Связанные честью

***



Лука хотел, чтобы я уехала из Нью-Йорка, поэтому отослал меня в особняк Витиелло в Хэмптонсе. Джианне, Лили и Фаби позволили поехать со мной на одну ночь, перед тем как им придется уехать в Чикаго завтра вечером. У меня было ощущение, что отец надеялся, будто я смогу вразумить Джианну насчет ее брака с Маттео по договоренности. Вечеринка по случаю помолвки была запланирована на начало ноября, так что у Джианны было не так много времени, чтобы смириться с этим. Мать осталась с отцом на Манхэттене, но с нами отправился Умберто. Он, Чезаре и Ромеро должны были нас защищать.

Мы прибыли в особняк к вечеру, и персонал уже приготовил для нас еду. Мое сердце наполнилось радостью, когда Лили, Фаби, Джианна и я расселись за длинным обеденным столом, но все омрачал тот факт, что наши три телохранителя шепотом обсуждали русскую угрозу, и отказ Джианны съесть больше двух кусочков. Я не хотела обсуждать ее помолвку с Маттео при всех. Позже, когда они пойдут спать, у нас для этого будет достаточно времени. Фаби единственный поддерживал разговор на нашей стороне стола, когда взволнованно рассказывал мне о коллекции ножей, которую подарил ему отец. Лили была занята, бросая украдкой восхищенные взгляды на Ромеро, который совершенно не обращал внимания на ее томление.

После ужина мы отправились на лоджию с видом на океан. Ночное небо здесь мерцало от огромного количества звезд. В Нью-Йорке их редко увидишь. Чезаре ушел делать бог знает что, возможно, проверять систему охраны, Умберто и Ромеро остались в гостиной; оттуда они могли наблюдать за нами, не подслушивая наш разговор. Фаби лежал, свернувшись калачиком рядом с Лили, и крепко спал, пока она что-то печатала на своем телефоне, время от времени проверяя Ромеро.

— Хочешь поговорить? — прошептала я.

Джианна сидела рядом со мной с прижатыми к груди ногами. Она отрицательно покачала головой. Казалось, между нами возник раскол с тех пор, как она узнала о своей помолвке, и я не знала почему.

— Джианна, пожалуйста.

— Тут не о чем говорить.

— Может, это не так плохо, как ты думаешь.

Она одарила меня скептическим взглядом, но я продолжила говорить:

— Когда я узнала, что должна выйти замуж за Луку, то была в ужасе, но смирилась с этим. Мы с Лукой ладим лучше, чем, я думала, это будет возможно.

Джианна стрельнула в меня глазами.

— Я не такая, как ты, Ария. Ты хочешь ему угодить, делать все, что он скажет. Я не собираюсь этого делать. Я не буду никому подчиняться.

Меня передернуло. Джианна никогда так на меня не набрасывалась.

Она вскочила, и я попыталась схватить ее за руку, но она не далась.

— Оставь меня в покое, я не могу сейчас с тобой говорить.

Она развернулась и помчалась к пляжу. Я поднялась, не зная, следует ли идти за ней, но знала, что она не станет слушать, пока находится в таком состоянии. Вошел Умберто. Я подняла руку:

— Не надо, дай ей пару минут побыть одной. Она расстроена.

Умберто кивнул и посмотрел на Фаби:

— Я должен отнести его в постель.

Я собиралась кивнуть, когда тишину нарушил оглушительный вой сирены, но через пару секунд замолк. Глаза Фаби были уже широко открыты, когда он вцепился в Лили, оба смотрели на меня, будто я знала, что происходит. Ромеро ворвался к нам с двумя пушками, и в этот момент на лбу у Умберто появилась красная точка. Я закричала, но было слишком поздно. Последовал выстрел, и голова Умберто запрокинулась, повсюду появились брызги крови. Лили начала кричать, а я все еще не могла двинуться с места, пялясь в мертвые глаза Умберто. Человека, которого знала всю жизнь.

Ромеро бросился на меня, и мы приземлились на землю, когда вторая пуля взорвала стеклянную дверь, осколки которой разлетелись во все стороны.

— Что происходит? — закричала я, от истерики трясло все тело.

— Братва, — все, что ответил Ромеро, пока тащил меня в гостиную.

Я сопротивлялась. Лили и Фаби съежились возле кресла для отдыха все еще на линии огня снайпера.

— Забери их!

Но Ромеро проигнорировал мою команду и к тому же был слишком силен для меня. Он толкнул меня к стене в гостиной, его захват впивался в кожу, взгляд напряжен и безумен.

— Стой тут. Не двигайся.

— Лили и Фаби, — ахнула я.

Он кивнул, пригнулся и помчался обратно. Меня всю трясло. Ромеро вернулся с моими братом и сестрой, которые отчаянно цеплялись за него. Как только они оказались рядом, я крепко обняла их. А потом мой мир перевернулся.

— Джианна, — прошептала я.

Ромеро меня не слышал, так как кричал в телефон:

— Где? Сколько? — Его лицо побледнело. — Черт.

Он повернулся, и от выражения его лица мой желудок ухнул вниз.

— Русские на территории. Слишком много. Я отведу тебя в убежище в подвале, где будем ждать подкрепления.

Он схватил меня за руку, но я вырвалась:


— Отведи туда Фаби и Лили. Мне надо предупредить Джианну.

— Я отвечаю за тебя, — прошипел Ромеро.

Где-то в доме разбилось окно. Раздались выстрелы.

— Мне плевать. Я не пойду с тобой. Ты сделаешь, как я сказала. Отведи их в убежище. Если что-то случится с Фаби и Лили, я покончу с собой, и ничто, ни ты, ни Лука, ни любая другая сила в этом мире не сможет изменить то, что я сделаю. Я хочу, чтобы ты их защищал. Держи их в безопасности. Это все, что имеет для меня значение.

— Ты должна пойти с нами.

Я покачала головой:

— Мне надо найти Джианну.

— Лука скоро будет здесь.

Я знала, что это неправда.

— Иди сейчас же!

Мы уставились друг на друга, потом он повернулся к моим брату и сестре:

— Лежите и выполняйте мои приказы.

Мужские голоса что-то кричали на русском, затем последовали выстрелы. Если бы количество голосов служило неким индикатором, то можно с уверенностью сказать, что Чезаре не смог бы долго держать их в страхе.

Ромеро протянул мне пистолет. Я схватила его, пригнулась и побежала на улицу. Кровь Умберто покрывала каменные плиты, но я не посмотрела на тело. Я поспешила вниз в сторону залива, когда заметила, что вибрирует мой телефон, достала его и прижала к уху, пока осматривала пляж в поисках Джианны.

— Ария? — голос Луки звучал встревоженно. — Ты в безопасности?

— Они убили Умберто, — было первое, что я сказала.

— Где ты?

— Ищу Джианну.

— Ария, где Ромеро? Почему он не отвел тебя в убежище?

— Мне надо найти Джианну.

— Ария, — обращение Луки звучало отчаянно, — Братве нужна ты. Доберись до убежища. Я беру вертолет. Буду через двадцать минут. Я уже на подходе.

Луке потребуется больше, чем двадцать минут, даже на вертолете, и он не сможет взять нужное количество людей, поэтому невозможно сказать, сколько времени потребуется, чтобы пробиться в особняк. Была вероятность, что он потерпит неудачу.

Я увидела, как Джианна бежит ко мне с широко раскрытыми глазами.

— Не могу больше говорить, — прошептала я.

— Ария, что происходит? — спросила Джианна, когда наткнулась на меня.

— Братва.

Я потянула ее к причалу, где стояла лодка. Было более безопасно спрятаться там, чем вернуться в дом и искать убежище. Доски причала скрипели под нашим весом, пока мы шли к лодке. Но внезапно крик Лили пронзил ночь, и я застыла. Мы с Джианной переглянулись, не говоря ни слова, развернулись и поспешили назад к дому.

Когда мы добрались до лоджии, мое сердце замерло в груди. Гостиная была пуста. Я встала на колени рядом с Умберто и, вздрогнув, взяла его ножи. Один передала Джианне, другой положила к себе в карман.

— Пошли, — прошептала я.

Неизвестно, что мы собирались делать, когда попадем внутрь. Я стреляла лишь один раз и держала нож, только когда тренировалась с Лукой. Подобные обстоятельства не предвещали ничего хорошего в борьбе с русскими, но я знала точно, что не смогу жить в мире с собой, если не найду Лили и Фаби.

Мы с Джианной прокрались внутрь. Было темно, потому что кто-то выключил свет во всем доме. Я затаила дыхание, но вокруг стояла зловещая тишина. Только я подошла к двери, которая вела в вестибюль, как вокруг моей талии резко обернулась рука. Я закричала, начала бороться, пытаясь направить пистолет на нападавшего, но он вывихнул мне запястье. Руку пронзила боль, и пистолет выпал из пальцев. Позади меня охнула Джианна. Я все еще брыкалась, когда глубокий голос ругнулся на меня по-русски.

Моя нога попала ему по голени, и он оттолкнул меня, но, прежде чем я смогла удержать равновесие, его кулак уже столкнулся с моей челюстью. В глазах потемнело, я упала на колени, и рот наполнился кровью, которая струйкой потекла по подбородку. От вкуса теплой соленой жидкости к горлу подступила желчь.

Пальцы сжали мои волосы, и меня рывком поставили на ноги, из-за боли в голове у меня вырвался крик. Нападавшему было все равно. Он затащил меня за волосы в вестибюль. Я увидела Джианну в руках другого высокого мужчины. Она была без сознания, а на лбу уже образовался синяк.

Меня бросили на пол перед одетыми в джинсы ногами, и я тотчас оказалась напротив щербатой физиономии с холодными голубыми глазами.

— Как тебя зовут, шлюха?

Он говорил с сильным акцентом. Неужели не узнал? Думалось, что выгляжу иначе, когда все лицо в крови. Я с вызовом уставилась на него. Он пнул меня в живот, и я, задыхаясь, упала.

— Как тебя зовут?

Мой взгляд устремился на тело справа от меня. Чезаре. Он издавал булькающие звуки, хватаясь за кровоточащую рану в животе. Я нигде не увидела Лили, Фаби или Ромеро и надеялась, что они в убежище. По крайней мере, они выживут.