Ведунья против князя

Равных в бою можно легко отыскать в пору ученичества, реже – среди гвардейцев первых лет службы. А позже каждый мечник находит свой собственный прием и особенный внезапный удар. И в схватке повезет тому, кому удастся нанести его раньше соперника.

– Подтяну, – улыбнувшись, пообещал Гард старому учителю, и тот вдруг тихо засмеялся.

– Радуюсь за тебя, хозяин, – пояснил он удивленному графу. – Женитьба – дело темное, не всем везет. А тебе выпал счастливый камень, и это сразу видно. В твоей манере боя появилась душа, и это делает тебя намного сильнее. Прежде ты был лучшим потому, что просто желал победить, а теперь у тебя есть ради кого побеждать.

– Спасибо, – выдохнул Гард, снял шлем и водрузил его на голову Халса.

Затем оглянулся на широкую бойницу, у которой каждое утро после тренировки стоял по две-три минуты, остывая и наслаждаясь видом и легким ветерком. Усмехнулся и замер на месте, теперь ему было не до красот окрестных холмов. Гард и так сбежал сюда незаметно, как преступник, не желая потревожить сладко спящую жену. Одно воспоминание о Дилли выгнало на губы широкую счастливую улыбку, и регент, не раздумывая больше, сунул оружие в ножны.

Халс проводил ученика понимающим, добрым взглядом и шагнул к бойнице, шепнуть ветерку, что сегодня ловкий мечник не придет с ним поздороваться.

Резкий удар в плечо и близко не походил на нежное дуновение утреннего бриза, и опытный мастер сразу это сообразил. Не стал даже пытаться удержаться на ногах, наоборот, как подкошенный рухнул на пол и пополз к лестнице, стараясь держаться в тени стен. И лишь через пару десятков локтей ощутил, как начинает неметь левая рука. Скосив взгляд, мастер с досадой рассмотрел расплывающееся по легкой бригантине темное пятно и торчащий посредине хвостик дальнобойного болта.

– Злое змейство! – ругнулся старик на форандском и, понимая, что своими силами ему не добраться, лег на пол.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы достать из-за пазухи тревожный свисток, и еще пара – резко в него дунуть. После этого оставалось лишь лежать, стараясь дышать размеренно и ждать помощи.

Гард не успел еще спуститься до первого этажа, где обычно купался в прохладной купели и переодевался, когда увидел мчавшегося навстречу дежурного мага и отстававшую от него на несколько шагов четверку гвардейцев.

– В чем дело? – рявкнул регент повелительно, однако маг даже не приостановился.

Но, пробегая мимо, коротко бросил:

– Тревожный сигнал.

Гард немедленно развернулся и ринулся за ним, с досадой понимая, что неуклонно отстает. Маги не стеснялись использовать в подобных случаях свои умения и усиливающие зелья. Так они и ворвались на верхнюю площадку, покинутую регентом всего пару минут назад. Маг впереди, а Тровенг, вспомнивший, что там никого не оставалось, кроме Халса, и собравший все силы, – шагов на двадцать приотстав. И едва смог рассмотреть лужу крови, растекающуюся от лежащего навзничь учителя и склонившегося над ним мага, рассвирепел, словно дикий зверь.

Трудно было не понять сразу, что Халс пострадал не за собственные действия, у мечника не было в княжестве ни одного недоброжелателя. Зато были у самого Тровенга, и, следовательно, настигший учителя удар предназначался Гарду.

Он давно знал и понимал, что Сайморс постепенно отстраняет его от действительно тайных дел, которые сам и сгрузил на него когда-то, но старался не обращать внимания. Многие люди к старости становятся подозрительными и недоверчивыми, особенно когда нет дружной семьи и надежных друзей. Обвинять князя в том, что он сам сплавил в монастырь жену, не сумевшую родить ему наследника, и чуть не убил дочь, Тровенг мог только мысленно, точно зная, как сильно пожалели о своей дерзости те, кто осмелился произнести это вслух. Нет, он не боялся, давно приготовил себе запасное гнездо, просто не видел в этом смысла. Князя убедить не удалось бы, а, лишившись места советника, Гард предоставил бы Фабонзу полную свободу действий и возможность карать своих недругов. А этого допустить он никак не мог, во врагах у интригана числились самые порядочные и честные подданные князя.

– Я заморозил рану, дал ему противоядие и вызвал магистра, – мельком глянув на регента, сообщил маг и вдруг властно приказал: – Не стой на виду и не подходи к бойницам. В него стреляли из арбалета. Болт усилен магией, иначе он не пробил бы броню. Но сидит неглубоко…

Больше он ничего не добавил, но Тровенг и сам понимал, сколько всяких пакостей может оказаться в усиленной магией стрелке. От неизвестного яда до проклятия или болезни, и теперь все зависит только от силы и мастерства магистра.

Поэтому послушно сел на пол и взял учителя за сухую, прохладную руку, мысленно умоляя потерпеть еще несколько минут.

Звен примчался еще стремительнее, чем его собрат, и за ним так же легко, как горные козлы, прыгали по ступеням Ланс и еще пара магов.

– Гард, ты как?! – завидев сидящего на полу друга, ринулся к нему напарник. – Ранен?!

– Не я. Халс. Он был в моем шлеме…

– Слава светлым силам! Но тогда ты зря тут сидишь, мы справимся и сами, – отозвался присевший около раненого Звен. Коротко глянул на поджавшего губы Тровенга и примирительно добавил: – У тебя куча дел и молодая жена. Не заставляй ее волноваться. Ланс, иди с ним и не отходи ни на шаг. Кому-то очень не нравится, как повернулись события. И лучше не давать им возможности все возвратить в прежнюю колею, иначе…

Все отлично понимали, как непредсказуемо и страшно может быть это «иначе», и Гард – едва ли не отчетливее всех. Поэтому пожал руку учителя и покорно пошел прочь, размышляя, как обезопасить Дилли и ее сородичей.

– Гард! – догнал его Ланс. – Магистр советует временно закрыть замок от гостей и просителей и усилить охрану в столице. Вескую причину долго искать не придется – княгиня при смерти, князь в скорби… Маги готовы помогать.

– Согласен, – с благодарностью выдохнул Тровенг, именно этого ему сейчас и не хватало. Мудрого совета и помощи.

Намного легче бороться с любой бедой, когда есть сильные и верные союзники. Почти друзья. А может, в чем-то даже надежней, ведь с друзьями не всегда совпадают мнения о самых важных для тебя вещах.

Разумеется, он отлично знал, что мало просто закрыть ворота замка от назойливых бездельников и интриганов, нужно искать затаившихся, но не сдавшихся врагов. Но как приятно осознавать, что можно будет ходить по залам и лестницам, не раскланиваясь с каждым встречным разряженным индюком и не рассыпаясь в любезных комплиментах высокомерным дамам.

У него всю жизнь было обыкновение погружаться в свои мысли, когда требовалось срочно решить какой-то важный вопрос или продумать план серьезной операции. В такие моменты Гард делался слегка рассеянным и мог, направляясь в кабинет или в библиотеку, забыть о всяких поклонах и расшаркиваниях. Хотя и замечал все происходящее вокруг, но очень отстраненно, подсознанием фильтруя на главное и незначительное. И почему-то все расфуфыренные бездельники всегда попадали во вторую категорию. Это оскорбляло их до глубины души, Тровенг отлично знал, с какой язвительностью они между собой обсуждают его невоспитанность, не решаясь, однако, при встрече высказать ни единого упрека.

Тем более никто из блюдолизов даже в пылу обид не решился бы подстрелить его из особого, усиленного магией арбалета. Да они такого оружия и в руки никогда не брали. Однако пробудить в них озлобление сейчас, когда княжество лишилось законного, хотя и не лучшего правителя, все же было неосмотрительно.

– Мы можем написать тебе речь, – деликатно произнес следивший за другом Ланс. – У нас есть собратья, для которых найти нужное слово так же легко, как тебе – воришку. И еще… Звен уже отправил на холмы наших лучших следопытов, они отыщут любой след.

– Спасибо, – кивнул Гард, и сам собиравшийся это сделать, и буркнул просто для порядка: – Надеюсь, стрелка они найдут быстрее, чем Дилли.

– Сейчас искать намного проще. Место, откуда можно попасть в бойницу так безошибочно, не больше комнаты, – не смог не встать на защиту собратьев Ланс, но тут же смягчил тон: – К тому же Дилли – не маг и умеет не оставлять следов. Кстати, к ней спозаранку пришли две женщины, и они уже завтракают в ее гостиной. Я как раз шел к тебе доложить, когда услышал тревожный сигнал.

– Понял, уже иду, – кивнул Тровенг и тут же спохватился: – А ты не хочешь пойти со мной? Тебе ведь интересно?

– Думаешь, мне одному? – с усмешкой намекнул маг. – Ни один магистр не отказался бы.

– Темная сила, – выдохнул регент огорченно, сообразив, что мысленно еще находится там, на башне, – прости за несообразительность. Конечно, зови Звена. Ну и еще кого-нибудь одного, не стоит кучей наседать на редких гостий.

– Гард, – деликатно прикоснулся к его плечу маг, – не переживай ты так. Я работаю рядом с тобой почти десять лет, не раз вместе сидел в засаде и шел по следу разных мерзавцев. И знаю, как ты обычно собран, холоден и непреклонен. Если честно, даже боялся, что у тебя в душе не осталось простых человеческих чувств и слабостей. Это ведь очень страшно и ничем не лечится. А сейчас на тебя столько всего свалилось – неожиданная свадьба, предательство Сайморса, похищение и покушение, немудрено, что ты растерялся. И все равно беспокоишься обо всех: о ведуньях, о Гелии, даже о князе. Да еще и взвалил себе на плечи целое княжество… Лично я бы не решился.

– Ты меня сегодня удивил, – ошеломленно смотрел на друга Тровенг. – Но, наверное, ты прав, никогда прежде мне в голову не приходило, что всего за несколько дней жизнь может так резко измениться. И я рад, что ты и твои собратья пришли мне на помощь, точнее, всему нашему народу.


– Так ведь и мы тоже этот самый народ, – отшутился Ланс и достал почтовый амулет, послать сообщение Звену.

Оставив мага отправлять вестников, Гард поспешил в ванную, не желая предстать перед родственницами жены в пыли и соломе. И вскоре, умытый и причесанный, в свежей одежде и мягких домашних ботинках, он входил в собственную гостиную. Кроме Дилли и ее гостий за накрытым столом уже сидели трое магов. Ланс, Звен и немолодой лекарь Варгус, принявший вчера под свой надзор дворцовый лазарет.

– Светлого всем дня, – поздоровался вежливо регент, прошел к жене и, нежно поцеловав ее в щеку, сел рядом. – Поскольку тут все свои, обойдемся без лишних церемоний. Представь мне своих родственниц, любимая, маги, надеюсь, представились сами. Я – Гардант Тровенг.

– Мы тоже можем сами, – тепло улыбнулась ему старшая женщина, голубоглазая и светловолосая, с пышной косой, узлом уложенной на затылке. – Я – Ясвена, а она – Лита.

– Очень приятно, – искренне отозвался Гард и перевел взор на лекаря: – Варгус, как там дела?

– Неплохо. Яд мы опознали, устранили, рану зашили, кастовали регенерацию. Дня три тебе придется обходиться без мастера.

– И место, откуда стреляли, уже нашли, – ответил на немой вопрос Звен. – Туда ушла четверка боевиков на кархах. Сейчас они догоняют стрелка, как только поймают, пришлют вестника.

– Он один?

– Пока непонятно. Они выслали вперед следящее заклинание и пометили преступника. Удаляется он быстро, видимо, едет на марале или страве. Но кархи быстрее.

– Гард? – встревоженно спросила сыщика жена. – Что это за история?

– Кто-то выследил, где он каждое утро занимается с учителем-мечником, – спокойно сдал регента магистр. – Но болт попал в наставника. Извини, Гард, – ничуть не виновато глянул он на сердито поджавшего губы Тровенга, – но такие события от жен лучше не скрывать. Андилия – не изнеженная леди, которая начнет рыдать и падать в обморок.

– Почему же? – с улыбкой возразила Ясвена. – Мы такие же женщины, как и они. Можем и в обморок упасть.

– Слышал? – Гард метнул в мага недовольный взгляд.

– Но предпочитаем быть в курсе происходящего, – мягко добавила старшая ведунья. – И спасибо за предостережение… Как я понимаю, вы неспроста рассказали это при нас?

– Мы хотели предложить вам помощь, – осторожно произнес Звен. – Дилли говорила, что вы вынуждены были убегать. Кто вас так напугал?

– Халгирцы, – прямо глянула ему в глаза мать клана. – Мы их видим издали. И от вас отличаем. Они уже захватывали наших девушек, тем удалось уйти, но с ними не было малых детей.

– Я так и думала, – нахмурилась Дилли. – Тогда, может, заберешь Оха?

– У нас еще пять собак, – отказалась Ясвена. – Да и помощь магов я думаю принять. А Ох и вам пригодится. Ну а теперь давай сходим к княжне, из-за нее я и пришла.

– Ты с нами? – глянула на Тровенга жена.

– Провожу, но разговаривать лучше без меня. Она всех советников и помощников своего отца считает врагами.

– Тогда мы сами, поешь спокойно, – постановила Дилли и сдобрила это решение ласковой улыбкой. – Я скоро вернусь.

– Ничего, прогуляюсь, – поднялся с места Тровенг, хотя неназойливая забота жены согрела душу неожиданно трогательным теплом.

Давненько уже никому не было дела до того, спокойно он позавтракал или наспех сжевал холодные и черствые куски. А иногда и просто на ходу проглотил кружку крепкого взвара, щедро приправленного медом и сливками. Нитта всегда ставила такой на стол в его спальне и в кабинете, зная, что хозяин может куда-то сорваться по срочному вызову перед самым ужином.

– И я, – тихо буркнула вторая гостья, совсем юная ведунья.

Она была худенькой, миниатюрной и светловолосой, как мать клана, хотя Гард теперь отчетливо понимал, что это всего лишь иллюзия. Ведуньи могут быть такими, какими захотят, вернее, какими им выгодно быть в этот момент. Постоянным остается только вес, да еще цвет глаз. Даже рост ведуньи могут менять, как объяснила Дилли, но не слишком кардинально.

– Пожалуй, и я с вами схожу, – внезапно решил Ланс, присоединяясь к уходящим.

– Без охраны нас отпускать не положено, – съехидничала девчонка, и Гард сразу насторожился.

Где-то он уже слышал эти интонации, причем недавно. Выбравшийся из-под стола белый пес привычно пристроился с левого бока Литы, и сыщик на миг ошеломленно замер. Темные силы! Давненько он так не ошибался… пожалуй, с самой юности, когда еще только учился сыскному делу. Хотя лишь сейчас начал понимать, что, вполне возможно, о некоторых своих оплошностях не узнает никогда.

– Ну да, – насмешливо подтвердил Ланс. – Вы неизученная и непонятная сила, лучше не оставлять без присмотра.

– А говорят, маги ничего не боятся, – с разочарованием протянула девчонка.

– Врут, – уверенно объявил маг. – Мы трусливые и осторожные, как…

– Тараканы, – мило улыбнувшись, подсказала Лита.

Шедший следом за ними Гард отметил, какой хорошенькой она становится, когда улыбается, просто светится, как хрусталь, на который упал солнечный лучик.

– Да, эти точно трусливы, – с досадой поджав губы, вынужден был согласиться Ланс. – Но мы…

– Еще трусливее?! – В голосе девчонки звучал хорошо сыгранный изумленный ужас.

– Вообще-то, не стоит так задевать магов, – не выдержав, попытался помочь другу регент и тут же понял, что попался.

– Убивать будет? – очень серьезно справилась Лита и чуть замедлила шаг. – Тогда я рядом с тобой пойду. Тебя же он бить не будет? А ты меня защитишь по-родственному. Хорошо иметь в зятьях целого регента.