Коллега (ЛП)

Хотя Конан выполнял все приказы в точности, он не был так уж привязан к своей конуре. На вторую ночь, проведённую со мной, он зарылся в одеяло моей кровати и одарил меня самой печальной собачьей мордой, какую только видел человек. Я тут же смягчился и позволил ему спать со мной. По правде говоря, мне нравилось, что он рядом. Я сразу же заметил, что кошмаров у меня стало меньше, а сон стал гораздо спокойнее.
Моя утренняя пробежка стала нашей совместной утренней пробежкой, и в те дни, когда погода не была плохой, Конан почти с тоской наблюдал за мной на беговой дорожке. Когда я был в офисе, он лежал у моего стола или на диване напротив меня. Я начал обедать за своим столом, так что мог использовать время обеденного перерыва, чтобы побросать мяч Конану или взять его на короткую прогулку.
Прессе не потребовалось много времени, чтобы пронюхать о том, что у меня появилась служебная собака, а папарацци почти сразу же поймали меня. После нашей первой ночи вместе, я позвонил папе, чтобы сообщить ему, что получаю эмоциональную поддержку от собаки. Он не настаивал на том, чтобы я делал какие-либо заявления или что-либо, что могло бы хорошо отразиться на его администрации. Вместо этого отец сказал мне, что гордится моим решением и с нетерпением ждёт встречи с Конаном.
В конце концов я проявил инициативу и позвонил начальнику «Управления по делам ветеранов». То, что произошло дальше, было чем-то вроде медиа-блица с печатными и телевизионными интервью, и Конан оказался в центре внимания камер. Как и предсказывала Изабелла, кампания принесла чертовски много пользы ветеранам, страдающим от ПТСР55, и я очень гордился тем, что решил выйти из своей зоны комфорта ради блага других.
Чего я никак не ожидал от Конана, так это того, как он сблизит нас с Изабеллой. Хотя он был кастрирован, Конан привязался к собаке Изабеллы, Дейенерис, как будто она была его давно потерянной родственной душой. Внезапно, так как наши собаки были лучшими друзьями и тусовались вместе, мы с Изабеллой стали больше проводить времени вместе. Я даже не представлял себе, сколько в городе мест, где можно найти собак, пока Изабелла не показала мне их.
С затуманенными глазами и урчанием в животе я посмотрел на Конана.
– Я думаю, что пришло время сделать перерыв на обед. А ты как думаешь?
Я рассмеялся, когда Конан в ответ облизнулся.
– Пойду посмотрю, не хочет ли Изабелла что-нибудь перехватить. – При упоминании об Изабелле Конан насторожился. – Извини, приятель, но Дани с ней нет. Она в собачьем детском саду, помнишь? – Когда я поднялся со стула, пёс посмотрел на меня грустными глазами. – Как насчёт того, чтобы я загладил свою вину, накормив тебя едой?
Конан завилял хвостом и вскочил, после чего мы вышли из моего кабинета и направились к Изабелле.
Шерил подняла на меня глаза.
– Простите, мистер Каллаган, но её нет.
– Ты не знаешь, где я могу её найти?
– Последнее, что я от неё слышала, что она направлялась в конференц-зал.
– Спасибо, Шерил. – Затем я изменил направление, чтобы найти Изабеллу. Я не мог себе представить, что она делала в конференц-зале.
Открыв дверь, я застыл на полпути в комнату. Изабелла склонилась над столом для совещаний, что означало, что её восхитительная попка была выставлена напоказ благодаря узкой юбке, но ещё лучше был дразнящий вид её чёрных чулков в разрезе юбки.
Для меня не было ничего сексуальнее пары чулок, и я особенно любил кружевные. Может быть потому, что они заканчивались прямо перед киской. Мне нравилось впиваться зубами в кружевную ленту чулок, прежде чем стащить их вниз по ногам женщины, а также нравилось, как они тёрлись о мои бёдра, когда я входил в неё.
В этот момент я представил, как облизываю языком кружевную ленту, погружая глубоко в неё два пальца. Как раз перед тем, как мой член начал натягивать штаны, Конан решил разрушить мою идеальную фантазию, бросившись вперёд, чтобы врезаться в Изабеллу сзади. С криком она подпрыгнула, посылая пластиковые яйца в воздух, которые дождём посыпались на неё. Резко обернувшись, она погрозила Конану пальцем.
 
– Плохой, плохой мальчик!
– Конан, иди сюда, – приказал я.
Когда он рысцой вернулся, у пса хватило наглости ухмыльнуться мне, как будто он каким-то образом знал, что даже будучи кастрированным, у него было больше яиц, чем у меня, потому что он осмелился пойти туда, куда я только мечтал попасть. Ублюдок.
– Клянусь, я работал с ним над этим, – сказал я с извиняющимся видом.
Изабелла кивнула.
– Всё в порядке.
Проинструктировав Конана сидеть на месте, я подошёл к столу.
– Что всё это значит?
Изабелла подняла руку.
– Прежде чем ты начнёшь мне надоедать насчёт использования рабочего времени для внешнего проекта, скажу, что работаю над этим только в обеденный перерыв.
Я нахмурился, глядя на неё.
– Я не собирался доставлять тебе неприятности. Мне просто любопытно, почему конференц-зал заполнен пластиковыми яйцами и конфетами.
– Это для охоты за пасхальными яйцами для моей сестры в следующие выходные.
– Я не знал, что у твоей сестры есть дети.
На лице Изабеллы появилось страдальческое выражение.
– У неё их нет. Вот в чём причина охоты за яйцами.
– Не уверен, что понимаю тебя.
– После долгих лет попыток забеременеть, моя сестра Кристина и её муж обнаружили, что у них не может быть детей. Какая-то непонятная проблема с фертильностью.
– Блин, это отстой. Мне очень жаль.
– Спасибо, и да, это отстой. Частное усыновление стоит смехотворную сумму денег – такую, которую не покрывают зарплата учителя Кристины и зарплата полицейского Брента. Год назад они начали компанию по сбору средств на «GoFundMe»56. Они занимались такими мелкими делами, как гаражные распродажи и мойка автомобилей, и, хотя я сделала пожертвование, я пообещала им, как только получу повышение, дам им всё, что им нужно для достижения своей цели. – Глаза Изабеллы расширились, когда она закрыла рот рукой и покачала головой. – Прости, мне не следовало об этом говорить.
Говоря об этом, я чувствовал себя полным придурком. То, что я получил повышение Изабеллы, имело даже больше последствий, чем я предполагал изначально. Я был не просто разрушителем её мечты, но и сумел испортить отношения с её сестрой и шурином.
– Нет, всё в порядке. Это я прошу прощения.
– В самом деле, это не твоя вина. Это не было похоже на то, что ты из кожи вон лез, чтобы получить эту работу.
Хотя я всё ещё чувствовал себя довольно дерьмово, решил, что лучше двигаться дальше. Я указал на стол.
– Значит, яйца – часть сбора средств на усыновление?
Изабелла кивнула.
– В этот уик-энд они должны забросать яйцами сотню ярдов. Так как я не смогла вовремя вернуться домой, чтобы помочь в пятницу вечером, я набиваю их и отправляю Кристине. А в следующую субботу я отправлюсь домой, чтобы помочь спрятать яйца.
– На какую выгоду они рассчитывают?
– Ну, яйца и конфеты все были пожертвованы, так что это, должно быть, пара тысяч.
– Удивительно. Это приблизит их к цели?
– Нет. У них всё ещё недостаёт около десяти тысяч, но я знаю, что они в конце концов сделают это, даже если мне придётся пожертвовать больше денег анонимно, так как они отказываются брать у меня.
– Это один из способов сделать это.
Изабелла сунула пачку М&М в одно из яиц.
– А как насчёт тебя? У вас большие планы на Пасху?
– По правде говоря, да. В пятницу вечером я лечу в Вашингтон, чтобы самому поучаствовать в охоте за яйцами. На самом деле, мы будем катать яйца вместо того, чтобы охотиться на них.
 
– Пасхальные игры Белого Дома57?
– Те самые.
Изабелла улыбнулась.
– Это так здорово.
– Я и не знал, что ты фанатка такого времени препровождения.
– Вовсе нет, – со смехом ответила Изабелла. – Это не обязательно. Я просто помню их из эпизода «Мёрфи Браун»58.
– Тот, где она случайно украла Сокса59?