Коронованная звездами

– И тогда ты…

Тогда он мне поможет. Он мне поможет. Я не смела на это надеяться. Я почти распрощалась с Вики и убедила себя в том, что Лиам мне просто приснился… А тут является Натаниель и предлагает свою помощь. Такое ощущение, будто на меня пролился дождь чистой надежды. И даже слабым после болезни рукам стало легче держать меч.

– Нам надо все обсудить, – говорю негромко. – Разработать план, и как можно скорее. У Вики мало времени.

А у меня – много вопросов. Происходящее кажется бессмыслицей, но мне нужно во всем разобраться, чтобы по полной использовать имеющиеся у нас возможности.

Меня охватывает эйфория, а вот Натаниель остается серьезным и спокойным.

– Майлин, спасение сестры дорого тебе обойдется. Тебе это известно?

Догадываюсь, о чем он. И чувствую, он сам не рад тому, что мне придется заплатить эту цену.

– Без Королевы народ Лиаскай не выживет. Ты можешь забрать Вики, но должна… – Натаниель замолкает.

– Но должна занять ее место на троне.

– Должна отдать свою жизнь Лиаскай. И Лиаскай высосет ее из тебя, как делала всегда. Не думаю, что когда-то было иначе. Она…

Тут у Натаниеля срывается голос. У него – генерала, министра Мира и Войны – срывается голос!

– И все же кому-то должно нести корону, – продолжает он. – На кону стоит жизнь множества людей. А ты – единственная, кто…

Натаниель снова умолк. Смотрит на меня с такой болью, что я совсем растерялась. Почему его так заботит моя судьба?

Затем он произносит одно-единственное слово – мое имя, тихо и с таким чувством, что все кусочки пазла вдруг встают на свои места:

– Майлин…

Мы с ним уже были в зале, похожем на этот. Только не босиком, а в элегантных туфлях. Мы танцевали, как пара влюбленных. Натаниель вел меня в танце.

И что же я раньше не догадалась? Почему мне потребовалось столько времени, чтобы понять чувства Натаниеля?

Дыхание перехватывает. Положив синай на пол, я сажусь – голова идет кругом оттого, что передо мной открылось столько возможностей.

– Майлин? Мэй? С тобой все хорошо?

Мама? Тут я поняла свою ошибку. Конечно, она наблюдала за мной через окно. Изнутри окно зеркальное – чтобы бойцы не отвлекались, – поэтому я частенько забываю о его существовании. Вскакиваю на ноги и оборачиваюсь к маме, растягивая губы в улыбке.

– Мам! Медитация входит в тренировку!

Мама смущенно потирает лоб.

– Ох, простите. Не хотела вам мешать.

– Ничего страшного. – Натаниель успокаивающе улыбается. – В додзе надо тренироваться, а не болтать.

С этими словами он поднимает синай, предлагая мне атаковать. Я хватаюсь за свой меч, и мы, пока мама возвращается на свой наблюдательный пункт, имитируем несколько медленных ударов.

– Знаю, что возвращаться опасно. – Я возобновляю разговор. И мне удается нанести удар Натаниелю в грудь: он отвлекся. Пусть не считает меня наивной дурочкой. Ради спасения Вики я готова на все, но не собираюсь бездумно расставаться с жизнью. Люсинда научила меня никогда не идти в бой, не имея стратегии. И хранить эту стратегию при себе как можно дольше. – Однако я уже все решила. Мы вернемся в Лиаскай.



Мы договорились встретиться на следующий день в пабе. Меня подвезла мама. Всю дорогу она широко улыбалась: радовалась, что у меня в кои-то веки свидание.

– Ты встречалась с Финном, но это было так давно, – щебечет мама, пока машина трясется по проселочной дороге.

«Мама, как же с тобой попрощаться?» – думаю тем временем я. Не уверена, что вообще смогу это сделать.

– Тот мальчик такой красивый, Майлин, – продолжает мама. – Тебе не кажется, что он похож на Льюиса Хэмилтона, гонщика? Вы и правда хотите пойти в паб? На танцы ваше поколение, наверное, уже не ходит?

Натаниель – совсем не мальчик, и мы с ним уже танцевали. Но маме об этом не говорю, только лукаво улыбаюсь:

– Он милый, не правда ли?

А я – настоящее чудовище. И среди чудовищ мне самое место.

Мама… как же я буду скучать. Мне так жаль, что придется причинить тебе боль. Но если все пройдет хорошо, я верну тебе Вики. Знаешь, у Вики никогда не было выбора. А у меня он есть. Я отвоевала его. И я этим воспользуюсь.



Прихожу в паб заранее, но Натаниель уже на месте – сидит за столиком в самом дальнем углу. Бармен поглядывает на него с таким недоверием, будто он не в джинсах и футболке, а в военном мундире Лиаскай и при оружии. И как у него получается настолько выделяться даже в толпе туристов?


Сажусь напротив Натаниеля. Заказали кока-колу, некоторое время растерянно помолчали. Я молчу, потому что знаю: наш разговор станет началом конца. Если не повезет, то моего конца. А вот почему молчит Натаниель, я могу только догадываться.

– Давай покончим с этим, – вступаю я, бодро барабаня пальцами по столу. – Вряд ли я обрадуюсь, узнав, почему я – да и ты тоже – здесь. Но мне нужно это услышать, и обещаю, – взглядом указываю на винкулас, золотой кончик которого как бы случайно выглядывает из-под рукава футболки, будто необычное украшение, – что ни словом тебя не упрекну.

Натаниель, сделав глубокий вдох, медленно кивает, скорее даже кланяется.

– Хочу, чтобы ты знала. Я и не подозревал, что должен доставить в Лиаскай сестру Ее Величества. За тобой меня послал король. Я никогда ничего подобного не выполнял. И понятия не имел, кто ты.

– Значит, Лиаскай не призывает девушек? И никогда не призывала?

Получается, все было… ложью?

– Лиаскай выбирает девушек – посылает Королеве сны и видения. А похищают их междумирцы.

– Но Вики не знала, что я появлюсь в Лиаскай, – размышляю я вслух.

Вывод можно сделать один: Кассиан решает куда больше, чем все думают. Однако я промолчала.

Натаниель многозначительно поджимает губы.

– Странно, не правда ли? Мне тоже так показалось. Но куда удивительнее то, что во время нашего перемещения я не смог донести тебя до дворца.

– Да, и я оказалась в Жадных лесах. Чуть не погибла.

Если бы Лиам меня не спас… Сердце сжимается, и я пытаюсь отогнать мысль о Лиаме.

– Ты сопротивлялась, – объясняет Натаниель. – Я считаюсь сильным междумирцем, но был миг, когда твоя сила превзошла мою, и я потерял тебя где-то на краю реальности.

– И ты позволил мне упасть, супермен?

Не будь положение таким серьезным, я бы рассмеялась.

– Да, и я не думал, что ты выжила, – невозмутимо пояснил Натаниель. – Целыми днями мне приходилось разыгрывать перед королем спектакль, а не то меня тут же казнили бы за провал. И тут ты появилась у дворцовых ворот, где простой народ чуть не растерзал тебя, сочтя, что ты представляешь угрозу для Королевы.

У меня вырывается смешок. Какой абсурд!

– Расскажи, что случилось после того, как я сбежала из дворца.

– Я тогда находился в Амисе, проверял рекрутов, – объясняет Натаниель, беспокойно вертя в руках подставку для стакана. – Мы ехали через всю страну, испытывая рекрутов силами всех четырех стихий – огнем, водой, землей и воздухом. Это дало тебе огромное преимущество: пока гонцы искали нас, пока я вернулся во дворец, прошло почти две недели. – Натаниель неотрывно смотрит на картонную подставку, как будто в ней скрыт ответ на какой-то важный вопрос. – Король был вне себя. Он решил, что я и есть та самая «пробоина».

– Как-как?

– «Пробоина», через которую идет утечка. Например, утечка информации.

– Он решил, что ты предатель? – От удивления я повысила голос, забыв об осторожности.

Бармен вышел из-за стойки и, подойдя к нам, встал рядом с Натаниелем:

– У вас все в порядке?

– А что, простите, у нас может быть не в порядке? – с раздражением отвечаю я вопросом на вопрос.

Ох, до чего я ненавижу такие намеки! На Натаниеля, тренированного и мускулистого, реагируют куда хуже, чем на Рави – долговязого парня в ботанских очках. Впрочем, даже мы с Рави не раз сталкивались с подобным.

– Речь про твой стакан, – отзывается Натаниель с дружелюбной усмешкой в голосе. – Он пуст.

А он умеет сгладить ситуацию. Видимо, не зря в звании «министр Мира и Войны» мир идет первым.

Заказываем еще две колы, ждем, когда посланная барменом официантка их принесет. И Натаниель продолжает:

– Однажды кое-кому удалось сбежать из дворца. Будь я в Рубии, я сумел бы предотвратить твой побег. Поэтому король и решил, что я знал о твоих планах.

– Откуда? Тебя же не было в Лиаскай!

Неужто Натаниель покраснел? Да, точно, по скулам ползет слабый румянец.

– Похоже, твоя сестра считает, что нас связывает нечто большее, чем несколько танцев.

Я сдержалась. Не улыбнулась.

– Так вот почему ты хочешь привести меня обратно? Чтобы Кассиан перестал сомневаться в твоей преданности? Но как я вообще сюда попала?

Интересно, а Натаниель знает, откуда он меня выдернул и в какую минуту?

Будто в ответ на мой невысказанный вопрос Натаниель отвел взгляд. Неужели знает?.. По спине бежит холодок.