Дикарь королевских кровей. Леди-секретарь

– Ты кого попугаем назвал, позор гильдии?

– Вы тоже портной? – озвучила я догадку.

– Тоже? – мигом переключился на новый объект для злости Пайтер. Он подпрыгнул, как мячик, развернувшись лицом ко мне, и гневно запыхтел. – Портной? Да я великий кутюрье! Тридцать восьмой представитель прославленной династии! Да её величество Оритания два года уговаривала меня перебраться из Кариса в ваше захолустье, куда не долетает ни одно модное веяние. Да я ваша единственная надежда на достойный облик. Да я…

Королевский портной больше не вмешивался – вероятно, по всё более вытягивающемуся лицу Джервальта видел, что пёстро разряженному вершителю моды тут ничего не светит. Принц даже рот уже приоткрыл, явно намереваясь отправить самопровозглашённого гения куда подальше. Но разве я могла упустить такой случай?

– Господин Пайтер, простите мне моё невежество, – встав между принцем и толстяком, изобразила я сожаление. – У магов во время обучения нет возможности следить за придворной жизнью, поэтому новость о вашем появлении прошла мимо меня. А его высочество вообще только-только вернулся из очень дальнего странствия.

– Алессандра! – с угрозой протянул за моей спиной Джервальт, но я этой угрозе не вняла и продолжила:

– Конечно же, наследник престола должен быть одет лучше всех, и такой мастер, как вы, непременно должен приложить руку к созданию его гардероба. Надеюсь, вы что-то уже приготовили?

Разумеется, он приготовил – через миг в гостиную въехала ещё одна стойка, на сей раз увешанная всеми оттенками радуги. Сопровождали эту выставку разноцветного шёлка и бархата три тщедушных существа непонятного пола и возраста.

Две команды – пёстрые адепты моды и унылые любители строгости – застыли по разные стороны ковра и принялись метать друг в друга злобные взгляды. Казалось, вот-вот прозвучит сигнал и начнётся бой не на жизнь, а на смерть.

– Сандра, – грозно прошептал принц, подойдя ко мне почти вплотную, – даже не думай…

Дожидаться продолжения фразы я не стала – ринулась вперёд, ухватила первую попавшуюся вешалку среди произведений потомственного гения, развернулась и, помахав добычей, заявила:

– Примерьте, ваше высочество! Я хочу видеть, что у вас есть… – Тут я увидела, что размахиваю тёмно-розовыми штанами, такими узкими, что даже мне бы были маловаты.

– Что есть, Алечка? – ухмыльнулся Джервальт.

Кто-то из визитёров нервно захихикал, а я мигом приобрела цветовое сходство с неприличными брюками. Отвернулась, схватила другую вешалку – с оранжевой рубашкой – и продолжила:

– Что у вас есть осанка. Королевская осанка!

– Ах, осанка…

– Именно! Во дворце всегда полно представителей других стран, и вы должны являть собой честь и достоинство нашего государства!

– Особенно достоинство, – хмыкнул принц.

Я сделала вид, что не поняла намёка – благо сильнее покраснеть уже не могла, – и жестом указала на спальню:

– Господа, везите всё туда!

Толстяк и его трио подмастерьев шустро устремились к двери. Портной короля был поумнее и дождался небрежного разрешающего кивка от Джервальта.

Я улыбнулась довольно и с чувством выполненного долга развернулась к диванчику, на котором сидела до появления портных, но не успела сделать и шага, как была крепко ухвачена за локоть.

– Куда же ты? – обманчиво ласково спросил принц, притянув меня к себе. – А кто же будет оценивать соответствие наряда моему статусу?

– Разумеется, я. Но вы же не думаете, что леди пристало наблюдать за процессом переодевания?

– Я, Алечка, не стеснителен. И очень, очень нуждаюсь в твоих советах.

– Так я подожду здесь, а вы позовёте, когда что-нибудь выберете.

– Вот как?

Принц показательно втянул воздух ноздрями и улыбнулся как-то загадочно и вместе с тем жутко. Даже мурашки по спине побежали, но я продолжила хранить достойное каменной статуи спокойствие.

Но через секунду всё же не удержалась от комментария:

– Начать предлагаю с той рубашечки и тех малиновых лосин. – Не то чтоб мне хотелось посмотреть, просто… ну а почему нет? Это ведь точно будет весело!

Принц, выслушав пожелание, улыбнулся ещё шире, развернулся и отправился к портным.

Дверь за наследником престола захлопнулась с таким грохотом, что с потолка обвалился кусок штукатурки. Только я опять-таки не смутилась – налила себе свежего чаю, подложила под спину подушечку, вытянула ноги и приготовилась в тишине и удобстве провести ближайшие полчаса.

Но едва сделала пару глотков, за стеной что-то загрохотало. Раздались хохот и истеричные взвизги. Потом всё стихло, но через пару минут повторилось. А ещё через пять – дверь открылась.

Я отставила чашку и села ровно, готовая созерцать, но вместо наряженного по моде Джервальта на пороге появились два помощника Пайтера. С круглыми перепуганными глазами, кряхтя от натуги, они волокли за руки бесчувственного толстяка. Следом шагал третий с ворохом разноцветных обрывков, прижатым к груди.

Я невольно вжалась в спинку диванчика и проводила эту скорбную процессию взглядом до выхода из апартаментов принца. Даже не спросила, что произошло, – и так понятно, что возвышенная натура мастера не выдержала столкновения с дикостью наследника.

А через пару минут, едва успела отойти от шока, из спальни выплыл сам Джервальт, и его внешний вид заставил разочарованно скривиться. Принц был одет в серо-бело-чёрное и приличное, и как раз то, что носят при дворе, но выглядел всё же не так.

Чулки, бриджи, рубашка с пышным многослойным жабо и длинный жилет с элементами шитья смотрелись на нём неестественно. Всё равно что нарядить в человеческий костюм мартышку. Вернее гориллу, но не суть.

– Не нравится? – спросил принц «ласково».


Я печально вздохнула. Конечно, хотелось отомстить за выходку с платьями, но этот наряд… это было даже не смешно. Ведь моя задача окультурить принца, а не превратить в пугало – желание увидеть Джера в малиновых лосинах не считается!

– Есть и другой вариант, – сообщил выглянувший из спальни Огест.

Я неохотно кивнула, а Джервальт вернулся в примерочную, чтобы выйти через несколько минут и…

Нет, я всё понимаю и знаю, что вот такие пышные шорты вкупе с обтягивающими чулками и остроносыми туфлями (а туфли Огест тоже где-то раздобыл) сейчас на самом пике придворной моды, но в случае с Джервальтом это слишком. У его высочества ноги слишком мускулистые, и я не уверена, что нас с портным за такое не убьют.

В итоге я сказала прямо:

– Снимите это, пожалуйста.

Джер тут же, с показательной готовностью, расстегнул тонкий пояс. Пришлось подскочить и гневно указать на дверь.

Наследник ушёл, а я поникла – и что, спрашивается, делать?

– Леди Алессандра, – выскользнув в гостиную, окликнул Огест. Он, как выяснилось, отличался от попугаеподобного «гения» не только «бесталанностью», но и способностью трезво смотреть на вещи: – В одежде, которую носит сейчас, его высочество выглядит лучше.

– И? – буркнула я хмуро. Как ни крути, а отпускать Джервальта в люди в том, что есть, было нельзя. Да и свиту его, по-хорошему, следовало переодеть.

– Я сейчас сниму мерки и попробую придумать что-нибудь усреднённое. Нечто, что могло бы совместить нынешний стиль его высочества с тем, что принято носить в обществе.

Мне идея понравилась, и я кивнула. Но вновь не удержалась и попросила:

– Только знаете что… Вы пару каких-нибудь ярких рубашек всё-таки сшейте.

Портной скривился, а я добавила:

– А лучше не просто ярких, а чтобы совсем. Этакий вырви-глаз.

Скривился снова, но кивнул, я же расцвела и… уж не знаю почему, но вновь подумала о малиновых лосинах. Те, что демонстрировал Пайтер Итибальд, порваны, нужно будет раздобыть ещё одни.

Через полчаса Огест с помощниками ушёл, а Джервальт, переодетый в привычные кожаные штаны и необъятную рубаху, заявил:

– На сегодня хватит, малышка.

– То есть? – пропустив мимо ушей фамильярную «малышку», удивилась я.

– То есть всё. Ты свободна, а я займусь делами.

– Какими ещё делами? – продолжила изумляться я.

На меня посмотрели снисходительно, громко щёлкнули зубами и, не дав никаких пояснений, потопали к кабинету.

Я сидела на том же диванчике, с опустевшей чашкой в руках и хлопала глазами, но потом всё же поднялась и последовала за Джером.

Наставник Эризонт говорил, что моей обязанностью является проверка личной корреспонденции, и если Джервальт собрался кому-то писать, то без моей помощи точно не обойтись. А то, что Джер этой помощи не очень-то ждёт, вопрос вторичный. Вмешательство это он как-нибудь переживёт.

Однако войдя в небольшой кабинет, как и спальня, примыкавший к гостиной, я застала наследника не за составлением посланий, а за чтением свода законов королевства.

Тут глаза снова на лоб полезли, а Джервальт…

– И что же тебя так удивляет, милая?

«Вы умеете читать?» – едва не выпалила я дурацкую шутку. Удержалась лишь чудом, но совсем промолчать не смогла.

– Вы решили освежить в памяти свод законов вместо того, чтобы устроить очередную пирушку?

– А ты мне сейчас нарочно идею подкидываешь? – не отрывая взгляда от страниц, парировал Джервальт.

Щёки невольно порозовели – да уж, хороша воспитательница, действительно дарю идеи вместо того, чтобы наставлять на путь истинный.

– Алечка, драгоценная, я же сказал – ты свободна, – повторил его высочество.

Искушение уйти было большим, но я изучила Джервальта достаточно, чтобы понимать – лучше остаться и проконтролировать. Поэтому села во второе свободное кресло и тоже взяла книжку, одну из тех, что лежали на столе подопечного. Это оказался воинский устав – всегда мечтала изучить.

Вторая половина дня прошла в целом мирно, и после раннего ужина в компании принца и его одичавшей свиты я решилась. Наследник нашего монарха вёл себя прилично и выкидывать новые фортели вроде бы не собирался, и это был повод рискнуть.

Просто воспитание воспитанием, но моего резерва действительно не хватало, и вопрос накопителя стоял в полный рост, а запрашивать артефакт у Совета было по-прежнему долго и хлопотно…

В итоге, когда закончили есть и все мужчины показательно вытерли перепачканные рты салфетками, я встала и спросила:

– Ваше высочество, можно вас на пару минут?