Часодеи. Часовой ключ

— А как же… — на миг Василиса растерялась. — Сегодня вроде выходной… Я думала поехать в город, встретиться с…

— Сегодня посвящение, — перебил ее Норт. — Так что никаких прогулок, сестричка. Не пошла бы ты… в свою комнату, набираться сил перед вечером. Я уверен, тебя ждет великое потрясение… Не могу дождаться. — Норт радостно оскалился.

— Что будет вечером? — спросила Василиса, повернувшись к госпоже Азалии.

— Дети! — Игнорируя вопрос, няня демонстративно встала из-за стола. — Сегодняшний день вы проведете дома. Отдохните, погуляйте в саду, но не шумите, берегите силы. Подождем того часа, когда приедет ваш отец и начнется великое испытание.

Выдав столь чудную тираду причем весьма благожелательным голосом, няня позвала кухарку — молчаливую полноватую женщину, чтобы та убрала грязную посуду.

Норт и Дейла первыми вышли из-за стола, Ноель увязался за ними, последним шел Эрик. Проходя мимо Василисы, он тихо шепнул ей:

— В библиотеке.

Василиса незаметно кивнула, удивляясь, как это она забыла об Эрике — единственной надежде хоть что-нибудь узнать о семейных странностях.

Но возле лестницы поджидал Норт.

— Сегодня вечером у нас будут гости, — ехидно сообщил он. — На посвящение придет госпожа Мортинова, а с ней — Марк.

— Я очень рада, — сказала Василиса, думая, как бы так незаметно пробраться в библиотеку. Однако путь лежал мимо лестницы, на первой ступеньке которой и стоял любезный братец.

— Марк очень злится на тебя, — продолжал Норт.

— На меня все злятся… — Василиса подумала, что это действительно так: отец, госпожа Азалия, эта Елена, Норт, Дейла, даже Эрик и Ноель — все на нее за что-то злились. Она непроизвольно сделала несколько шагов в сторону коридора.

— Я надеюсь, что ты не станешь часовщиком, — продолжал Норт, преграждая сестре дорогу. — И мы больше тебя никогда не увидим…

— Я не хочу становиться часовщиком! — возразила ему Василиса. — Я ничего не понимаю в часах.

Норт округлил глаза, а потом вдруг оглушительно расхохотался.

— Ой, не могу… Я все время забываю, что ты ничегошеньки не знаешь!

Василиса почувствовала, что ее лицо опять краснеет, густо заливаясь румянцем. В гневе она отодвинула хохочущего братца и зашагала в сторону библиотеки; Норт не препятствовал.

В библиотеке было тихо. Василиса прислушалась: кажется, никто за ней не увязался.

И тогда из-за шкафа вышел Эрик.

— Василиса, мне надо тебе кое-что рассказать… — начал он без предисловий. — Дело в том, что я… вернее, ты. Ух… На вот, возьми для начала.

На ладони Эрика сверкнул маленький золотой предмет, тут же перекочевавший в ладонь ошеломленной Василисы. При ближайшем рассмотрении вещь оказалась крохотными песочными часами — не больше обычного кулона. За стеклом корпуса блестели золотые песчинки.

Василиса повертела в руках странные часы.

— Они что, золотые? Зачем они мне?

— Да, золотые… — Эрик скривился, будто раздумывая, как получше объяснить. — Это непростые часы.

— Да знаю я, песочные. А почему песок в середине заполнен доверху? Как он будет высыпаться?

— Нет, я не о том. Они волшебные. Подуй на них и потри ободок, когда тебе будет грозить опасность.

— Не смешно, — зло сказала Василиса и попыталась вернуть часы, но Эрик отскочил как ужаленный:

— Ты не понимаешь! Тебя хотят убить!

— Ты с ума сошел… — Василиса озадаченно посмотрела на брата: кажется, тот действительно был напуган.

— Я слышал, что Елена заберет тебя, если ты окажешься часовщицей. Ну, если тебе удастся пройти испытание на часовую степень…

— Да кто такие эти часовщики?! — воскликнула Василиса.

Но Эрик не спешил с ответом.

— Давай сначала о часах…

— Ну ладно, давай, — согласилась Василиса, про себя гадая, что же братья такое задумали.

— Часы откроют временной коридор, на другом конце которого будет один человек… У него ты сможешь попросить помощи. Я советую тебе испытать часы до обряда часового посвящения, потому как после него может быть поздно.

— А теперь расскажи мне о часовщиках… — Василиса попыталась вернуть разговор к интересовавшей ее теме.

— О посвящении отец просил не рассказы-ы-ва-ать… — протянул в ужасе Эрик и осекся. Рот его стал похож на большую букву «о».


— Так это отец попросил тебя отдать мне часы, да?!

— Нет! — выкрикнул Эрик с какой-то тоской в голосе. — Еще до твоего приезда он собрал нас и строго-настрого запретил с тобой общаться и хоть что-либо рассказывать об Эфларе…

— Об Эфларе! — ахнула Василиса. — Пожалуйста, расскажи мне о ней… знаешь, наверное, я была уже там.

— Не обманывай, это невозможно. — Эрик кисло усмехнулся. — Не пытайся меня подловить. На Эфлару можно попасть через любой часовой механизм, но только лишь по-особому перекрутив стрелки. Ты-то уж точно не смогла бы совершить переход… А сейчас, прошу тебя, поверь мне: поднимись в комнату и испытай эти часики.

У Василисы было свое мнение насчет Эфлары, но она рассудила, что не стоит посвящать Эрика в подробности вчерашних приключений. Лучше уж сама разберется.

— Не буду я испытывать эти ча-а-сики, — передразнила она. — Если ты мне ничего не расскажешь.

— Слушай, это твое дело! — внезапно рассердился Эрик. — Я вообще не обязан тебе что-либо говорить!

— Тогда почему говоришь?

— Ну, — Эрик смутился, — просто…

— Это Норт тебя подослал, — уверенно заявила Василиса и, сощурившись, добавила: — Передай, что ничего у него не выйдет.

— Как знаешь, — окончательно разозлился Эрик. Лицо его побагровело, глаза превратились в обидные щелочки. — Если тебя уничтожат, будешь сама в этом виновата!

— Кому понадобилось меня уничтожать? — гневно спросила Василиса. — Я никогда никому плохого не делала. Ну, разве что совсем чуть-чуть… — Она вспомнила фиолетовый синяк у Норта под глазом.

— Ты умеешь часовать, я видел, — тихо сказал Эрик. — И между прочим, я не рассказал об этом отцу.

— Я не умею часовать… — возразила Василиса.

— Я видел часовой флер вокруг тебя, — перебил Эрик. — Целую кучу чисел!

Девочка смутилась.

— Ну, если ты о тех циферках… Они появились как-то сами… Может, это у многих бывает?

Честно говоря, Василиса сама была не прочь узнать побольше об этом «флере».

— Если у тебя будет выше степень, чем у Норта, — вдруг выпалил Эрик, — или даже такая же… тебя сразу убьют, чтобы ты не стала наследницей. Существует закон: старший сын является первым наследником, но если у девочки часовая степень выше… Марк рассказывал Норту, что наш отец никогда не согласится на твое посвящение и надеется, что ты — фейра. Но если ты не фейра…

Эрик перевел дыхание.

— Что за фейра такая? — Василиса вспомнила, что уже слышала это слово от Елены.

— Фейра — бездарная, то есть без часового дара рожденная. Рожденная человеком и… Слушай, — всполошился Эрик, — я не должен тебе много рассказывать! Меня могут сильно наказать. — Он поежился.

— Ладно.

Василиса решила, что надо действовать осторожно: может, тогда она разберется, где же тут подвох. Поэтому она сказала:

— Ты говоришь, что девочка не может быть наследницей, но ведь, кроме меня, есть Дейла!

С минуту они молча смотрели друг на друга.

— О Дейле разговор не шел, — пожал плечами Эрик, отводя глаза.

— Может, этот Марк просто пошутил?

— Таким не шутят.

— С чего бы это Марку меня убивать? — Разговор все больше раздражал Василису. Кажется, Эрик затянул с розыгрышем.

— Не Марку, — еле слышно произнес Эрик. — А… слушай, верь мне и все.

— Ну-ну. Тебя тоже убьют, если твоя степень будет выше?

Эрик вновь отвел глаза.

— У меня нет способностей, — очень тихо сказал он. Так тихо, что Василиса еле расслышала. — После посвящения я все забуду.

— Да что это за дурацкое посвящение?! — не выдержала Василиса. — Что оно означает?

— Слушай, хватит меня расспрашивать! — вдруг взорвался Эрик. — Я не должен был тебе ничего рассказывать! Какое мне вообще до тебя дело… Оставь меня в покое!

Брат развернулся и побежал прочь. Хлопнула дверь.