Требуется приспешник (СИ)
— О чем именно ты хотела поговорить? — улыбнулась Лорейн.
Рыть себе могилу и каяться сразу во всех грехах не стоило, вдруг, мама пока чего-нибудь не знает. Выйдет конфуз.
Мама заходила по ковру перед дверью, как голодное умертвие в защитном круге. Туда-сюда и с утробным рычанием.
— Моя единственная дочь! — задохнулась она, мастерски продолжая прерванный по Стеклу разговор, лицо пошло красными пятнами. — С этим уголовником! Да когда...
Лорейн покопалась в кармане, вытащила оттуда сломанную заколку и бросила на туалетный столик. Где-то в ящиках хранились целые залежи мелочей для волос, и Лорейн увлеклась раскопками. Она не останавливалась на ночь дома уже пару лет, и дорогой сердцу мусор, вроде стареньких бус, засушенного цветка в кулоне, зеркальца в филигранной оправе из серебра, неуместно умилял. Руки сами тянулись перетрогать все сокровища.
На фоне бушевала мама, праведно потрясая кулаками, воздевая руки в обвиняющих жестах к бесчувственным богам, допустившим такое страшное горе, и наизусть читая все перечитанные статьи из газет. Лорейн диву давалась — зря ходила в архив, надо было просто к маме на чай заехать.
— Его оправдали, — между делом вставила она в обличительный монолог, какому позавидовал бы королевский обвинитель. Против Теоны Фрей у Мориона в суде не было бы и полшанса. Ушел бы не только с приговором, но и покусанный.
Мама осеклась, остановилась и непонимающе хлопнула глазами. Лорейн воевала перед зеркалом с заколкой, пытаясь вдеть тонкую спицу с камушком в крошечный паз. Получалось плохо.
— Что?!
— С Мориона сняли обвинения. Теперь он почти лучший друг герцога. Полдня сегодня чаи гоняли и задушевно о налогах сплетничали. Когда ты позвонила по Стеклу, я как раз... хм... осматривала его охотничий дом.
— Мориона?
— Герцога.
Мама позеленела, переходя на следующий уровень гнева.
— То есть, — зашипела она, сжимая кулаки, — все эти... слова... ты посмела произнести в доме герцога?!
Конец фразы как-то визгливо резанул по ушам. Сейчас будут капли, поняла Лорейн.
— Исключительно от восторга! И он не слышал! — выпалила она, отступая от мамы на шаг. — Ты бы видела, какая там роспись! Один плеши... Один портрет герцога чего стоит!
Леди Фрей снова поменяла цвет. Благородная живенькая зелень сошла, лицо посерело, и она села, а затем и легла на заправленную кровать. Прямо в платье, да.
— Мои капли, — слабо простонала она, запрокидывая руку к глазам. — Мне срочно нужны капли. И новая дочь...
Лорейн устало вздохнула, прикрыла глаза, представляя папину курительную комнату, и прищелкнула пальцами. В руку телепортировался хрустальный стакан и начал быстро наполняться янтарной жидкостью.
— Держи, — она протянула стакан умирающей родительнице.
— Что это?
— Папины капли. Отлично помогают от твоих сердечных приступов. — Дождавшись, когда мама сделает глоток, Лорейн добавила: — И мне и папе.
Капли не подвели и на этот раз. Леди Фрей допила, поморщилась, передернула плечами и устало выдохнула. Потом икнула и воспитанно прикрыла рот белоснежными тонкими пальцами.
— Да не собиралась я к нему устраиваться, — в сердцах призналась Лорейн и скрестила на груди руки. — Я собиралась папу позлить, чтобы перестал мне мешать с работой. Я думала, что Морион меня выгонит сразу же. Но ему мое резюме понравилось чем-то. И ругань. Но тут как раз понятно, мне самой ругаться нравится.
4.3
— Что за ерунду ты вообще придумала с этой работой! — резко перебила мама, сдавая папу с потрохами. — Ты дочь лорда! Еще не хватало какой-нибудь машинисткой на побегушках в магпрефектуре сидеть! Фамилию Фрей позорить! Хватит и этой твоей, — она экспрессивно замахала рукой, — некромантии, и так стыдно соседям в глаза смотреть! Они темней чернил в глаза ничего не видели, а тут ты!
— Переезжайте ко мне на Висельника, пускай мне за вас будет стыдно. Ах да, у темных же стыда нет, постоянно забываю.
— Знаешь, как сложно найти тебе достойную партию со всем этим?
Леди Фрей не стала размениваться по пустякам и щедрым жестом указала на всю дочь сразу. От белоснежной макушки до траурно черных туфель. Лорейн знала как выглядит. Как некромант. И ее полностью устраивало.
— Так может, не надо никого искать? Мама, мы не в твоем каменном веке живем! Я имею право распоряжаться своей жизнью так, как хочу. Жить одна, не выходить замуж, завести себе сорок упырей. И сейчас я хочу независимости и спокойно поработать.
— Сорок упырей?..
— Погорячилась, — признала Лорейн. — Десяти хватит.
— Ладно... ладно... — слабо пошла на попятный мама, обмахиваясь ладонью. — Хочешь секретарем, давай отец устроит тебя секретарем.
— Поздно, — отмахнулась она. — У меня уже подписан магический контракт.
Лорейн взмахнула ладонью, и ее до локтя охватил магический огонек. На запястье гордо сиял призрачный герб Морионов с его подписью как подтверждение данного слова. Оттиск ее подписи и печати так же украшал руку Даррена Мориона. При необходимости всегда можно показать. А в случае нарушения еще и сразу наказать, то есть проклясть.
Леди Фрей взглянула на доказательство контракта так, будто дочь свежеподнятым недельным зомби решила похвастаться. Стакан, все еще зажатый в ее руке, начал стремительно наполняться папиными каплями.
— Так это правда... У вас с этим проходимцем ничего нет, и ты просто у него работаешь... — произнесла мама каким-то совсем уж убитым голосом.
— Именно! — с облегчением взмахнула руками Лорейн, осчастливленная долгожданным взаимопониманием. — Наконец-то! Не интересую я Мориона как женщина!
— Катастрофа, — сдавленно припечатала мама и одним глотком ополовинила капли. — Это полный... конец.
Лорейн опешила. Что-то здесь явно не сходилось. Разве они не за непоруганную честь девичью весь день спорили? Лорейн склонила набок голову, мама лихо закончила с каплями.
— Ты о чем?
Леди Фрей отставила пустой стакан прямо на покрывало и поднялась, машинально оправляя платье.
— На тебе же теперь никто никогда не женится, Лорейн. Даже этот проходимец... Если бы ты с ним спуталась, был бы хоть шанс окрутить и женить, а так... Репутацию только зря испортила! Ни один светлый маг не посмотрит.
Лорейн закатила глаза.
— Я темный маг, мама! У меня нет репутации.
— Зато фамилия у тебя светлая!
— Не переживай, она в надежных руках моего брата. Он с Морионом точно не спутается. А для меня фамилия — дело наживное.
Мама поджала губы, вдохнула поглубже, но, видно, решила, что капель на сегодня хватит. Поэтому шумно выдохнула и пафосно изрекла:
— Вот и наживи какую-нибудь уже!
На том и порешили, в общем. Мама царственно выплыла из комнаты чуть нетвердой походкой, Лорейн поплелась следом, мечтая уже проснуться от этого кошмара. Их роднило сейчас потрясающее единодушие — они были совершенно одинаково недовольны друг другом.
***
4.4
Хмуро размышляя, под какой такой несчастливой звездой они с Дарреном Морионом встретились, Лорейн чуть не столкнулась с ним под лестницей по пути в столовую. Едва затормозить успела. Поймав ее удивленный взгляд, маг просто отступил в сторону, открывая вид на Амадея Фрея. Тот, тоже сияя сигнальными красными пятнами на лице, будто у них с Теоной локальная эпидемия кори или экземы, конвоировал дорогого гостя по дому.
— Мы решили вас встретить, — огорошил лорд Фрей, окидывая всех троих подозрительным взглядом.
— Кто кого допек? — шепнула Лорейн на суори.
Морион скромно (удивительно, что и так умеет!) улыбнулся.
— Вы, — едва слышно подсказал он. — Всех.
Он, кстати, совету последовал и превратился в того замороженного темного мага с первой полосы «Магического вестника». И теперь, и так не обделенный ростом, еще чуточку возвышался над присутствующими, источая заодно царственный холод.