Не верь никому

Да уж, похоже, у Тристана с младшими Гаррисонами было не слишком много общего.
— Говорят, он и с отцом не очень-то ладил.
Мэрилин поерзала, взглянула на дверь, словно кто-то мог заглядывать в трейлер через стекло, подслушивать.
— Не могу сказать, что там между ними происходило. Но однажды я видела, как Дэвид ударил Тристана.
Перл уставилась на нее, удивленная собственной сочувственной реакцией: живот напрягся, кулаки сжались.
— Да что вы? В самом деле?
— Я убирала на третьем этаже, на чердаке. Выглянула в окно и увидела, как Тристан выходит через заднюю дверь, Дэвид идет за ним и за что-то его отчитывает. Тристан не останавливался, и отец схватил его за плечо, развернул к себе и заехал парню в глаз.
Тут заговорил Риз:
— А что сделал Тристан?
— Ничего. Стерпел удар. Дэвид приободрился, словно думал, что они наконец-то выяснят отношения. Тристан был выше отца и уже достаточно взрослый, чтобы постоять за себя. Но он не стал. Думаю, он мстил, устраивая вечеринки. Когда родители уезжали на ночь, Тристан и его друзья буквально разносили дом в щепки. Утром я находила их мертвецки пьяными, спящими. Иногда приходилось выдворять гостей из спален. Однажды прошлым летом выгнала дружка Кэссиди. Ох и смутились они тогда, в жизни такого не видела.
Перл поставила локти на стол и принялась разглядывать другую фотографию хозяйкиной внучки, стоявшую на полке: Индиго в лавандовом зимнем комбинезоне и шапке с помпоном улыбается рядом со снеговиком на фоне трейлера. Перл вспомнила, как парни со смехом говорили, что Индиго — личность известная. Интересно, в курсе ли Мэрилин?
— А как вела себя Кэссиди прошлым летом? Вам не показалось, что она была напугана или о чем-то беспокоилась?
— Она вообще была девочка нервная, все близко к сердцу принимала.
— Вы не видели, чтобы отец обижал ее?
— Нет. Других детей он никогда трогал. Девчонку Дэвид держал в строгости, потому что считал талантливой, а в Джо вообще души не чаял. Может, это потому, что он младший, но ему единственному позволялось быть обычным ребенком — кататься по городу на велосипеде, ходить купаться с друзьями. Мне кажется, Слоан вообще было не до детей. Она больше интересовалась тем, как бы понаряднее одеться, потратить деньги и вывести Кэссиди на показ. — Мэрилин отпила из стакана и оттолкнула его, словно чай горчил. — Да разве разберешь, что на самом деле происходит в семье? Мне известно только то немногое, что я сама видела. Но, похоже, Дэвид с Тристаном вечно не ладили. Когда они находились в одной комнате, то даже не разговаривали, но создавалось впечатление, что между ними постоянно искрит. Хотелось сбежать от них подальше.
Перл оперлась на локти.
— Вы знали, что Гаррисоны планируют приехать сюда на Рождество?
— Нет. Мне сказали только за две недели. Позвонила Слоан, спросила, могу ли я украсить дом и заказать доставку елки в гостиную.
— У вас есть предположения, почему они решили провести праздники в Тенни-Харбор?
— Они не объясняли, а я не спрашивала. Но когда я делала уборку в первое воскресенье после их приезда, мне показалось, что это было желание девочки. Дэвид сказал что-то вроде того, что они, дескать, проделали такой большой путь, так что пусть Кэссиди наслаждается пребыванием здесь.
Идея Кэссиди. Перл осмысляла это, когда Риз кашлянул и спросил:
— Как вы думаете, Тристан знает, кто убил его родных?
— Не могу сказать. Но вот ты спрашивала, удивилась ли я. — Мэрилин отрицательно покачала головой. — Рано или поздно в этой семье что-то должно было случиться. Только я и предположить не могла, что произойдет такая ужасная трагедия. — На мгновение она прижала руку к губам, потом опустила ее. — Никогда не думала, что кто-нибудь умрет. Тем более дети.
Мэрилин проводила гостей и постояла на крыльце, пока они шли через двор.
— Риз. — Он оглянулся. — Передай моей внучке, что неплохо бы навещать бабушку почаще. Я уже месяц ее не видела.
— Хорошо. — Они с Перл сели в машину, и Риз объяснил: — Она вырастила Индиго.
Перл проследила взглядом за Мэрилин, которая снова обогнула трейлер и вернулась к стирке.
 
— А где ее родители?
— Отца никогда и не было. Индиго жила здесь несколько лет с матерью, Мэрилин им помогала. Я так понимаю, мамаша решила, что с нее хватит, — вот тебе и весь материнский инстинкт. Ну и слиняла. А Инди осталась с бабушкой.
Перл попыталась замаскировать свое удивление, но у нее ничего не вышло, поэтому она завела мотор, глядя в ветровое стекло на единственный одуванчик, выживший под ножами газонокосилки. Она знала, что такое распад семьи, но не могла представить, чтобы человек был не нужен ни одному из родителей.
Когда они приехали на работу, миниатюрный клуб стоял в вестибюле на раскладном столе. Внешние стенки были раздвинуты, внутри горел свет, и каждая крошечная комната казалась безупречной и спокойной. В ресторанном зале имелись столы с белыми скатертями и столовыми приборами, стулья, картины и цветочные горшки. На сцене стоял миниатюрный рояль с выдвинутой в ожидании музыканта скамьей.
Риз остановился и склонился над домиком, заглядывая внутрь.
— Потрясающе, да? Никому так и не известно, кто его смастерил?
— Видимо, нет. — Перл покачала головой. — Почему макет здесь? Его же продали на аукционе в пятницу.
— Может, покупатель выяснил, что там живут привидения, и вернул его назад. Разве можно заснуть, когда в доме стоит такая штука? — Риз хлопнул Перл по плечу и с униформой под мышкой направился в туалет для персонала. — Увидимся.
— Да. — Девушка немного задержалась у кукольного домика, где всех предметов касались руки Кэссиди и Джозефа. Вдруг крошечные стенные светильники мигнули, и Перл отступила, словно ее пронзило молнией.
Работа в вечернюю смену считалась среди сотрудников престижной — повышенные цены и больший ассортимент блюд в теории приносили и больше чаевых, и администраторы стремились ставить на вечер опытных официантов, а подростков и студентов назначали на обеды и завтраки. Сейчас же несколько официантов попросили выходные, и Перл впервые с мая обслуживала ужин; она уже отвыкла от принужденной атмосферы и забыла, как носить тяжелый поднос с блюдами, словно он невесомый.
Вечер выдался суматошный, многочисленные семейства пришли поужинать в полном составе, почти все обсуждали бал — кто как был одет, кто слишком много выпил. Перл велела себе не ждать его, но в свободные минуты перед подачей лосося по-флорентийски или лимонного сорбета ее мысли невольно обращались к Тристану. Изгой даже в собственной семье. Избиваемый, униженный. Это настолько не вязалось с его ролью среди друзей, что Перл даже захотелось увидеть Тристана и попытаться разглядеть след от удара на лице, чтобы удостовериться в правоте слов Мэрилин.
Семьи Куинн и Хэдли пришли вместе, матери оживленно разговаривали, а девушки отстали, высматривая среди посетителей парней точно так же, как делала весь вечер и сама Перл. Когда они уселись вместе с родителями за столик, Куинн гневным взглядом выхватила из толпы Перл и обвиняюще уставилась на нее.
Пока Перл расставляла на подносе бокалы с напитками, Риз подошел к ней.
— Привет. Узнал секретную информацию про стремный маленький домик. В пятницу его купила Мими и подарила клубу. Какой широкий жест.
— О господи. Она, наверно, думала, что делает доброе дело.
Риз фыркнул и отправился к своим столикам со стопкой меню. Все снова было как всегда, они прикрывали друг другу спину до самого конца смены, перекидывались шутками или закатывали глаза, и Перл испытывала такое огромное облегчение, что, получив заказ от Стюартов и отходя от их столика, почти не заметила поджидавшую ее фигуру.
Хэдли стояла в коридоре, ведущем к выходу на дворик, с унылым, настороженным выражением лица.
— Привет. — Голос ее почти тонул в шуме обеденного зала и кухни. — Можно с тобой поговорить?
Перл поколебалась.