Мой сводный дракон (СИ)

Вытаращила на братца глаза.
— Не стоит говорить о поцелуях, это неприлично. Ты пришёл организовать мне ещё один жестокий урок? — Голос звучал обиженно и я ничего не могла с ним поделать. Только я решу довериться этому гаду, как он тут же это моё доверие предаёт! О чём вообще говорить?
— Нет. Я пришёл сообщить, что покидаю тебя на несколько дней. Воспользуйся моим отсутствием и прочитай выданные книги. Через неделю мы переезжаем в столицу, пора представить тебя ректору академии, а затем — свету.
— Но…
— Я перечислил отцу сорок девять «но» в порядке возрастания значимости, Алессаль. Поверь, ты не смогла бы лучше. Но у отца есть приказ короля, мы вынуждены подчиниться. Они и так долго ждали.
— Кто — они? — уточнила, ничего не понимая и чувствуя нарастающее раздражение.
— Те, кто спрятал тебя на Земле, а затем вернул.
Рагнар не стал продолжать разговор и быстро откланялся, оставив меня наедине с сокровищницей. Неплохое, конечно, утешение. Только в голове пульсирует мысль: «Я влипла куда сильнее, чем думала».
Очнулась не сразу. Взлетела по лестнице, толкнула дверь в покои брата.
Рагнар меня явно не ждал и спокойно одевался к отъезду. Я же была так взбудоражена, что не стала обращать внимание на неловкость ситуации и то, что он стоит передо мной в брюках и сапогах.
— Король женат, надеюсь? — выпалила, всем своим видом показывая: без ответа не уйду.
— У короля может быть двенадцать жён — по одной от каждой расы.
— А так как я — огненная тёмная, сгожусь даже такая, как есть? — уточнила, нервно поджав губы.
— Какая — такая? Красивая, умная, благородная, честная…
— Слабая! — прервала я поток неожиданных комплиментов, потому что сейчас было не до них. — Рагнар, я не хочу быть королевой! Тем более, одной из двенадцати! — Потрясла головой, словно это могло помочь справиться с шоком. — Не могу понять, что удивляет меня больше. Двенадцать жён — надо же. А рас–то больше. Хотя это разумно, да, выбрать тех, что посильнее. Но в целом кошмар.
Посмотрела на брата, задрав голову. Затем сообразила, что подошла слишком близко — настолько, что в ноздри проник аромат его парфюма, а щёки опалило не только румянцем, но и теплом его тела.
— Алессаль, у меня слишком мало информации, чтобы делать выводы. Из имеющейся могу сказать одно — для тебя самым безопасным местом сейчас является Ургран. Будь у меня возможность, я бы оставил тебя здесь, а сам разобрался в ситуации. У меня есть некоторые подозрения, но ты молчишь, отец тоже не делится информацией. Я защищаю тебя практически вслепую.
— Да я сама ничего не знаю! — выпалила нервно. — Мама мне никогда ничего не рассказывала. Ни слова! Ни намёка! Я вообще росла самостоятельно, словно трава придорожная. Она была всегда занята, на Земле нужно много работать, чтобы обеспечивать комфортную жизнь. Ты думаешь, я от хорошей жизни начала блоги вести? Нет, конечно. Ради рекламы работала. Одно время мы жили совсем как нищие.
— Прости, не совсем понимаю про работу.
— Не важно, — отмахнулась, закрывая тему. От брата веяло такой надёжной силой и основательностью, что так и тянуло открыть душу и взвалить на его широкие плечи все свои проблемы. — Мы обе работали, чтобы обеспечивать себе жизнь на Земле, и мало общались. Я действительно ничего не знаю.
Рагнар никак не отреагировал на мои слова, неспешно направился к рубашке, которая лежала на кровати. Проследила, как он одевается, как застёгивает пуговицы, сантиметр за сантиметром скрывая от моего жадного взгляда шикарное обнажённое тело.
Вздрогнула, отвернулась.
— Ты умеешь завязывать галстук?
— Что?
— Галстук, Алессаль. Такой вычурный и неприятный предмет одежды. Понимаю, что ты бы с удовольствием меня раздела, но, увы, придётся потерпеть, меня ждут при дворе.
Голос его звучал словно бархат — чарующе, обволакивающе, с низкими приятными слуху вибрациями.
Вытаращила глаза на этого наглеца. Ничего себе, заявочки!
— С ума сошёл?!
И снова ни ответа, ни привета. Он протягивает мне кусок ткани, даже отдалённо не напоминающий современный галстук, и усаживается на ближайший стул, приподнимая накрахмаленный воротничок и вытягивая шею.
 
— То есть я теперь ещё и камердинер? — прошипела, лишь бы отреагировать.
— Юная леди, позволю себе вольность и напомню вам об этикете: леди должна скрывать эмоции и чувства за маской благоразумия и скромности, — состряпав смиренную мордаху, проговорил братец, ещё и ресничками похлопал, мол, ах, бедный я, несчастный, с кем вынужден иметь дело.
В два шага преодолела разделяющее нас расстояние, обмотала кусок гладкой вишнёвой ткани вокруг мощной шеи и сильно сдавила, закрепляя её узлом.
— И уничтожать свидетелей их неразумного поведения, если таковой факт уже свершился, — закончила его фразу, мстительно сверкая глазами и затягивая узел ещё сильнее.
Рагнар не шелохнулся. Даже глазом не моргнул. Лицо — что каменная маска.
И как с таким общаться? Как спорить, ругаться, запугивать? И пошутить не выйдет.
Ослабила галстук, завязала аккуратным узлом. Хотела отступить — не дал. Захватил руку в плен, перевернул, мягко коснулся горячими губами тонкого запястья.
— Благодарю, моя драгоценность, — произнёс хрипло.
Моя рука покоилась в его ладони. Он её не удерживал, а я — не убирала. Только смотрела в невероятно прекрасные огненные глаза с расширенными зрачками, пытаясь обрести связь с реальностью.
— Я не драгоценность, — отчего–то начала я с конца, но опомнилась и добавила: — И не твоя. И вообще, Рагнар, скажи, что там с моим будущим? Меня может забрать в жёны ваш повелитель?
— Не ваш, а наш, — напомнил брат, поднимаясь и продолжая собираться. — Разумеется. Ни одна девушка Эрмида не может отказать королю без особых обстоятельств. В случае с тобой всё куда сложнее.
— Почему?
— Кровь огненных тёмных — слишком большое искушение, Алессаль. Ради неё правящая семья пойдёт на всё. Если обычную девушку могут защитить помолвка, брак, беременность, обучение в академии, то тебе не поможет ничего из перечисленного: жениху прикажут отменить помолвку, мужа убьют, ребёнка примут в семью и воспитают нужным образом, из академии отчислят… Думаю, суть ты уловила.
Рагнар надел расшитый серебром тёмно–синий камзол и поправил завязанный мной галстук, затем подошёл ко мне, приподнял пальцами подбородок и поцеловал кончик носа.
Зыркнула на него, отступила, насупилась.
— И что мне делать? Я не хочу замуж за короля. Как мне скрыть Тьму?
— Это тоже не поможет.
— Из–за огня?
— Да. Драконам живой огонь не менее интересен, чем Тьма, — объяснил Рагнар в кои–то веки сразу без дополнительных расспросов, а далее и вовсе удивил, продолжив: — Тысячи лет империя драконов поклонялась живому огню, как наивысшей святыне, пока не утратила его. Носителей живого огня среди драконов больше не было, он ушёл к людям, но те, к сожалению, не могли с ним справиться.
— А как же огненные тёмные?
— Они держались обособленно даже войдя в союз, о них практически ничего не известно.
— И тем не менее в Ургране есть мебель, уникальный в своём роде каад, а у тебя — некоторые знания, — заметила я, прогуливаясь по комнате, лишь бы не пялиться на чертовски сексуального братца в парадном камзоле. — Я так понимаю, это связано с тем тёмным, что вытащил Ургран вместе с твоим предком из полуразрушенного мира и установил его здесь. Ты знаешь его имя?
Сердце застучало, как сумасшедшее, ведь именно этот тёмный может оказаться моим родственником. Может, даже отцом. Кто знает, сколько живут истинные тёмные, это не Земля, здесь много чудес.
— Нет. Но я почти уверен, что он может быть твоим отцом или дедом, неспроста цаны позволили тебе надеть свою корону, неспроста заботятся. Подозреваю, признали кровь и возвращают долг перед тёмным родом.
— Я думала, что им понравилась, — произнесла немного расстроенно.
— Ты невероятно наивна там, где не нужно, и недоверчива с теми, кто искренне пытается тебе помочь, — с очевидным намёком произнёс Рагнар.