Клан Разящего Когтя (СИ)

— Руна Анно и Тхэ, — прокомментировал Бенедикт мои зарисовки, — должна быть еще одна, связующая. А у Тхэ нужно немного увести петлю правее.
Я так и поступила, изобразив ее заново полностью:
— Что они означают?
— Анно приводит иллюзию в движение, Тхэ распределяет магию по плетениям, — объяснил детектив, ожидая от меня очередной вопрос, и он последовал.
— Плетение волка очень сложное, но держится оно всего на трех рунах?
— Волк в данном случае — составная часть Имитации. Он связан со всеми четырьмя ее основополагающими рунами. Поэтому набор символов внутри здешних иллюзонов несколько упрощен. Проще говоря, если он выйдет за пределы Имитации, то тут же рассеется.
— И медведь, которого я приручила? Он тоже исчезнет?
— Конечно, — кивнул Бенедикт, — все здесь обреченно на исчезновение, если мы уничтожим иллюзию Шакала. Но это к лучшему. Что хорошего в том, что в случае возникновения любой опасности, каждый раз будет появляться гигантский медведь?
Ничего хорошего — резюмировала я мысленно. Стоит только поразмыслить, что произойдет с человеком, если тот ненароком меня обидит каким-нибудь скверным словцом. Вылезет гигантская иллюзия и расправится с ним. Нет уж! Мои размышления о прирученном иллюзоне прервал Орхиус, неожиданно материализовавшийся рядом с Бенедиктом. Призрак вампира исчезал периодически, разведывая обстановку. Сейчас у него был несколько взволнованный вид.
— Говори, — сухо произнес детектив, предрекая очередные неприятности на наши головы.
— Здесь есть еще какая-то магия, — подтвердил опасения Орхиус, — я ее ощущаю слабо, но чую это не к добру. Раньше ее не было. Чем ближе мы к Наца, тем ее становится больше. Если следовать направлению, заданному стрелкой компаса, то скоро ты и сам ее почувствуешь.
— Плохо, — обронил Бенедикт угрюмо, — мы только, более-менее, взяли ситуацию под контроль. Что еще нам мог уготовить Шакал?
— Это не иллюзоны, — сообщил Орхиус, — они вообще теперь особняком держатся. Я ни одного не заметил, пока изучал ближайшие территории.
— Я бы порадовался. Вот только полагаю, что это не с прота… — резюмировал Бенедикт. В любом случае, выбора у нас нет. Без захвата четырех рун мы не избавимся от иллюзии и не поймаем Шакала.
— Волки, нас охраняющие, тоже очень настороженно себя ведут. Озираются постоянно. Принюхиваются. — Добавил Вульфгред, нахмурив лоб. — Иллюзоны в точности копируют поведение лесных хищников. В момент опасности волки действуют так же. Единственное, убежать они не могут.
— Не останавливаемся, двигаемся вперед, — сообщил сомневающимся Бенедикт, — магия несмертельна.
— Почувствовал? — поинтересовался Орхиус.
— Да, — кивнул Бенедикт, — пока я не понял ее суть. Однако, мы скоро сами все узнаем.
Движение мы продолжили. Через некоторое время команда успокоилась, ничего не происходило. Вокруг было тихо. Лишь снег белыми хлопьями повалил с неба, кружимый в бесконечном танце подвывающим ветром. Слипшиеся снежинки падали вниз, просачиваясь сквозь иллюзию и оседая на настоящих деревьях. Данный факт мне показался удивительным, ведь для нас мир-Имитация был материален. Снегопад становился все обильнее, небо затянулось пасмурным полотном. Несмотря на это, снег вызывал лишь улыбку, разбавляя белоснежным сиянием удручающую мрачность. Повеяло холодом. Я обхватила себя руками, чувствуя, как мурашки разбегаются по телу. В тонкий мир я вошла очень легко, теперь мне стоило только подумать об этом. Сквозь небольшой покров снега, успевший образоваться всего за несколько минут, голубыми ручейками текла неведомая мне ранее субстанция. Присела на корточки и аккуратно коснулась магии ладонью. Ничего не произошло, рука прошла сквозь нее, оставив на коже ощущения покалывания. Я опрокинула голову, приметив, что пространство над верхушками деревьев наполнялось голубыми переливами.
— Что видишь? — я очнулась от вопроса Бенедикта.
Вернулась к реальности и увидела коллег, терпеливо ожидающих меня. Видимо, заметив отстающую, команда вернулась. Никто не отважился побеспокоить медиума за работой. Я привстала, тряхнула головой, полностью освобождая зрение от второй картинки. Лица команды стали четкими.
 
— Чужеродную магию, — ответила я, — она оплетает землю и закрывает небо. Голубые отсветы, похожие на течение воды.
— Это не темная магия, — заключил Бенедикт, — и я был прав — она несмертельная.
— Не зря же она тут появилась, — сообщил Макс обеспокоенно, — и явно она работает против нас.
— Согласен, — пробубнил Бенедикт зло, — Шакал-темный колдун. Он не может использовать светлую магию. Ему кто-то помогает.
— Новость так себе, — включилась в разговор Халесса, — кому из магов нужно помогать убийце?
— Я склонен к той версии, что колдун работает не один, — задумчиво произнес детектив, — а весь этот захват территорий Северного леса лишь часть глобального плана.
— Сеятели смерти, — вдруг вспомнила я знак, начерченный Шакалом на полной луне, — он имеет к этому отношение?
— Я сомневаюсь, что колдун стал бы выдавать название группировки, к которой сам относится. Это было бы опрометчивым с его стороны. — Ответил на это Бенедикт.
— Подождите, — угрюмо произнесла Халесса, — то есть, этот Шакал, совершая злодеяния, хочет подставить других? Зачем ему это?!
— Он знает, что его поисками занимаются служители правопорядка, — предположил Макс, — а мы в курсе, как выглядят знаки бандитских кланов.
— Тебя удивляет, что колдун хочет кого-то подставить? — ухмыльнулся Бенедикт. — Меня вот нет. У него вообще в голове многоходовочка. Не удивлюсь, если он заготовил несколько запасных планов.
— И что нам делать? — включился в разговор Вульфгред. — Мало нам было темной магии в моем лесу! Так теперь и светлый маг свои шаловливые ручонки тут распускает! Найду этого гада, сам порву и руки поотрываю!
— Я говорил, — ответил на это Бенедикт, — продолжаем путь. Сейчас нам нужна руна Наца, когда мы завершим с ней, останется еще две. — Детектив посмотрел на циферблат компаса и двинулся вперед. Мы, соответственно, поспешили за ним.
Течение новой магии заметно напрягло команду. Мы постоянно озирались, предчувствуя очередной подвох от убийцы. Орхиус, после озвучивания «благой вести» снова куда-то исчез. Полагаю, занимался выискиванием новых проблем на наши головы. Хотя, лучше быть предупрежденным заранее, чем попасть впросак. Я настроила картинку тонкого мира так, чтобы видеть реальность и одновременно различать линии потоков магической энергии. Они не были столь четкими, если бы я погрузилась в тонкие материи дальше, но, по крайней мере, так мне было легче реагировать на изменения и при этом не навернуться, случайно вписавшись в материальную проекцию иллюзии. Чем ближе мы подходили к руне Наца, тем сложнее вырастали плетения, а магическое полотно, замкнувшее нас сверху и снизу, становилось плотнее, голубое сияние его ярче. Орхиуса мы обнаружили в месте, где концентрация этой самой чужеродной магии была особенно ощутима. Как и предполагалось, данная странность была напрямую связана с искомой руной. Уйдя в мир тонких материй практически полностью, я принялась делать зарисовки знаков на чистом листочке блокнота. Заметив это, Бенедикт одобрительно хмыкнул. Знаков-рун было огромное множество, помимо основной Наца. Ее я распознала сразу, как самую большую и четкую. А все второстепенные символы, более тонкие и менее сложные, либо дополняли Наца, либо располагались немного в стороне. На этот раз одного листа мне не хватило, и времени ушло намного больше. Хотя рука теперь не тряслась, выводя уверенные линии.
— Ну вот, — бодро отметил детектив, оказавшийся возле моего плеча. Я вернулась в реальность, оценивая свои зарисовки, — прогрессируешь, коллега. Так много рун запечатлела, ошибок значимых нет. — Бенедикт забрал мое творчество, комментируя, — вот это то, о чем я говорил. Руна, скрывающая от магических существ плетение иллюзий — Ордио! — Наставник вырвал чистый листок из моего блокнота, выведя названный символ. Выглядел, вроде бы, несложно, но сколько всяких преград к расследованию он создал. — Чтобы ее дезактивировать, мы поставим над ней скрит.