лишился искры. А значит, скорее всего, лишится и статуса наследника. Не думаю, что леди Энбетестир будет грозить беда. Впрочем, дело ваше.
 
Второй молодой господин взмахнул лапами и исчез.
— Так… Может, чай? — предложила я. — Если тебе не нужен целитель.
— Я цел, — отмахнулся Харелт, — и мы привезли шоколад.
— И все-все для пикника!
— На льду?! — удивилась я.
— Да! — радостно выкрикнула Энни, а после попросила: — Соглашайся, будет весело.
Пожав плечами, я кивнула:
— Надо попробовать!
— Ура!
— Нонна Шавье, вы почтите нас своим присутствием? — спросил дракон.
На что нонна чуть устало ответила:
— Ах, нет, у нас с ноном Рифасом прибавилось отчетов. Да и нужно проследить за свитком Фредерики. Очень много дел, надеюсь, меж нами нет обид?
— Ни в коем случае, — церемонно ответил Харелт. — Ни в коем случае.
Под моим недоуменным взглядом духовные наставники устремились навстречу неведомым документам, оставив нас с Харелтом и Энни одних.
— Вы позволите вашу руку?
— Мне казалось или вы обращались ко мне на «ты», Харелт? — сощурилась я. — Там, в пещере, мы решили использовать имена…
Не договорив, я замолчала. Навязываться дракону я не хотела. Все-таки… Все-таки я не способна верить в лучшее.
— В своих мыслях я многое себе позволил, — Хранитель Севера церемонно склонил голову, — и перешел все границы допустимых приличий. Мое вольное общение с вами…
— Харелт, я только хотела сказать, что совершенно не против, — поспешно проговорила я.
— О чем вы спорите? — заинтересовалась Энни. — Ри?
— Мы не спорили, мы просто плохо поняли друг друга.
— У меня тоже так было, — загрустила дракошка, — но потом меня научили выговаривать букву эр, и все встало на свои места.
Я рассмеялась, а после протянула руку Харелту.
— Куда ты хотел нас отвести?
— Вот сюда. — Дракон одной рукой подхватил Энни, а второй меня, и через снежное мгновение мы стояли на тихом заснеженном плато.
— Как красиво, — выдохнула я.
— И безопасно, — добавил Харелт, — здесь нет червоточин. Отчего-то измы страшно не любят это плато. Хотя никаких полезных ископаемых тут найти не удалось.
Харелт поднял руку, и с его пальцев сорвалась волна ветра, который сдул часть снега в сторону.
— Признаться, летом мы любим расстилать пледы прямо на траву, — мягко проговорил Фойртелерн, — но зимой… Зимой мы берем с собой шатер.
За несколько минут Харелт облагородил плато: раскрыл купол шатра, вытащил коробочку с уменьшенной мебелью и вернул ей прежний вид. А после мы с Энни достали из призванной им корзины все вкусности.
— Это моя любимая шокотраттория, — Энни застенчиво улыбнулась, — тебе правда понравилось?
— Правда, — улыбнулась я.
Шатер явно был утеплен чарами, потому что мне было и не холодно, и не жарко.
— Мы все еще в окрестностях малого храма? — спросила я, когда в неспешном разговоре повисла долгая пауза.
— В дне пути, — кивнул Харелт. — Справа от нас, внизу, Ледяная Сказка. Это замок, выстроенный изо льда. В нем каждый год проходит Детский Бал.
— И я буду там, — понурилась Энни. — Не хочу. Но пойду, никто не сможет сказать, что я испугалась!
— А разве возраст тот самый? — нахмурилась я. — Или это из-за того, что Энни вылетела?
Дракошка вздохнула, взяла конфетку и грустно проговорила:
— Младшие будут гостями слетков, а потом, когда мы станем слетками, у нас будут гости Младшие. Поэтому я не могу не пойти.
— Но, как я уже сказал, — Харелт серьезно посмотрел на дочь, — ты можешь не пойти. Детский Бал — это Детский Бал, каждый год один-два драконенка пропускают это событие.
— Я — пойду, — отрезала Энни, — но без удовольствия. Давайте строить снежную крепость?
— Строить? Или колдовать? — сощурился Харелт.
А Энни, не отвечая, выскочила из-за стола и обратилась в дракошку.
— Не отходи от шатра, ты слишком легко одета, — попросил меня Харелт и направился следом за дочерью.