Дикарь королевских кровей. Леди-секретарь

Джер нахмурился, пытаясь то ли сообразить, то ли вспомнить моё расписание. В итоге сказал:

– Не скоро. Думаю, через год-два.

Я аж подпрыгнула от возмущения, Иофания с подружками – тоже. И хотя его высочество точно шутил, а ещё защищал меня от Кровососки, захотелось одёрнуть, напомнив: я секретарь, а не раба!

Но я, конечно, смолчала. А через пару секунд взяла себя в руки и, невзирая на холодящий страх перед родственницей, изобразила беззаботную улыбку. Осторожно соскользнув с бревна, присела перед Джервальтом в реверансе и сказала:

– Ваше высочество, мы с тётушкой отойдём всего на минуточку. Буквально два слова…

Дикарь посмотрел удивлённо – мол, Алька, ты серьёзно? И тут же поморщился, явно разочарованный тем, что не оценила его попытку оградить меня от светской хищницы.

Но я действительно не могла воспользоваться щедростью Джервальта – зная тётку, бегать от неё бесполезно, только разозлится сильнее. Гораздо разумнее поговорить и покаяться сразу. Особенно с учётом того, что сейчас она зла на принца, а значит, есть вероятность, что будет добрее ко мне.

Поджав губы, я бросила беспомощный взгляд на лежавшую в отдалении мантию и отправилась как была, то есть в платье. Оставив баронессу с виконтессой на том же месте, мы с Иофанией чинно удалились шагов на двадцать, а потом я услышала злобное:

– Ты что творишь?!

Увы, надежды не оправдались, злость на Джера отношение ко мне не смягчила. В шипении Кровососки было столько чувства, столько экспрессии, что я невольно начала выстраивать силовой блок и на всякий случай отодвинулась от её украшенной магическим камнем клюки.

– Ты что творишь, я спрашиваю? – продолжила тётка. – Что за развратный вид? Что ты себе позволяешь?!

Я почувствовала, как запылали уши, как тот же пожар охватил щёки и плавно перетёк на шею.

– Я… не… – проблеяла, пытаясь оправдаться, но была перебита.

– Позор семьи!

У Иофании даже глаза от злости выпучились, а клюка, которую тётушка часто использовала как оружие, несколько раз впечаталась в газон, оставив в земле глубокие дыры. Почему-то представилось, что такая дырка может появиться и в моей голове.

– Отец и мать тебе доверяют, оставили без присмотра, а ты вместо того, чтобы исполнять обязанности, возложенные Советом, глазки всяким… хамам строишь!

Ну вот, приехали. О чём я и говорила. Сейчас ещё заявит, что я в постель к наследнику стремлюсь.

– Ты! – продолжила шипеть родственница. – Ты!!!

И тут я поняла важное – оправдываться бесполезно. Могу хоть полдня на объяснения потратить, а Кровососка всё равно будет кричать, что веду себя непозволительно.

Мне хотелось уйти молча, оставив тётку наедине с её эмоциями, но такой ход был невозможен – не отпустит. Требовался шоковый аргумент, что-то, что дезориентирует престарелую леди хоть на пару секунд.

Вот я и сказала:

– А что, если он мне нравится? – И раньше, чем Иофания перебила: – Нравится настолько, что ничего не могу с собой поделать? А так как магов его высочество, по понятным причинам, не жалует, привлекаю чем могу.

С этими словами я демонстративно выпятила грудь – благо стояла спиной к тренировочной площадке, то есть видеть жест могла только собеседница, – после чего развернулась и со всех ног помчалась к Джеру.

К глубочайшему сожалению, принц за это время переместился с ближнего края площадки на дальний, собственно, на тот, где гремели железяками его товарищи.

Но в данный момент толпа полуголых потных мужчин была и безопаснее, и гораздо симпатичнее одной вписанной в наше генеалогическое древо старушенции. Да будь я совершенно голой, всё равно бежала бы сейчас к ним, а не к ней!

В спину прилетело что-то злобное, но я не среагировала. Лишь порадовалась тому, что это не заклинание – простую ругать как-нибудь переживу.





Глава 14




Промчавшись по краю широкого рва, наполненного грязью, протиснувшись между несколькими подвешенными на цепях брёвнами, которые миленько качались из стороны в сторону, и одолев ещё одну площадку «без подвохов», явно предназначенную для фехтования, я едва не врезалась в широкую фигуру Джера.

Его одичалые товарищи, увидав-таки мой наряд, дружно присвистнули, и лишь теперь его высочество догадался обернуться и… недобро прищурил глаза.

Миг, и меня словно невзначай загородили от приятелей, однако я внимания на манёвр не обратила…

– Вы! – прошептала, гневно тыча в высочество пальцем. – Вы хоть понимаете, как меня подставили с этим платьем?

– Я?

И столько невинного удивления в голосе, что захотелось вернуться, отнять у Иофании клюку и опробовать этот легендарный предмет на Джервальте – отколошматить принца так, чтобы совесть проснулась, а желание копаться в моём гардеробе прошло навсегда.

Однако злость не помешала не забыть, что бежала я сюда не ругаться, а прятаться. Ну и за тем, чтобы дать леди Фанни возможность увидеть, что ну очень неровно к наследнику дышу.


В итоге я выдохнула, растянула губы в фальшивой улыбке и присела в глубоком реверансе – надеюсь, издалека и со спины сойдёт за заигрывание?

– Алечка, ты перегрелась? – отреагировал на происходящее Джервальт.

Тут я вспомнила, что вообще-то обижена и, надув щёки, не сказала ничего.

Джер глянул жалобно. Потом ещё на товарищей обернулся, словно прося совета в непонятной ситуации. А повернувшись обратно, сказал:

– Алька, давай ты лучше шипеть и ругаться будешь? Так я хоть приблизительно представляю, что у тебя на уме.

Ну уж нет, облегчать наследнику жизнь я не собиралась – он-то мою только тяжелее делает!

– Тётка ругалась? – продолжил налаживание диалога Джервальт.

Я промолчала.

– Ты расстроилась?

Снова тишина.

– Мм-м… Мороженого хочешь?

А за эту мысль я зацепилась.

– Не мороженое, а коктейль, – сказала бодро, а принц украдкой выдохнул. – Только пить я его желаю у фонтана «Золотое яблочко»!

Дикарь поморщился, он явно собирался обойтись меньшей кровью, то есть откупиться одним угощением без прогулок по дворцовой территории. Даже рот открыл в явном намерении предложить остаться здесь, но быстро догадался, что фокус не пройдёт.

Шумно вздохнув, он указал своей лопатообразной ладонью в сторону покинутого мною бревна – именно там была брошена не только мантия магианны, но и его рубаха. Я всё поняла, но оборачивалась предельно медленно, боясь наткнуться на пронзительный взгляд Иофании и её подруг.

К счастью, тётки уже не было. Или это, наоборот, дурной знак?

Стоило осознать, что опасность миновала, и я погрустнела. Смелость схлынула, и теперь собственный поступок казался… даже не глупым, а катастрофичным.

Я! Заявила Кровососке, что добиваюсь Джервальта! Ы-ы-ы!

– Ну так что? – подтолкнул мужчина, чьими стараниями от моей репутации остался уже жалкий огрызок. – Идём?

Я кивнула. Шагая к бревну, вновь и вновь прокручивала в голове разговор с Иофанией и неожиданно зацепилась за ускользавшую всё это время от внимания вещь…

Я сказала тётке, что его высочество не любит магов. А ведь это правда – Джервальт нас в самом деле не жалует. Не любит и не может любить, потому что именно «из-за магов» отправился в изгнание на десять лет.

Во-первых, он пытался разбить Чашу Сил – великий артефакт, который во многом обеспечивает власть Совета, то есть фактически выступил против магов.

Во-вторых, Глас – штука магическая, и вещатель – маг, и… ну чисто технически именно мы отправили его высочество в дикие земли. Не в цивилизацию! Не к соседям, готовым приютить провинившегося наследника, а туда, где люди не выживают. Будь я на месте Джервальта, имела бы большие претензии и, как понимаю, у принца они тоже есть.

Забрав и натянув мантию, прикрывшую всю неприличность моего наряда, я украдкой покосилась на Джера. Не любит… Это было очевидно, только раньше как-то не осознавалось.

Он не любит, а тут… молоденькая магианна в качестве воспитательницы. Ох, какое счастье, что дикарь меня не прибил ещё при знакомстве!

Воображение, видимо, из-за встречи с Кровосоской, стало кровожадным, и мне сразу представился распластанный труп в луже крови – мой труп, разумеется. По телу побежали мурашки, и я даже головой замотала, бормоча непроизвольное «брр!».

Кстати… А почему он меня не прибил? Подозрительный взгляд на потенциального убийцу был быстрым, но незамеченным не остался.

– Что? – поинтересовался Джер.

Я подумала и не ответила.

– М-да, – добавил наследник, точно недовольный этой игрой в молчанку. Но насчёт обещанного коктейля и прогулки не передумал.

Тоже оделся и подставил локоть, который я благополучно проигнорировала. Не расстроился. Просто фыркнул и зашагал рядом со мной.



И вот идём… Я – в строгой мантии, но с предательски красными щеками, и он – огромный, волосатый и воню-ю-ючий… Ведь всё то время, что леди с подпорченной репутацией принимала солнечные ванны, наследник его величества Эрилара Витариуса Пятого прыгал, бегал и всякие неподъёмные железки таскал.

Наш путь лежал через два закрытых коридора и один из секторов обширного сада, и если в саду всё было более-менее терпимо, то когда шли по коридорам, я признала себя самой ужасной воспитательницей в мире. Ведь моя задача вернуть принца в цивилизацию, окультурить, напомнить о манерах, а я… О небо! Какой позор!

Одно хорошо – в коридорах встречались только стражники, а они люди далёкие от светского общества, молчаливые и тоже иногда попахивают. Зато я сама едва не задохнулась! Едва сдержала желание применить заклинание, создающее индивидуальный воздушный фильтр.

Уже в саду состоялась встреча с лакеем, которому Джервальт отдал распоряжение, и мы двинулись к тому самому фонтану. Шли неспешно, давая слуге возможность догнать и вручить леди коктейль.

Напиток был налит в высокий хрустальный бокал, снабжён трубочкой и оказался удивительно вкусным – фруктовым и лучшим в моей жизни! Фонтан тоже понравился – прежде я этот элемент садово-инженерного искусства не видела, но представляла именно таким.