Требуется приспешник (СИ)
— О, это как я наоборот? — заинтересовалась Лорейн. — А для темных в светлых семьях есть название?
— Очень много, — улыбнулся, возвращаясь из невеселых раздумий, маг.
Лорейн поняла, что он имел в виду слова, какими ее щедро одаривала светлая бабушка. Проклятье, зараза, наказание...
— М-м... Думаю, слышала парочку. А в древних гримуарах?
— Затмение, — покладисто ответил Морион, лишь бы она отвязалась и дала подумать в свое удовольствие.
— Хм. Логично.
— И довольно точно.
Дальнейший путь они провели в приятном обоюдном молчании. Черничные сумерки за окном очень быстро превратились в вязкий и темный осенний вечер, но свет в салоне зажигать никто из них не стал. Теплая карета убаюкивающе покачивалась на твердой укатанной дороге, и Лорейн даже слегка задремала.
— Приехали, леди Лорейн, — вырвал ее из паутины сна голос Мориона, и пришлось открыть глаза. Фонари за окном бросали косые лучи на его расслабленные руки и пальто. — Вы храпите.
— А вы врете, — не поверила она, взяла сумочку за цепочку и потянулась к латунной ручке. Увиденное в окне ее ужаснуло настолько, что она побелела и задернула шторку. — Тьма бесконечная! Что вы натворили, чума вы невозможная!
— Вы же сами просили отвезти вас домой.
Лорейн закрыла лицо ладонью:
— На улицу Висельника, а не к дому отца! Как думаете, мы успеем уехать, пока нас не заметили?
Ответить Морион не успел. У парадного входа зажглись яркие световые кристаллы, недвусмысленно намекая, что гости попались и сейчас их станут радушно и изо всех сил встречать.
— Поздно, — убито сообщила она. — Выходите, лорд Морион, мы действительно приехали.
Глава 4. Порхай, как умертвие, жаль, как светлый лорд
Добро всегда побеждает зло. Кто победил — тот и добрый. (М. Жванецкий)
В ослепительном белом свете уличных кристаллов карету Мориона не увидел бы только слепой. Семью Фрей вместе со всеми слугами, светлые боги хранили от этого недуга. Поэтому встречать (или ловить, тут уж как пойдет) отправили пару горничных, которые ближе всех оказались к дверям, и те сразу выскочили на улицу. Через приоткрытую парадную дверь Лорейн, едва спустилась на дорожку, разглядела в светлом холле маму. Та сначала резво сбежала по ступенькам, задорно подобрав юбку, а потом перешла на чинный благородный шаг. Не шла — плыла над блестящим мрамором. Маленькой, но грозовой и могучей тучей.
Морион тоже заметил спешку в доме и расценил верно:
— Я вижу, по вам здесь скучали.
— Попридержите ехидство, — посоветовала Лорейн, мысленно гадая, насколько хорошо все-таки ловит магическая связь в потайном логове герцога, — вас отсюда тоже без пряников не отпустят.
— Пряников?
— Светлые в воспитании не используют кнут, одни пряники. Пока поперек горла не встанут.
— Или не горла? — понимающе изогнул он бровь.
Лорейн кивнула — всегда приятно иметь дело с умным человеком.
Карету и гостеприимные двери особняка, где уже выстроились парочка горничных, дворецкий и леди Фрей, готовые к облаве на темных магов, разделяло метров двести. Кучер просто поленился в потемках колесить вокруг фонтана и розовых кустов, так что дал злодеям небольшую отсрочку от расправы. Лорейн использовала ее по полной, шагая так медленно, как могла. Морион непонятливостью не страдал, и шел рядом прогулочным старушечьим шагом. Шли, как воздухом дышали, а не на эшафот.
— Инструкции будут, или отомстите? — светски уточнил он.
— О, что вы, я милосерднее вас. Два совета: держитесь подальше от папенькиного вина и не позволяйте наносить себе непоправимое добро.
Морион с интересом повернулся к Лорейн. В глазах его то ли отражались световые кристаллы, то ли черти веселые огоньки разводили. Выглядел маг на редкость заинтригованным.
— Это как?
— Это почаще говорите «нет».
— У вас, кстати, дыра на платье.
Она быстро глянула вниз, процедила проклятие и толкнула локтем Мориона:
— Прикройте!
— Дыру или вас? — восхитился маг ее наглостью.
Лорейн отвернулась на мгновение, чтобы незаметно бросить в подол реставрирующее заклятие.
— Рот, — выдохнула она, посмотрев на маму. — Уже рот.
Наконец они подошли достаточно близко, чтобы Лорейн по достоинству могла оценить заворажи... замораживающий взгляд мамы. Леди Теона Фрей, обладавшая невысоким ростом, приятным телосложением и золотыми кудряшками, умела подобраться и выглядеть поистине грозно. А быстро она от шока отошла! И какое счастье, все боженьки вместе взятые, что она все-таки светлая, и проклясть в порыве чувств не может. С другой стороны, откуда-то ведь темные гены просочились?
— Светлых дней, мамочка, — очень правдоподобно изобразила радость встречи Лорейн. Даже не попятилась за злодея, хотя так и подмывало.
— Темный вечер, дочь, — намекнула драматически мама, что кто-то умер, возможно, эта самая дочь для нее, и медленно кивнула Мориону. — Темных ночей вам, лорд Морион. Прошу вас, проходите, вы успели как раз к ужину.
Договорив, она царственно развернулась. Это тоже был намек. Она не могла не пригласить представителя аристократической сумрачной крови в свой дом, но и организовывать теплый прием с фанфарами не обязана.
— Кого будут есть? — склонил к Лорейн голову Морион и галантно подал локоть.
— Нас, — она уцепилась за предложенную руку и ободряюще похлопала. — Так что, лучше нацепите опять ту постную мину, с которой меня встречали. Им нельзя показывать слабину.
Сказав это, она и сама неестественно выпрямилась, переступая порог. После холодного осеннего вечера сверкающий люстрами холл показался до духоты жарким. Или в жар бросало от дурных предчувствий? Слуги с поклоном приняли их пальто. Лорейн с тревогой вопросительно подняла брови, маг едва заметно дотронулся до кармана пиджака. Что ж, за браслет можно не переживать. Фокусник.
— Лорд Морион, пойдемте, я провожу вас в курительную комнату, — обратилась леди Фрей к нему. — Лорд Фрей будет счастлив составить вам компанию, пока Лорейн приведет в порядок свою голову.
Лорейн кисло поблагодарила за заботу и пробормотала на суори, что в отчем доме ей это не светит. Морион кашлянул, скрывая смешок. У него это выходило удивительно естественно, она даже всерьез позавидовала.
Леди Фрей суори не понимала, но посмотрела так остро, будто понимала. И не только суори, но и все пять ругательных языков. Лорейн кольнуло позабытое ностальгическое чувство, что уши предательски краснеют. Хорошо хоть волосы их прикрывали от позора.
4.2
— Не будем задерживаться, — поторопила леди Фрей. — Слуги уже накрывают на стол.
От плана разделять и властвовать она не отступила, непреклонно указала гостю на светлую анфиладу комнат в конце холла, и они с Лорейн разошлись в разные стороны.
Ее старая спальня располагалась на втором этаже. Поднимаясь по лестнице с вычурными перилами, Лорейн прикидывала, что выдаст гнусный злодей ее отцу. Нервы у лорда Фрея уступали Морионским, а чувства юмора вообще отродясь не наблюдалось. Она лишь тихо понадеялась, что Мориону хватит чести что-нибудь соврать, иначе от пересказа сегодняшних приключений у отца случится удар, а некромантскую реанимацию он не любит. Как и мамины сердечные валерьяновые капли.
Мама нагнала ее у самых дверей комнаты. Одним из чопорных правил Теоны Фрей был строжайший запрет на беготню и телепортацию в доме. За сегодня она сама нарушила уже второе. Ситуация из ряда вон.
— Нужно поговорить, — процедила она и первая влетела в приоткрытую дверь.
— Входи, конечно, — насмешливо взмахнула ладонью Лорейн, заходя следом.
Хрустальные светильники вспыхнули на стенах, разгоняя вечерний полумрак. Приятная прохладная свежесть комнаты обняла плечи. Лорейн с тоской посмотрела на застеленную кровать, мечтая растянуться на шелковом черном покрывале сразу в платье и туфлях. Но на это тоже существовали строжайшие запреты Теоны Фрей.