Коронованная звездами

Глава 17




Моя спальня.

Комната в элегантных кремовых тонах, подушки на диване, лепнина на потолке, тесьма оконных штор и рама зеркала туалетного столика матово отливают золотом. Огромный, во всю стену шкаф, украшенный резьбой, и кровать с балдахином… Боже мой! Да, сторожки, где мы с Питером ночевали во время нашего путешествия, были меньше этой гигантской кровати с кучей подушек, одеял. Непозволительная роскошь!

Питер. Мысли о нем я гоню прочь, но его образ то и дело всплывает в моей памяти.

Молчунья помогает мне облачиться в длинное платье из изумрудного шелка. В груди и бедрах широковато, а в плечах жмет. Наверное, это платье Вики. Вот какая она, королевская мода: свободный крой, струящаяся юбка.

Два разодетых в пух и прах стражника отвели меня в личную столовую Вики. Стол просто ломится от яств, никогда такого не видала, настоящий пир! Но гораздо больше меня заинтересовал вид из окна. От него глаз не отведешь! Столовая расположена в башне, возвышающейся над дворцовой крышей. Солнце уже село, и на черепице, которую я поначалу приняла за стеклянные камешки, зажглись маленькие масляные лампы. Отражаясь от диковинной черепицы, их свет становится бордовым, карминным и пурпурным, отчего крыша дворца сверкает, словно сделана из рубинов. Именно так мне и показалось тогда, с холма!

– Великолепно, правда?

А я и не заметила, как вошла Вики! Рядом с ней обаятельный улыбающийся мужчина в голубом камзоле. Он ненамного старше Вики. Глаза у него серые, взгляд светится умом. Темно-русые волосы собраны в небольшой хвост.

– Рубия получила свое название благодаря Рубиновому дворцу, – объяснил он. – Это случилось много лет назад. Тогдашняя Королева увидела план дворца во сне – то было послание от нашей Матери, Лиаскай.

Ну, если бы я захотела отгрохать такую домину за счет налогоплательщиков, тоже сослалась бы на Лиаскай!

Будто прочитав мои мысли, незнакомец в голубом камзоле окинул меня внимательным взглядом.

– Королеве в то время едва исполнилось семь лет.

– Что ж, впечатляет! – вынуждена признать я. С трудом верится, что ребенок сам сконструировал такое чудо-здание.

Вики нервно хихикнула:

– Ой, я так разволновалась, что забыла вас представить друг другу! Мэй, это мой супруг, Кассиан! Я зову его Касс.

– Очень рада, – произношу я. – Простите, я не знаю… мне нужно сделать реверанс или что-то в этом роде?

Вики заливается смехом, а король усмехается.

– Незачем, – заверяет он, протягивая мне руку.

– Касс, ну, ты ее уже знаешь, я столько тебе рассказывала! Но все-таки: знакомься, моя младшая сестричка Мэй.

– Майлин, – поправляю я. – Никто не зовет меня Мэй, с тех пор как…

С тех пор, как Вики впала в кому. С тех пор, как она очутилась здесь.

– Ох! Ну все равно, теперь ты снова будешь моей крошкой Мэй, – заявляет Вики, прижимая меня к себе. – Пусть ты и стала такой большой, как я. С трудом тебя узнала!

– Удивительно, что Вики не лишилась чувств. – Касс подмигивает.

– Ох, я была близка к этому! Но Мэй меня опередила! И я забыла обо всем на свете.

Я сама не своя от встречи с Вики. Еда – пальчики оближешь, но я съела всего ничего. Пробовать разнообразные вина вообще не рискую, вдруг с одного глотка опьянею настолько, что засну лицом в тарелке.

Вики изо всех сил старается угодить мне, а Кассиан, само очарование, смеется над моими жалкими попытками шутить. Я совсем не прочь расслабиться на часик-другой и от души повеселиться, но что-то мешает. То и дело обращаюсь мыслями к вечеру за окном – там, затмевая звезды на небесах, сверкает рубиновая крыша. Постоянно теряю нить разговора и не могу его поддержать. Меня страшат ответы, поэтому я не задаю вопросов. Не задаю вслух. Но в голове вопросы к Вики так и роятся, подобно мотылькам, привлеченным светом.

Есть ли способ вернуться домой – с помощью междумирца или без него, Вики должна знать! Но вдруг она скажет, что это невозможно? А если такой способ есть, почему Вики осталась здесь?

И с какого перепуга Питер решил, что девушек из моего мира приносят в жертву? Вот, прямо передо мной воплощенное опровержение! Вики в Лиаскай уже семь лет и выглядит вполне себе живой. Более того, она королева.

– Мэй? – Вики совсем не по-королевски вертит вилку.

– Прости, ты что-то сказала? Я задумалась.

– Ты невероятно устала, – посочувствовала мне сестра. – Мы больше не будем тебя мучить! Тебе понравилась спальня?

– Спальня замечательная! Достаточно хороша, чтобы сомкнуть веки.

– Спокойно поспишь, а на следующий день после завтрака осмотришь дворец. Только не выходи на улицу в одиночку, договорились? – Вики пытается скрыть озабоченность в голосе, но у нее плохо получается.

– А в городе творится что-то неладное? – спрашиваю я. – Мне показалось, королевские воины очень беспокоились за меня.

О том, что генерал гонялся за мной, как за преступницей, и даже арестовал, я благоразумно умолчала. Не хочу вспоминать об этом.


– Все очень непросто. – Кассиан вздыхает. – Наши обычаи сложно объяснить в двух словах.

Я приподнимаю брови.

– Сегодня вечером я никуда не тороплюсь. Выспаться – это здорово, но кровать никуда не убежит.

Улыбнувшись, Кассиан отпивает вино.

– Дело в том, что сегодня вечером мы сделали жителям Рубии важное политическое объявление, которое их очень взбудоражило. Пойми, есть простые люди с простыми вопросами и им нужны простые ответы. Политика им чужда. В народе случаются волнения, и пострадать от них могут чужеземцы. – Он улыбается мне. – Словом, тебе волноваться не о чем. В этом дворце ты в безопасности, как в объятиях самой Матери, когда Она просыпается Утром.

– Матери Лиаскай, – добавляет Вики, прижимая руку к груди, а я чувствую укол в сердце, потому что, в отличие от сестры, думаю о нашей маме.

– Мы стараемся подавлять любую смуту еще в зародыше, и люди быстро успокаиваются, – продолжает Кассиан. – Но наши враги держат нос по ветру, стоит вспыхнуть волнениям, и злоумышленники тут как тут.

Вики кладет руку ему на плечо.

– Не зови их нашими врагами, они не враги.

Поймав мой взгляд, она поясняет:

– Он говорит о правителях соседних стран. Да, они жаждут власти – такова природа вещей, и это даже неплохо. Но есть же какие-то пределы!

– И они их не соблюдают?

Вики качает головой.

– Иногда они пытаются пересечь черту, пользуясь тем, что в Лиаскай неспокойно. Но мы знаем, как им помешать. Я бы очень хотела сама показать тебе дворец, но, увы, завтра целый день буду давать аудиенцию и должна быть со своим двором.

– Тогда в чем дело? – допытываюсь я. – Что так встревожило народ?

Вики открыла рот, чтобы ответить, но Кассиан ее опередил:

– Законы, принятые много веков назад, снова и снова подвергаются сомнениям, хотя потом люди понимают, что эти законы не зря так долго соблюдались. Соблюдались потому, что законы сии, – он щелкает ногтем по бокалу, и тот звонко дзинькает, – действуют.

– «Ничего необычного, business as usual», как говорят в Ирландии, – вставляет словечко Вики. – К вечеру я со всем разберусь – и знаешь, что мы сделаем? Устроим праздник! Я уже разослала приглашения, будет столько гостей! Ты непременно должна со всеми познакомиться!

Кассиан поднял свой бокал:

– В этом она вся, моя Королева. Обожает закатывать праздники. Спонтанно, по поводу и без повода! Приготовься к роскошному балу, Майлин!

Честно признаюсь, мне хотелось сказать Вики, что я предпочла бы поговорить с ней наедине. Меня терзает смутное чувство: я совсем не знаю свою сестру, но очень хочу узнать снова! Мы же собирались побыть вдвоем, в тишине и спокойствии, и разве бал для этого подходит? Но Вики в полном восторге, а я не желаю ее расстраивать.

У нас еще будет время на разговоры.



Вики с Кассианом проводили меня до самой спальни. Смотрю им вслед. Они удаляются в свои покои, и тут я замечаю, что они взялись за руки. За ужином Вики и Кассиан почти не прикасались друг к другу и больше походили на деловых партнеров, чем на супругов. Но может, таковы правила этикета? Что ж, теперь я спокойна. Они близки между собой, ближе, чем кажется на первый взгляд.

В спальне мерцают свечи, а девушка с седыми волосами ждет меня.

– А тебе не пора спать? – удивляюсь я, но она молчит, как и всегда. Завожу руку за спину, пытаясь нащупать шнуровку платья, но горничная уже засуетилась вокруг меня, развязывая ленты. – Где ты спишь?

Вместо ответа горничная застенчиво улыбается, склоняя голову. Я хотела обсудить девушку с Вики, но от волнения совсем про это забыла! Вот ведь, как жаль! Может, горничная нема? И тут я вспоминаю: из прислуживавшей за столом челяди никто не произнес ни слова.

– Ты же можешь говорить? – спрашиваю я горничную. Она поджимает губы, опуская глаза в пол. – Скажи. Ну, давай! Там, откуда я пришла…

Девушка бросает на меня испуганный взгляд, и я понижаю голос:

– В общем, у нас там очень невежливо молчать, когда тебя о чем-то спрашивают.

Она лихорадочно набирает в легкие воздух и на выдохе еле слышно шелестит:

– Горничная…

– Ага. Ты горничная. И что это значит?

Опять молчит!

– Дай угадаю?

Девушка неуверенно кивает.

– Горничным нельзя разговаривать?