Дикарь королевских кровей. Леди-секретарь

Ухмыльнулся. И посмотрел так, что мысль об отлучке в родовой особняк уже не казалась такой хорошей. Тем не менее, я поджала губы и указала на дверь в гостиную, после чего неторопливо отправилась туда.

Джер тоже поднялся, но до двери дошёл раньше и приоткрыл эту дверь показательно-галантным жестом. Ну а когда остались наедине…

– Мм-м… что понадобилось юной магианне от её… хм… работодателя?

При слове «юная» меня передёрнуло, потому что я, во-первых, не сильно моложе, а во-вторых, прозвучало как «соплячка». Однако цепляться к небритому верзиле всё же не стала и, более того, попыталась принять максимально доброжелательный вид.

– Ваше высочество, а у вас какие планы на вечер?

– Есть предложения? – парировал принц с явным подтекстом, но я не смутилась.

А потом подумала и поняла – кстати, а почему бы нет?

Оставлять принца одного всё равно страшно, а уж в компании его дружков – тем более. Удалиться из дворца, чтобы потом в случае чего получить по голове от Эризонта – ещё страшнее. Ну а раз так…

– Да, есть, – сказала я, миленько хлопнув ресницами. – Хочу пригласить вас на короткую прогулку по городу.

Джервальт глянул озадаченно.

– Тут недалеко, поэтому можем пойти пешком.

– Да-а-а?

Я немного замялась, и в этот миг в голову пришла вторая, уже по-настоящему здравая мысль: после предыдущей поездки в город о моём присутствии рядом с принцем узнала вся столица, но всё же оставался призрачный шанс, что до фамильного особняка сплетни не долетели. А если заявлюсь вместе с Джервальтом, в особняке узнают наверняка, и в этом случае доноса герцогу Граньонскому не избежать.

А папе знать нельзя, потому что обязательно вернётся и прибьёт, и… В общем, нельзя, и всё тут! И раз так, то идея совместной «прогулки» предельно неудачна. Лучше уж пусть Эризонт сделает втык.

Я тут же изобразила смущённую улыбку и сказала:

– Впрочем, нет. Не надо. Посидите во дворце, позанимайтесь своими делами…

– А я все дела уже сделал, – перебил Джер.

– Ну так найдите новые, – я снова ресницами хлопнула. – Вы отсутствовали столько времени, что…

– Я что-то не понял, – вновь перебили меня. – Алечка, так ты приглашаешь или нет?

Вот теперь я поймала волну раздражения и даже поправила:

– Не Алечка, а леди Алессандра. Или магианна, или…

– Так ты чего хочешь-то? – в третий раз перебил его высочество.

Я глубоко вздохнула и, вновь изобразив улыбку, ответила:

– Уже ничего.

Надо ли говорить, что после этого дикарь буквально загорелся желанием «прогуляться» со мною до дома? Никаких объяснений и уверений в том, что изначальное предложение было ошибкой, слышать уже не хотел.

Сначала он заглянул в столовую, крикнув свите, что отъедет ненадолго, а потом отправился в спальню, чтобы одеться. Я в панике поскакала за ним, продолжая отговаривать, но бесполезно.

– Да вы же меня опозорите! – в итоге воскликнула я.

Тут он замер, обернулся и сообщил радостно:

– Конечно! Кстати, по дороге никаких борделей нет?

Я взвыла, а наследник захлопнул дверь в спальню перед самым моим носом, бросив напоследок:

– Алька, прикажи готовить экипаж! Я не нищий, чтобы ходить пешком!

Спустя полчаса мы сели в карету, он – растрёпанный и сияющий, а я – понурая и грустная. В порыве этой грусти даже вспомнила заклинание, способное приморозить колёса к земле, но, учитывая скудность собственного резерва и необходимость беречь силы, так его и не произнесла.

Выехали…





Глава 9





Всю дорогу я размышляла, как бы половчее попросить Джервальта подождать меня в карете. Так, чтобы он наверняка согласился. Ничего толкового в голову не приходило. Да и вообще, думала я об этом совершенно напрасно – едва экипаж въехал во двор, принц спрыгнул на дорожку, вытащил на неё же меня и с присущей ему бесцеремонностью поволок в дом.

Я слова не успела сказать, как наследник престола уже принялся колотить дверным молотком. Хорошо ещё, что ногами пинать дверь не стал. Но и без того на шум мгновенно явились два конюха и три садовника. А на балконе графского особняка, расположенного строго напротив нашего, блеснуло стекло подзорной трубы.

Словом, неофициальный визит кронпринца в резиденцию герцога Граньонского грозил уже через час стать всестоличной сенсацией. Престарелая соседка-графиня мало того, что была любительницей заглядывать в чужие окна, ещё и числилась первой сплетницей города. И, что хуже, являлась подругой тётушки Иофании.

Я даже свою ладонь из руки Джервальта вырывать не стала – во-первых, без толку, а во-вторых, уже по опыту знала, что не отпустит.

Потом дверь родного дома распахнулась, и на пороге возник дворецкий… Наш Клаус славился умением держать лицо в любой ситуации, но сейчас его физиономия плавно вытянулась. Спустя миг ещё и рот приоткрылся, потому что кронпринц махнул рукой и заявил радостно:

– Привет, старикашка!

У-у-у… «Старикашка». Да я… Да я ж ему сейчас…

Я посмотрела на наследника с ненавистью, а дворецкий очнулся и, отступив в сторону, отвесил вежливый поклон.

Первым в дом вошёл Джер, а меня буквально втащил за собою. Тут же завертел головой и резюмировал:

– А ничё тут у вас.

Я мысленно взвыла, но желание пнуть принца всё-таки сдержала. Просто смысл? Ему ведь точно ничего не будет, а я и ногу могу повредить.

Долгий тяжкий вздох, и я таки выдрала ладошку из клешни наследника.

– Добрый вечер, Клаус, – вежливо сказала дворецкому. – Мы на пару минут.

Джервальт, хвала богам, промолчал, и я продолжила:

– Мне нужно взять кое-какие вещи, а его высочество пока тихонько посидит в гостиной, никому не мешая.

Клаус глянул круглыми глазами и, будучи человеком опытным, точно не поверил.

– Что значит «тихонько»? – хмыкнул высокопоставленный гость. – Хочешь сказать, мне даже бокал вина не предложат?

Я скрипнула зубами и…

– Сок, Клаус. Принесите его высочеству сок.

Просьба добавить в стакан яду, и побольше, так и осталась невысказанной. Пользуясь тем, что титулованный дикарь не протестует, я поспешила к парадной лестнице, чтобы подняться на второй этаж, где располагался папин кабинет.

Собственно, там в тайнике и хранился желанный артефакт, а доступ к тайнику у меня имелся – никаких ключей, достаточно вставить три пальца в едва заметные выемки на дверце. Дальше – лёгкий укол иглами, процесс распознавания крови и считывание ауры, затем замок чуть слышно щёлкает, и всё.

Изъятие накопителя заняло всего ничего, а потом я опять помчалась к лестнице, но уже к другой – чёрной, предназначенной для прислуги. Вновь очутившись на первом этаже, направилась к кухне.

Дверь была приоткрыта, и оттуда доносились голоса, и… весь дом был уже в курсе. Иного не ожидала, но всё равно погрустнела. Добрела до двери, проскользнула внутрь и замерла, наблюдая, как оживлённая беседа резко сходит на нет.

Когда меня заметили, тишина стала почти абсолютной – только крышка на одной из кипящих кастрюль хлопала подпрыгивая. На лицах прислуги отразилась смесь шока и ужаса, и, глядя на всё это, очень захотелось отступить в тень и притвориться, будто никакой хозяйской дочки тут нет.

Тем не менее, я нашла в себе силы сказать:

– Добрый вечер.

– Ах, леди Алессандра! – отмерла кухарка.

Я улыбнулась ей максимально беззаботно, но тут же переключилась на Аринию.

– Нянюшка, можно тебя? – позвала я жалобно.

Ариния послала несчастный взгляд и тяжело поднялась с табуретки. Подошла, чтобы обнять и увлечь обратно в пустой коридор. В объятиях няни стало очень спокойно, только продлилось это недолго…

– Ах, девочка, как же тебя угораздило? – сочувствующим шёпотом произнесла она.

– Это всё Совет, – понуро пожаловалась я.

Грусть накрыла с головой, и я даже носом хлюпнула, понимая, насколько всё плохо, и что хорошо уже никогда не будет. В смысле уже никогда от этой истории не отмоюсь, репутация безнадёжно испорчена, и выход лишь один – победить в этой борьбе.

Ну а чтобы победить, требовалось время, и я сказала прямо:

– Нянюшка, я к тебе с просьбой.

– Да, моя хорошая?

Я потупилась.

– Понимаю, это будет сложно, но, зная твоё умение убеждать… ты могла бы внушить остальным, что не нужно вмешиваться и особенно не нужно сообщать отцу?