Девочка, я тебя присвою. Книга 1 (СИ)

— Потому что ты, радость моя, еще несовершеннолетняя, и решать такие вопросы, как квартирный, все равно не в состоянии. Вот наступит тебе восемнадцать, купишь квартиру и будешь там решать уже, что и как с ней делать.
— Мам, ты словно на другом языке со мной говоришь…
— Пойдем, — взяла она меня за локоть и повела к лестнице. А мне так тяжело было отсюда уходить, зная, что я больше никогда, никогда сюда не вернусь. Мне было это больно. Я словно шагала в пропасть, а не по лестнице вниз. — Ну чего ты плачешь, глупая? Все будет хорошо. Неужели твоя мама тебя бы бросила?
Да вот я и не знала, что тут может быть хорошего…
Чем же ты мама, руководствовалась, отдавая Владимиру деньги за нашу квартиру?
И что из этого может выйти хорошего, тоже не понимала.
— Ну а мебель? — спросила я, следуя за ней по ступенькам. Она вела меня за руку, словно я могу передумать и остаться жить в подъезде. — Они все выкинут…
— Пусть, — пожала плечами мама. — Этой мебели уже столько лет… Могут выкинуть, если хотят, или пользоваться. А у нас с тобой, милая, совсем другая жизнь начнется теперь. У нас будет новая, красивая мебель, вот увидишь…
Я покосилась на маму. Владимира ли она любит, или же жажда роскоши ей совсем разум отключила? Она всегда мечтала жить богато и красиво. Теперь ее мечта сбывается. Только за все в этой жизни надо платить. Даже страшно представить какова будет цена ее желания… И сдается мне, что платить за него мы будем обе.
Я последний раз кинула грустный взгляд на нашу самую обычную, но такую родную, серую пятиэтажку, потом села в машину на заднее сиденье рядом с мамой, а молодой человек, присланный Владимиром нам для помощи, закрыл за мной дверь.
Он сел впереди рядом с водителем, и дорогая иномарка выехала со двора. Навстречу нашей новой, совсем новой жизни.
  
25
 
— Это твоя комната, — показывал дом нам сам лично мамин жених.
Он обращался ко мне. Мы стояли посредине большой светлой комнаты с окнами в пол и собственным санузлом.
Комната хорошая. К ней претензий у меня не нашлось. Она даже понравилась. Но все равно мне тут пока неуютно — это не мой дом. Хочется обратно в квартиру, в свою маленькую комнатку, такую привычную и родную… Но придется оставаться тут. И привыкать…
— Тебе нравится? — спросил Владимир. — Может, чего-то не хватает? Прислуга принесет.
Я обернулась на него. Мамочки мои, тут еще и прислуга есть? Да уж, как в другой мир попала… Мы с мамой о таком и мечтать не смели.
— Пока не знаю, — ответила я. — Я же первый раз вижу эту спальню. Но мне ничего не потребуется, не беспокойтесь. А если и понадобиться — я сама все найду.
— Что ж… Ну ты всегда можешь обратиться к Лине — это наша домоправительница. Она тебе поможет по любым вопросам, касаемо дома.
— Хорошо, учту, — кивнула я.
— Если тебе здесь будет некомфортно, ну мало ли… Не по фен-шую, то можем выделить тебе другую спальню, — сказал он.
— Да не нужно, — откликнулась я. — Вы и так очень гостеприимны, и комната очень хорошая.
— Отлично, — улыбнулся он. — Тогда располагайся. — Кстати, в соседней комнате живет Дина — надеюсь, вы подружитесь.
Я тоже на это надеюсь, хоть и мало шансов даю на эту дружбу — слишком уж мы разные. Она росла принцессой среди слуг, а мы с мамой гречку неделями ели и полы мыли сами. Но если уж нам предстоит вместе жить и быть одной семьей, то хорошо бы наладить контакт и создать хотя бы видимость дружбы.
Значит, Владимир поселил нас рядом в надежде, что мы будем чаще пересекаться, общаться, и как следствие — возможно, и подружимся…
Может быть, может быть…
Но прежде чем подружиться со всеми членами семьи, мне бы все же хотелось выяснить один момент… От которого сейчас многое зависело. Я, конечно, в угоду матери могу делать вид, что всех уважаю и люблю, но хотелось бы и в самом деле жить без камня на шее.
— Владимир, — обратилась я к нему. — Можно с вами побеседовать. Наедине. Это важно.
— Кристина, — тут же позвала меня мама, которая до этого интересовалась качеством покрывала на кровати, предназначенной для меня. — Ты что задумала? Володе некогда, ему ехать пора.
 
— Не волнуйся, — мягко обнял ее Завьялов, намекая на то, что эти вопросы он уладит сам. — Мы будем одной семьей, и между нами не должно оставаться никаких нерешенных вопросов, но… Честно говоря, я действительно должен ехать. Может быть, вечером поговорим?
— Буду ждать вечера с нетерпением, — ответила я.
— Хорошо, постараюсь приехать домой пораньше, — сказал мне Владимир. Потом чмокнул маму в макушку. — Все, девчонки, мне правда пора. Осматривайтесь, обживайтесь… Вы дома. Помните про Лину. Пока!
— Удачной встречи, дорогой, — улыбнулась ему мама.
Мне же захотелось закатить глаза. Ну прямо образцово-показательная семья… Посмотрим, что дальше будет. Владимир — вежливый и приятный в общении, но все равно я ему пока ни на йоту не доверяю. Особенно после истории с квартирой…
Он вышел, а я поймала на себе взгляд мамы.
— Что? — спросила я ее.
— Кристина, ты что задумала? — Встала она руки в боки. — Я, кажется, просила тебя не лезть в мою личную жизнь.
— Мама, твоя личная жизнь напрямую влияет и на мою жизнь, — ответила я. — Ничего плохого я не задумала. Ссориться я с ним не буду. Просто хочу выяснить его намерения насчет тебя, и понять, какое будущее нас с тобой ожидает — мы с тобой связаны, если ты еще помнишь. Мне год учиться в школе, и год придется жить вместе с твоим будущим мужем, и уже только после получения аттестата я смогу что-то решать за себя.
— Что именно ты хочешь выяснить? — сузила глаза мама. — Свадьба будет.
— Вот это я хочу услышать от него наедине.
— Но ведь мы тебе все сказали уже.
— Мам, — посмотрела я на нее. — Мне нужно с ним поговорить. Ну, считай, что для успокоения собственной души. Я не собираюсь вставать между вами и как-то расстраивать ваш брак. Честно.
— Кристин…
— Все нормально, мам, — заверила я ее. — Неужели ты думаешь, я способна тебе так испортить жизнь?
— Ох, девочка моя… — вздохнула она и подошла ко мне. Обняла. — Ты себе не представляешь как долго я ждала такого мужчину как Володя. Как сильно я хотела сделать нашу с тобой жизнь лучше. Я же о нас с тобой пекусь.
Продажей квартиры? Хотелось мне спросить, но я прикусила язык. Это бесполезный разговор, который снова приведет к ссоре, а я от них уже, честно говоря устала. Меня вон Лелька до сих пор по телефону достает — взяла у нее билеты, так она посчитала, что это шаг к примирению… А тут еще скандалы с мамой добавились.
— Я не буду ничего такого говорить ему, что вас бы рассорило. Обещаю, — посмотрела я в ее глаза.
— Точно?
— Да.
— Смотри, дочь… — покачала она головой. — Доверюсь тебе. Тем более, что Володя уже все равно согласился на разговор.
— Все будет хорошо, мам.
— Ладно, — отпустила она меня. — Разбирай вещи… Я тоже пойду, этим же займусь. А потом пойдем насчет ужина решать. Готовить я все равно хочу сама. Что я — мужчину своего не накормлю?
— Ага.
— Спускайся вниз через пару часов.
Мама ушла, а я задумчиво уставилась на свои чемоданы. Да, надо бы их, конечно, разобрать… Раз уж мы тут надолго.
Все будет хорошо… Но пару важных и острых вопросов Владимиру я все-таки задам.
  
26
 
Вечером, когда все мои вещи были разложены по чужим мне шкафам, я все-таки дождалась Владимира. Шорох шин за окном в тишине позднего вечера сразу привлек мое внимание. Я отодвинул штору и глянула на улицу — так и есть, авто Владимира въехало на территорию дома.
Спешно спустилась вниз, желая встретить его и напомнить про разговор. Даже не переодевалась еще в пижаму. Мама тоже не спала и в гостиной ожидала возвращения жениха.
— Добрый вечер, — улыбнулся нам Владимир, когда оказался в гостиной. — Как приятно, когда тебя с тяжелого рабочего дня встречают девчонки.