Требуется приспешник (СИ)

Неожиданно повисла крайне неловкая пауза. Вообще-то, как ни странно, Лорейн и Теона, знали, где расположена их столовая, и острой нужды провожать дам не было. Но лорду Фрею, похоже, не сиделось спокойно в курительной комнате, откуда загадочно исчезали стаканы из-под носа, а еще чересчур быстро испарялся коньяк из закрытого хрустального графина. И не надо обладать даром пророчества, чтобы понять, куда. Другой вопрос — в кого! В итоге они вчетвером стояли под лестницей, увлекшись перестрелкой взглядами, хотя могли бы делать это с комфортом за столом. 
Особенно старался лорд Фрей, прожигая мрачным взглядом дочь и поигрывая желваками, пальцы его сжимались и разжимались. Лорейн на секунду задумалась, задушить он ее хочет или загрызть. Ни того ни другого в правилах этикета не было, так что он героически превозмогал жажду убийства. Но с его ростом и коренастой фигурой все равно смотрелось жутко. 
— Долгих светлых дней, папа, — не к месту вспомнила Лорейн, что еще не поздоровалась с родителем. — Как отдыхается от парламентской сессии? 
У папы задергался глаз. Высокомерная маска Мориона опять дала крохотную трещину в виде кривой улыбки. Мама кашлянула, сгорая от стыда, что породила это исчадье демоновой бездны. 
— Ужин подан в малой столовой, — внезапно спасла положение бесцветная горничная и поклонилась. 
Высокородные истуканы с видимым облегчением прошли в столовую под предводительством лорда Фрея. Усаживаясь за белоснежный стол с блестящим серебром, сверкающим хрусталем и тонким фарфором, Лорейн чувствовала себя на импровизированной очной ставке. Люстры светили во все кристаллы, не оставляя ни шанса что-нибудь утаить в тени. Мориона еще и усадили прямо напротив нее. Ужасно хотелось спросить у этого матерого уголовника, какой версии придерживаться и что у него уже выпытали. Но он невозмутимо расправил на коленях салфетку и потянулся к бокалу с водой. Само воплощение манер! Ни одного лишнего движения. 
Тишина, разбавляемая только приятным негромким звоном посуды и легчайшими шагами слуг, действовала на нервы. Чета Фрей слыла крайне, крайне воспитанными и благородными, — в общем, старомодными, — светлыми, поэтому устроить безобразный скандал им очень хотелось, а не моглось. Из-за слуг. 
Подали жаркое. 
Украдкой зазвенели столовые приборы. 
Надо было срочно помогать со скандалом, пока папу не разорвало от избытка чувств. Он и так слишком сильно сжимал нож с малахитовой ручкой, того и гляди трещина пойдет. Мама хоть успела отвести душу. И запить горечь разочарования. 
Лорейн вздохнула, откладывая нож и вилку. Внимание, уважаемая публика, сейчас эту беседу оживит некромант. 
— Может, нам стоит помолиться перед едой светлым богам, чтобы этот прекрасный ужин прошел без жертв? — спросила она ни к кому особенно не обращаясь. Чем заслужила красноватый взгляд отца. 
Он промолчал, угрюмо распиливая жаркое. 
— Не стоит, леди Лорейн. — Морион невозмутимо нарезал мясо на тарелке. 
— Полагаете, нас не услышат? 
— Опасаюсь, что услышат и сделают по-своему. Давайте хотя бы поужинаем без божественного вмешательства. 
Лорейн улыбнулась: дорого бы она дала, чтобы послушать, что сказал бы Морион, предскажи ему кто за завтраком, чем и где закончится этот день. Может, он тоже светлым помолился? А вдруг, свечку поставил? Вечную. 
Леди Фрей закончила кромсать свой кусок и подняла голову от тарелки. Кажется, и ей начал надоедать звон вилок. 
— Лорейн сказала, что вы сегодня были у герцога. 
— Так и есть. 
— И как он? — резковато спросил лорд Фрей, клюнув на более интересную тему, но дурного настроения не растеряв. 
— Пока жив, — равнодушно ответил Морион, делая глоток воды. 
Лорейн хмыкнула, медленно жуя мясо. Но лорд Фрей понял Мориона по-своему, дескать, каков вопрос, таков ответ. 
— Он не сказал, когда вернется в столицу? Хотелось бы обсудить с ним одну вещь, не хочу ждать начала парламентской сессии, — папа недовольно покосился на Лорейн, которой обещал местечко в исследовательском центре. 
 
Она ответила острым взглядом и сухо подчеркнула: 
— У меня контракт на год. 
— Вернется, когда допьет все вино в погребе, а дожди размоют дороги, — прохладно проронил Морион. И добавил, высокомерно изогнув бровь, когда три пары ошарашенных глаз уставились на него: — Герцог. Вы ведь не подумали, что я о леди Лорейн? 
Чета Фрей смутилась, Лорейн же обмануть не удалось, и она ядовито прищурилась, жалея, что через широкий стол пнуть мерзавца не получится. Морион мог бы выбрать формулировку и поточнее, чем двусмысленная шутка. Она уже открыла рот, чтобы хоть гадость сказать, но не успела. 
— Какие у вас намерения относительно моей дочери, лорд Морион? — не выдержала мама, требовательно вскидывая голову. 
В столовой замерли все. Особенно — слуги. Все уши были нацелены на него, все глаза старательно косили в сторону стола. 
Морион холодно улыбнулся. Тишина сразу странно сгустилась, пространство словно бы заполнила давящая темная волна. Та самая, которая так взбудоражила Лорейн в его кабинете. Аура, пробирающая до костей. Могло показаться, что это просто фантазия, но она ощутила, как на коже поднимаются волоски, а воздух слегка потрескивает электричеством на уровне слышимости. 
Пальцы онемели, и Лорейн покрутила ручку ножа. Она с исследовательским любопытством посмотрела на Мориона. 
Говорите, плохо контролировал магию? Да он практически фонил, как древний артефакт. Проклятая Тьма, до чего это любопытно! 
Задумавшись над теорией, что вызвало такой эффект — долгое воздержание (от магии!), или единственный оставшийся в роду колдун просто уже нахапал артефактов, Лорейн совсем отвлеклась от щекотливой темы, рассматривая Мориона и листая мысленно конспекты по высшей магии. Поэтому чуть не прозевала его ровный ответ. 
— У вас с мужем за годы брака проявилось удивительное единодушие, леди Фрей, — лениво протянул Морион, — он мне задал тот же самый вопрос. И вам я скажу то же, что и ему. Самые серьезные, какие только могут быть. — Он сделал крохотную паузу, давая возможность Лорейн с сомнением поднять брови. И эффектно закончил, не обманув ее ожиданий: — У нас контракт, и я плачу ей деньги. 
Лорейн беззаботно хмыкнула и покачала головой. 
— Вранье, — фыркнула она в обволакивающей тишине, возвращаясь к расправе над ужином. — Пока только жалование назначил. И уже задолжал командировочные за Грань и компенсацию за платье и Стекло.
— За Грань? — ахнула мама, роняя вилку. 
— Командировочные? — скептически уточнил Морион. 
— Какого упыря, Лорейн?! — гневно подытожил папа, хлопнув ладонью по столу. 
— Вина? — тихо уточнила понимающая экономка, склоняясь к Фрею с хрустальным кувшином.
  
4.5
 
Лорейн только снова расслабленно покачала головой, искренне наслаждаясь ужином. Никогда здесь так весело не было. Обычно ее потчевали пресной моралью до десерта, совершенно не в силах оценить ее иронию и пытаясь убедить, что она просто всем назло темная, а не по рождению. Так что, если Морион хотел уколоть и проучить за неожиданно близкое знакомство с ее родней — просчитался, злодейский злодей, сам свернул на Благодатную улицу, пусть сам благодать и расхлебывает. 
— Да. Вы все не ослышались, — мягко кивнула она. — Особенно вы, лорд Морион, не ослышались. Про командировочные и компенсацию. 
— Ну хоть без счета за химчистку обошлись, — заметил он философски. 
— Вряд ли она обелит мою репутацию, — пожала она плечами, отламывая кусочек хлеба. — Но спасибо за идею. 
Едва уловимая складочка в уголке его губ странным образом поддерживала. Мама смирилась и закрыла лицо руками. Видимо, надеялась, что если она не будет видеть происходящего, то и проблема перестанет существовать. Или дочь. Отец просто угрожающе наклонился над столом в ее сторону. 
— Мы поговорим об этом позже, Лорейн. Когда мне будет меньше хотеться сделать то, о чем я немедленно пожалею.