Мой сводный дракон (СИ)

— Я действительно ничего не знаю. И каад не сказал ничего такого… Имя сказал, да, но его ведь нельзя выдавать.
— Назови род и предназначение, только это имеет вес. Клянусь жизнью, я сохраню твою тайну и не предам.
Отметка короны цанов резко нагрелась, словно её проткнули раскалённой булавкой.
— Ой, — пискнула, обращая к ней взгляд. На костяшке было уже две точки.
Рагнар, разумеется, не пропустил мою реакцию, взял руку, внимательно рассмотрел метки, затем и вовсе подушечкой большого пальца провёл по костяшке, вызывая волну мурашек.
— Кто ты? — спросил он требовательно. Огненно–рыжие глаза захватили мои в плен и не позволили разорвать контакт, гипнотизируя, подчиняя. Повелевая.
— Твоя сестра, — ответила упрямо, попыталась вырвать руку. Безуспешно. — Алессаль Фогрейв. Кажется, мы это уже выяснили.
— Имя р–р–рода и пр–редназначение! — рыкнул он, притягивая мою ладонь к своей груди, заставляя почувствовать, как мощно бьётся верное мужское сердце. — Я дал клятву, ты приняла. Имя!
Закрыла глаза. Прислушалась кончиками пальцев к необыкновенным, странным, немного пугающим ощущениям. Пульсация. Горячая, огненная кровь. Чёткий ритм. Гулкий звук. Слежу, как по его огромному телу циркулирует магия, устремляется ко мне, вновь прожигает метку, подтверждая вес ранее сказанных слов. И не уходит. Ждёт. Будто хочет пообщаться с моим Огнём, но тот и не думает знакомиться — концентрируется в груди и сидит там комочком. Недоверчивый и дикий или… обиженный?
«Ты чего?» — спрашиваю его.
«Ничего», — бубнит он. И отчего–то я уверена, что причина есть, притом веская.
«Как думаешь, сказать Рагнару имя?»
«Как хочешь, — фыркает он, но всё же добавляет: «Говори, болтушка. Не предаст».
А мне большего и не нужно. Благодарю стихию за подсказку, беру себя в руки и выныриваю во внешний мир к терпеливо ожидающему моё решение мужчине.
Посмотрела на Рагнара. Разум талдычил: «Тебе он нравится, потому доверять своим ощущениям не стоит, не занимайся самообманом», но он же добавлял: «Огоньку виднее».
Закусила губу. Ещё раз хорошенько подумала.
Брат, конечно, та ещё заноза в неприличном месте, упрямый, требовательный, не до конца мной разгаданный. И, может, своеобразно, с непонятной иномирной логикой, но учит самостоятельно находить информацию, принимать решения, крутиться–вертеться, шевелить мозгами, развиваться, избавляться от страхов, становиться сильнее. Пусть он мало говорит, но его действия дороже слов — он помог с инициацией, дал немало подсказок.
Ахнула. Его метод действительно работал! Я гордилась своей самостоятельностью, не боялась пробовать новое, знала, что он подстрахует. Только по извечной земной традиции хотела, чтобы всю информацию мне выдали на блюдечке с голубой каёмочкой и по первому требованию, от того и злилась. В Эрмиде, похоже, так не принято, стоит принять как данность и лишний раз не дёргаться.
А Рагнар… Может, я слишком наивна, пожалею о своём решении и буду предана, но сейчас я ему верю. Верю и всё тут. Нет оснований не доверять. Он единственный в чуждом мне мире, с кем я могу быть собой, с кем чувствую себя защищённой. В конце концов, узнать, можно ли доверять человеку — это довериться.
— Ласси Миа Нанд — моё полное имя, я дочь тёмного лорда. Предназначение не определено. Изначальное предназначение — правление миром Луцан. Мир разрушен. Родительские ограничения не назначены. Это то, что ты хотел услышать. Если ещё мне объяснишь, что с этим делать, будет совсем замечательно, — произнесла я, убирая руку с его груди и отступая на шаг.
Рагнар выглядел так, словно его приложили по голове — вот–вот и упадёт без движения. И глаза снова ясно–голубые, нечеловечески прекрасные.
— Это… это… — пытался выдавить он, словно ему перекрыли кислород.
— Перебор? — спросила с тяжёлым вздохом.
Он справился с шоком, выпрямился, нацепил привычную маску.
— Это очень плохо, Алессаль. Точнее, для Эрмида хорошо, но для тебя у меня плохие новости.
— Мне придётся стать королевой?
— Если бы только это.
   
Глава 18
 
Рагнар отправил меня в библиотеку, выдав ещё несколько книг и кристаллов, сам же напомнил, что будет отсутствовать несколько дней, и исчез, пообещав объяснить всё позднее.
— А ты, Алессаль, сходи с ума, выдумывая, что может быть хуже короны Эрмида, — бухтела я, листая книги. — Вот прямо секундочки у него не было сказать, что произошло! Гад. Сам–то всё понял. Господи, я столько в жизни не читала, сколько здесь приходится. Скоро придётся заказывать очки.
— А что это такое? — поинтересовась Ниран Уи Лакс, появляясь в дверях, а после моих объяснений предложила: — Я могу тебе читать, пока ты будешь вышивать, например. Мне не сложно, даже в удовольствие, — ответила она на невысказанный вопрос, вновь заставляя меня гадать, прочитала она мои мысли или выражение лица.
— Я не умею шить.
— Как это… Миа, ты не шутишь? Как такое возможно? Ты ведь девушка!
— И что? Я девушка из другого мира, там технологии, мастерские по пошиву и ремонту вещей в каждом торговом центре. Ну, магазине, — убеждённо проговорила я, вспоминая уроки труда и слова учительницы, заверяющей, что её предмет едва ли не самый важный и действительно полезный для жизни.
— А как же обереги? Вышитое своими руками, с каплей личной силы… Нет, я тебя не понимаю, это неправильно. Пойдём, я научу тебя шить.
— Мне нужно изучить все эти книги. Там, конечно, много рисунков и схем, но я планирую выписывать полезную информацию, что займёт немало времени.
— Записывай на ауромо. Ты бы его, кстати, носила на шее, как положено, — пожурила Цода.
— Записывать? Мне сказали, это что–то вроде талисмана и помощи с личной магией.
Я выпрямилась, словно увидевшая летающую бабочку кошка, шею вытянула, приклеилась взглядом к лицу подруги.
— Глупости какие. До чего здесь неграмотное население, сколько живу — столько диву даюсь. Ауромо — это что–то вроде личного друга, помощника и дневника, в который ты записываешь свои мысли по вечерам, но с дополнениями. Он настраивается на твою магию и помогает её контролировать, собирает излишки из окружающего пространства, копит и выдаёт по мере необходимости. И так же хранит информацию.
— То есть на моём ауромо может быть отпечаток личности другого человека? Ну, прежнего владельца, — уточнила я, увидев непонимание на лице подруги.
— Нет. Когда маг уходит за Грань, его ауромо отдают океану, он его очищает и возвращает.
А ведь Фроя знала об этом, но мне дала неполную информацию.
Я отложила книги и согласилась на урок вышивания, если мне расскажут подробнее о занимательных способностях ауромо. В отличие от Рагнара и Фрои моя новая подруга не собиралась ничего скрывать и запросто согласилась на обмен.
Мы договорились встретиться на террасе, она ушла за сундучком с рукоделием, а я — за ауромо, который так и лежал в шкатулке, ведь я благополучно забыла о нём. Не знаю, как работала эта шкатулка, судя по всему, переносила содержимое ювелиру и обратно, ведь серо–синий камешек заключили в ажурную металлическую клетку, почти скрыв цвет, прикрепили к ней тонкую, прочную цепочку, то есть превратили в полноценный медальон.
Я не решилась его надеть. Что–то меня тревожило.
— Ниран Уи Лакс, ты не посмотришь, что с моим ауромо? — обратилась я к ожидающей в беседке подруге. — Его заковали в металлическую броню, словно преступника.
Положила на стол подарок феи и от этого простого действия испытала облегчение.
— Удивительно, — произнесла Цода и осторожно поднесла тонкую руку к осколку. — Тебе подарили его со злым умыслом, я чувствую ноту коварства. Не дружи с дарителем, это не искренний подарок, а… — Подруга склонила голову к плечу и закрыла глаза. — Манипуляция, Миа. Через тебя хотели получить что–то… Рагнар правильно поступил, отдав ауромо на проверку ювелиру. Мастер почувствовал то же, что и я, защитил тебя своей магией — металлом.