Темная грань любви

Боевик покачал головой — интерес к Ядвиге Томчин одного из загадочных кромешников казался более чем странным.

— Милая, для нас лучше, если не будем знать, откуда взялась эта дыра. — Кларк хохотнул. — Тем более что за нее щедро заплатили хозяину. — Он указал на купюры, оставленные Вебрандом.

Над столом закружился миниатюрный вихрь из алых искр. Вынырнув из него, в руку мага ударился магический «вестник» в виде призрачной красной птицы. Искры растаяли — на стол лег серый квадратик из дешевой бумаги.

— Ну вот, опять кому-то неймется, отдохнуть не дадут, — пробормотал Кларк, разворачивая послание.

Беззаботное выражение лица тотчас сменилось гримасой.

— На работу вызывают, красавчик? — с разочарованием спросила Айрис.

Смяв бумажку, он делано улыбнулся:

— Нет. Я твой, милая, до самого утра.



Анника пришла к Вебранду ночью. Постучала решительно — и ей открыли двери, будто ждали.

На давелийце были черные брюки и белоснежная рубашка, расстегнутая до половины. Невольно опустив взгляд, блондинка увидела, что кромешник стоит босиком — вероятно, готовился лечь в постель.

— Простите, что беспокою столь поздно, — произнесла она скороговоркой заготовленную фразу, — но дело не терпит отлагательства…

Мужчина поднял руку, обрывая вежливое вступление перед просьбой.

— Ближе к сути.

Предложение Аннике понравилось; он отступил вглубь комнаты, молча разрешая войти, чем она незамедлительно и воспользовалась.

Апартаменты, выделенные гостю из соседней страны, ему откровенно не подходили: оформленные в веселенькой красно-желтой цветовой гамме, они не вязались со строгим обликом мужчины, который даже среди ночи выглядел элегантно и собранно.

— Мне нужна ваша помощь.

Вебранд вскинул бровь, выказывая легкое удивление.

— Простите, я не совсем верно выразилась, — покаялась Анника. — Я пришла просить помощи у ордена Кромешной Тьмы. Исчезла моя подруга, боевая магичка, которая нашла общий язык с вашей графиней, и я уверена, что леди готова предложить ей место своей телохранительницы.

Кромешник задумался на несколько секунд, будто вспоминая, о ком она говорит, и кивнул.

— Магичка, которая спасла вашего принца от убийц из клана Черных Ос. Ядвига Томчин.

— Так точно. Ядвига ушла получать орден и не вернулась в свою комнату.

— Почему вы явились ко мне? Почему не просите о помощи принца?

Холодный, невозмутимый, вежливый, безупречный… Сейчас кромешник дико бесил взволнованную магичку.

— Я переживаю за подругу. Она не пришла после встречи с принцем, так почему я должна обращаться за помощью к нему же? Да и не помогут мне, что-то здесь не то… Секретарь сообщил, что его высочество подарил Яде дом, который она сразу бросилась смотреть.

— И что вас смущает? — лениво удивился давелиец. — Ваша коллега ушла смотреть подарок, завтра вернется.

Анника покачала головой и твердо сказала:

— Это не похоже на Ядвигу. Она позвала бы меня с собой.

— Что говорит начальник службы безопасности принца?

— Кларк сбежал от меня, когда увидел в конце дворцового коридора, «вестники» игнорирует.

Шатен скрестил руки на груди. Несколько мгновений он молча смотрел на позднюю гостью, затем внезапно указал на кресла у окна.

— Прошу, присаживайтесь. Разговор у нас будет длинный. Если поможете мне, обещаю, что буду искать вашу подругу.

Странная формулировка. Но разве был другой вариант?

Анника проследовала к окну и заняла кресло, которое стояло ближе к выходу. Коварно-мягкое, оно захватило в плен девичий зад, чтобы затормозить подъем, если вдруг понадобится сбегать.

— Не знаю, чем я могу помочь могущественному ордену, но постараюсь, — пожала плечами Анника и пошутила: — Главное, не требуйте предавать корону. Хотя я уже и не уверена, что готова служить верой и правдой своему принцу.

Договорив крамольное признание, закусила губу. Такие слова не произносят вслух даже в компании родных при закрытых дверях, она же высказала свои сомнения чужаку.

— Ответьте на мои вопросы — и мы квиты, иной платы с вас я не потребую.


Блондинка удивилась, но виду не подала. Устроившись в кресле с большим комфортом, приготовилась ответить на самые невероятные вопросы. И кромешник ее поразил.

— Пари на Ядвигу Томчин был выиграно с помощью любовного приворота?

Неожиданный вопрос, который прямо выдал интерес ордена к исчезнувшей девушке. Или интерес самого Вебранда?

Анника возмущенно фыркнула:

— Катар приворожил Яду?!

— Это не утверждение, а вопрос. — Уголок рта мужчины дернулся. — Что тогда произошло?

Анника колебалась недолго:

— Я обещала Ядвиге, что оставлю все в тайне, но если это поможет в ее поисках, я нарушу слово. Катар смошенничал, да, но…

Она вздохнула печально и опустила голову, спрятав лицо в распущенных коротких волосах.

— Но — что? — поторопил с ответом кромешник, выдавая нетерпение.

— Не знаю, как сказать точнее. Там не приворот, а хитрость была. — Блондинка внезапно широко улыбнулась.

В голосе кромешника зазвенел лед:

— В той истории есть что-то забавное? Поделитесь.

Видя, что у собеседника испортилось настроение, девушка поспешила объяснить:

— Все считают, что Катар просто соблазнил Ядвигу, а он сделал ее законной женой. За что ему и проломили голову на пустыре — похоже, кто-то узнал, каким образом был выигран спор, обиделся и наказал шулера.

— Шулер… Вы ведь не просто так употребили это слово? Катар был картежным игроком?

— Да. Поэтому и ввязался в тот глупый спор — парнем он был неплохим, предложил Ядвиге свое имя и поддержку. Вот только он сам нуждался в помощи, но не захотел признаваться в этом даже сам себе.

Воцарилось молчание. Давелиец о чем-то задумался — глубокая морщина прорезала переносицу.

— Теперь вы понимаете, что Ядвиге не было смысла убивать мужа? — старательно пряча волнение, спросила Анника. — Ядвига — хорошая подруга, надежный товарищ в бою. Она честная и прямая, хоть кажется, что себе на уме.

Кромешник с каменным выражением лица несколько секунд молча рассматривал боевичку, прежде чем холодно спросить:

— Вы ведь понимаете, что если Томчин в ближайшее время не вернется, ее контракт передадут вам? Вы тоже подходите графине Монфрери.

Магичка усмехнулась.

— Я предполагала, что такое возможно. Но я себя уважать перестану, если не помогу подруге.



Я открыла глаза с ощущением непоправимой беды. Сделать глубокий вдох получилось не сразу — что-то сдавливало грудь.

Белый потолок. Белые стены. Я лежала в ванне, наполненной зеленым желе.

Это первая мысль, которая пришла мне в голову. Вязкая субстанция лишила подвижности, не давая толком даже головой вертеть. И все же, приложив усилия, я сумела чуть приподняться — этого хватило, чтобы оглядеться. И тут же силы закончились — я упала обратно в прохладную жижу и застонала. Слабость разливалась по всему телу. Беспомощность — ужасное состояние, такого не пожелаешь и врагу.

Воспоминания возвращались тоненькими ручейками — медленно, несмело, но вскоре их стало так много, что заболела голова.

Я находилась в комнате одна, а значит, проснулась раньше, чем рассчитывал Доминик. Мысленно поблагодарив судьбу, занялась разработкой конечностей.

Обычно люди никогда не задумываются, как управлять своим телом. Теперь же я мысленно молила его встряхнуться, отреагировать на раздражители, пошевелить хотя бы пальцами. Пока не сталкиваешься, не сознаешь, какая это замечательная вещь — послушное тело, которое все делает машинально. Просто ходить, что-то делать руками — уже чудо, которое многие не замечают.

Когда есть цель, не удержит и клейкое желе.

Первыми подчинились пальцы на руках, потом — ноги, и я смогла перевернуться на бок. Ухватившись за белоснежный борт ванны, приподнялась.

Как и думала, в лаборатории никого больше не было, если не считать заспиртованных змей, пауков и всевозможной нечисти.

— Молю вас, еще слишком рано! Ваше высочество, особых результатов нет!

Отчаянный вопль Доминика звучал далеко и глухо.

Я была еще не готова встретиться ни с ним, ни с принцем. Слабая, слишком слабая, чтобы сражаться за свою свободу и судьбу открыто, а значит, придется притворяться и врать.

— Не переживай, я сделаю скидку на то, что прошло слишком мало времени, — снисходительно произнес принц Флориан, открывая дверь в лабораторию.

Я лежала, словно и не думала просыпаться, как спящая красавица из сказки. Красавица, которая по ночам высасывала кровь у женихов, которые покушались на ее королевство, а не на нее саму. Жаль, с принцем Флорианом так нельзя поступить. Вот кого я бы не пожалела.