Все только начинается
Гельда и Марисса были наверху, Люк копался в зимнем саду, подготавливая растения к холодам, и Анна открыла сама.
На пороге стояла молодая женщина, очаровательная блондинка лет тридцати. Розовый юбочный костюм обтягивал соблазнительные формы. Одежда, украшения, обувь и перчатки носили налет роскоши. И сумка – Аня с уверенностью сказала бы, что это безумно дорогая вещь. У забора был припаркован алый кабриолет.
С заплаканного, трогательно несчастного личика на Анну умоляюще глянули голубые глаза.
– Я к господину Танроу, – пролепетала блондинка. – Вы его секретарь? Передайте, пожалуйста, что пришла мистресс Тейтеер.
Аня машинально кивнула и отступила в сторону.
– О, господин Люк! – гостья заметила Танроу, выехавшего на шум, и бросилась к нему, стуча тонкими каблуками: – Как хорошо, что я вас нашла! Только вы можете мне помочь!
– Амалия? – удивленно проговорил Танроу. – Что случилось на этот раз?
– Это ужасно! Это просто ужасно! – воскликнула мистресс Тейтеер. – Я могу быть слеующей!
– Проходите в кабинет, – нахмурившись, проговорил Люк и скрылся за дверью вместе с гостьей.
– Не риэлтор, – в наступившей тишине озадаченно пробормотала Анна.
… Через двери кабинета были слышны всхлипы гостьи и бубнение Танроу. Аня приложила ухо к щели между створками. Ей это ничем особо не помогло.
– Боже, что я делаю? – пробормотала Аня, отойдя.
Нет, ей все это совсем не интересно. Временный сосед может заниматься, чем хочет, ему дали отсрочку. И все же ситуация любопытная. Блондинка – любовница Люка? Об их связи узнал муж? Не похоже, все слишком официально, и во взгляде Танроу нет ничего… эдакого.
Он адвокат и ведет бракоразводный процесс? Вряд ли бы женщина с таким достатком выбрала юриста из провинции, да еще и инвалида. Какие услуги может оказывать колясочник такой роскошной замужней даме?
Любопытство победило. Аня прошла на кухню и начала открывать ящички. Она не трогала дверцы, до которых не мог дотянуться Танроу. Кофе и турка обнаружились под ящиком для столовых приборов.
Аня аккуратно отмерила нужное количество зерен «Темной страсти» (ну и название!) в кофемолку, настроила тонкий помол и начала священнодействовать. Первая пенка, вторая… До профессионального баристы Анне было далеко, но некоторые секреты приготовления вкусного кофе она знала. Откуда? Из своего блога и нескольких интервью из лучших кофеен города.
Красивые чашки, идеально белые и тонкие, Аня купила в чайной лавке на Кленовой аллее. Кофейная пенка смотрелась в них просто великолепно. Несколько печенек (съедобных, а не тех, что покупал Люк) – на десертные тарелки (подобранные под чашки, чтобы в дальнейшем собрать полный сервиз), и готово.
Аня с завистью вдохнула кофейный запах. А эта «Темная страсть» неплоха. Аромат богатый, с нотками ореха и вишни. Танроу нищ как церковная мышь, но не может отказать себе в любимом напитке. У него дорогой фотоаппарат и добротные ботинки. Значит, и он когда-то знал, что такое качество и комфорт.
При мысли о всегда чистой обуви Танроу, у Ани немного испортилось настроение. Станешь тут красоваться в идеально свежих туфлях, если их подошвы никогда не касаются земли.
Изобразив вежливую улыбку, Анна постучалась в кабинет Танроу и тут же вошла. Проигнорировав изумленный взгляд Люка, ловко расставила чашки и тарелки.
– Я подумала, что вам не помешает подкрепиться с дороги. Вот бисквиты с сыром и ореховые рогалики, – сказала Анна, обращаясь к гостье.
– Спасибо, – прошептала мистресс Тейтеер, дрожащими пальчиками поднимая кофейную чашечку. – Вы очень добры. Я с утра за рулем, так устала.
Люк запихнул в рот печеньку, быстро запил ее кофе и сочувственно кивнул. Вопреки опасениям Ани, он и не думал выгонять ее из кабинета с полным подносом. Напротив, он казался довольным.
– Итак, продолжим. Случившееся с мисти Арифой вряд ли связано с вами… – услышала Аня его слова уже в дверях.
… Мистресс Тейтеер покинула дом через час. Она выглядела приободренной. А Танроу, наоборот, словно пробежал марафон. Он медленно въехал на кухню, где Анна мыла посуду.
– У вас случайно не осталось немного того чудесного кофе, мистресс Триеер? – вяло спросил Люк. – Согласен на холодный. И спасибо за атмосферу деловитости и… безбедности. Я отдам вам деньги за бисквиты.
– Прекратите все оценивать по шкале натурального обмена и денег, – бросила Анна.
– Вы первая начали.
– … и указывать мне на мои ошибки. Кофе я вам не дам. Бисквитов – тоже. Нормальной еды они не заменят. Я приготовила печеночный пудинг. Вам разогреть?
– Я никогда с вами не рассчитаюсь…
– Да хватит уже! Вы горды и самолюбивы… как кошка. Расскажите мне, чем занимаетесь – и будем в расчете.
– Это не тайна. Я частный детектив, – спокойно ответил Танроу, пожав плечами.
– Вы?! – удивилась Анна. – Но ведь вы…
– … инвалид? Да. Пуля убийцы – отца моей клиентки, которого я вычислил и преследовал – пробила позвоночник. Восемь месяцев реабилитации, на которую ушли все сбережения, а затем неожиданный подарок от гнезда – этот дом. Госпожа Тейтеер была моей первой клиенткой после ранения. Благодаря ее щедрому гонорару я смог купить коляску и восстановить некоторые старые связи.
– Но как вы ведете дела? Разве частному детективу не нужно следить за шаловливыми мужьями и неверными женами? Вести съемку. Дежурить в машине у дома.
Люк поднял на Анну глаза. Под нижними веками залегли темные круги, отчего острые скулы казались еще более выразительными.
– Я наблюдателен, внимателен к деталям, а еще… магически одарен. Это не тот дар, которым я мог бы заслужить теплое местечко в гнезде, но он позволяет сводить концы с концами. Когда мне что-то рассказывают, сосредоточившись на деталях, я могу увидеть картину произошедшего вот здесь, – Танроу прикоснулся пальцем ко лбу. – Это не всегда срабатывает, и я беру не все дела. Есть люди-проводники, а есть те, кого можно сравнить со сломанной антенной. Честно говоря, шестьдесят процентов моей работы – моя интуиция, а дар – оставшиеся сорок.
– И то неплохо, – заметила Анна.
– Я тоже так считаю. Конечно, когда дела пойдут получше, я найму помощников и стану платить информаторам.
– Теперь понятно, почему вы так переживали из-за объявлений в газете.
Аня поставила на стол тарелку с пудингом. Танроу блаженно закрыл глаза и, взяв вилку, кивнул:
– За время болезни я почти полностью потерял клиентуру. Однако Нестре-дун оказался неплохим местом для ведения столь специфичного бизнеса. Местные жители советуют меня родным и знакомым, я нахожу украденных овец и потерянные завещания. Но мой основной доход – дела обеспеченных жителей больших городов. Они готовы весь день провести в пути, лишь бы не попасться на глаза прессе, как это часто бывает в крупных детективных агентствах. Провинциальный детектив со скромным даром, далекий от интриг большого мира, – вот, что им нужно.
– Что стряслось у мистресс Тейтеер?
– Этого я вам сказать не могу. Сообщу только, что мы считали ее дело завершенным, однако недавно все усложнилось. Я, кстати, буду очень благодарен, если вы согласитесь на ритуал конфиденциальности, мистресс Триеер.
– Магический? Чтобы я не смогла никому ни о чем рассказать?
– Это стандартная процедура. Слава богам, мистресс Тейтеер приняла вас за моего секретаря. Иначе она не задержалась бы тут ни на минуту, – пояснил Танроу. – Я уже ищу другое жилье, но, боюсь, на поиски уйдет весь месяц. Мое объявление снова напечатали в колонке «Услуги частного характера». По нему меня нашла Амалия, найдут и другие. Если за эти четыре недели появятся новые клиенты и подтянутся старые, не могли бы вы…
– … продолжать изображать вашу помощницу? – Анна нахмурилась. – Мне, знаете ли, есть чем заняться.
– Это не бесплатно. Предлагаю процент от каждого дела. От вас – кофе и клятва неразглашения. Вам ведь нужны деньги? Помогите мне восстановить бизнес, а я помогу вам.