Мой грешный маркиз

— Жив — да. Пока да. Но я бы не назвала его здоровым. Бедный, хрупкий, бледный, маленький мужчинка. Не сомневаюсь, что у него чахотка. Да и в любом случае лорд Кэрью станет лучшим герцогом, чем его худосочный братец. Но что толку теперь об этом говорить? Шанс безвозвратно упущен.
— Шанс, что моя дочь выиграет от смерти другого человека? — сухо спросил лорд Старлинг свою вторую жену. — Прекрати, Пенелопа, Дафна с самого начала видела, что представляет собой этот надутый фигляр. А теперь, когда лорд Альберт показал свое истинное лицо, распространяя о ней слухи, я могу только восхищаться ее мудростью.
— Кстати, о слухах. Джордж, надеюсь, ты не думаешь вызвать его? — с тревогой спросила Пенелопа.
Глаза Дафны расширились.
— Женщина, не говори глупостей! — отмахнулся лорд Старлинг. — Для этого я слишком стар. К тому же еще ни один Старлинг не участвовал в глупых дуэлях.
— Вот и хорошо. Я только надеюсь, что ты не пожалеешь о том, что позволил своей дочери выйти из-под контроля и делать все, что вздумается.
— О чем ты говоришь? Дафна никогда не делает то, что ей вздумается. Она леди до мозга костей.
— Что ты хочешь этим сказать? — взвизгнула Пенелопа. — Ты упрекаешь меня тем, что я никогда не посещала пансион для благородных девиц?
— Нет, ни в коем случае...
— То, что я не аристократка по рождению, как твоя первая жена, вовсе не значит, что я и мои девочки должны рассчитывать на меньшее.
— Дорогая, я ничего подобного не думал.
— Если, говоря «леди», ты имеешь в виду дорогостоящий образ жизни своей дочери, не могу с тобой не согласиться. Мы не можем позволить себе содержать ее, Джордж. Мы должны найти ей богатого мужа, который будет платить за все эти бальные и театральные платья, наряды для прогулок и пикников. А чего стоит одна только ее благотворительность! Она отдает половину наших денег бедным.
— Да ладно тебе, ты снова преувеличиваешь. И в конце концов, это всего лишь золото.
— Всего лишь золото?! — Пенелопа даже задохнулась от возмущения. — Ты никогда не знал бедности, Джордж. — Она всхлипнула. — А я знаю, что мы закончим свои дни в какой-нибудь ночлежке.
— Не надо, дорогая, у тебя нет повода расстраиваться. — Сквозь приоткрытую дверь Дафна видела, как ее седовласый отец подошел к супруге и обнял ее. — Я знаю, что тебе много пришлось пережить после смерти капитана Пекуорта, но все это давно позади. Поверь, и ты, и девочки в полной безопасности. Нет никаких оснований для беспокойства. Сейчас акции падают, но они потом всегда опять вырастают. Уверяю тебя, бедность нам не грозит.
— Да, я надеюсь, но мои нервы всего этого не выдерживают, понимаешь?
— Давай я прикажу кому-нибудь из слуг принести тебе чаю.
— Все они бесполезны! — злобно фыркнула Пенелопа. — Хорошо, пусть несут.
Сообразив, что отец вот-вот выйдет из спальни, Дафна на цыпочках перебежала в свою комнату, расположенную чуть дальше по коридору. Сбитая с толку услышанным, она затаилась, дожидаясь, пока он пройдет. Не хватало еще, чтобы ее уличили в подслушивании и подглядывании.
Потом она прислонилась к закрытой двери, не зная, что и думать. Почему Пенелопа утверждает, что у них не хватает средств?
Дафна знала, что отец потерял какие-то деньги при обвале на бирже, который застал Лондон врасплох. Это произошло после сражения при Ватерлоо. Но папа все время повторял, что все в порядке. Тогда почему же она чувствует себя виноватой?
Если папа не собирается честно рассказать семье о ее материальном положении, тогда что делать ей? Научиться читать его мысли? Он ее отец, и она привыкла считать его слово законом. Если папа утверждает, что все в порядке, почему она не должна ему верить?
Ну а если существуют проблемы, тогда ему лучше было бы все объяснить. «Он же знает, что я не играю в такие игры...»
В любом случае ни для кого не было тайной, за кого она собиралась выйти замуж, когда будет к этому готова. Джонатан Уайт был ее лучшим и самым преданным другом и был готов ждать.
Она и Джоно были неразлучны с раннего детства, как Два Уилли.
 
Теперь, когда они выросли, стало очевидно, что Джоно слишком много внимания уделяет моде и никуда не может приехать вовремя, даже если на кон будет поставлена его жизнь. Тем не менее он забавный, дружелюбный и очень симпатичный молодой человек с хорошими манерами и безошибочным чувством стиля. И, как папа, никогда не дерется на дуэлях.
А главное, он был слишком проницателен и даже не пытался указывать Дафне Старлинг, что ей делать. Даже наоборот, с пятилетнего возраста он был готов следовать за ней и подчиняться ее мудрым приказам.
Джоно в отличие от Альберта понимал, что Дафна — человек. Он относился к ней с уважением, а она без колебаний доверяла ему. В общем, они были двумя горошинками из одного стручка.
Последнее время она старалась держать юношу на расстоянии, но только для того, чтобы убрать его с линии огня братьев Кэрью.
Тяжело вздохнув, она отвернулась от двери и окинула взглядом свою спальню. Первым, что она увидела, было роскошное белое бальное платье, висевшее на крючке двери ее гардеробной. Платье было предназначено для бала у Эджкомбов.
Она долго и задумчиво смотрела на него.
Платье только что принесли от модистки после переделки. Оно напомнило ей о предстоящей встрече с Альбертом.
Предстоящий бал будет первым, на котором они встретятся на публике после ее отказа.
Дафна точно знала, что лорд Кэрью там будет. Она даже намеревалась поговорить с ним и, возможно, раз и навсегда положить конец мелким, но злобным слухам, порочившим ее доброе имя. Поэтому было бы неправильно утверждать, что она ждала бала с большим нетерпением.
Она не любила публичных сцен, но...
Но ведь она старалась сделать отказ как можно менее болезненным для него! В виде любезности к нему и из соображений скромности она целых две недели не появлялась в обществе.
А ведь этот ужасный хлыщ даже не посмотрел на нее во время неприятного объяснения. Он все время любовался на себя в зеркало, висящее над софой, на которой она сидела, и улыбался своему отражению. Этакий белокурый красавчик.
Дафну едва не вывернуло наизнанку, когда он попытался ее поцеловать, тем не менее она нашла в себе силы и вежливо отказалась от столь высокой чести. Альберт воспринял ее отказ хуже, чем хотелось бы. И прежде чем выбежать из комнаты, пообещал, что она горько пожалеет.
После столь бурной сцены Дафна старалась в городе не попадаться ему на глаза. Но больше она не станет держаться в тени и позволять ему порочить ее.
И если завтра вечером ожидается сражение, она могла только поздравить себя с удачным выбором оружия. Элегантное и простое платье было сшито из нежного шелка и удивительно шло ей.
Не сомневаясь, что станет объектом всеобщего внимания, Дафна хотела выглядеть безупречно. Для общества важнее всего внешность, и в этом платье она имела все основания не сомневаться в своей привлекательности.
Кроме превосходного платья, у нее не было никакого другого оружия. Как бы то ни было, она собиралась показать обществу, что у нее все в полном порядке.
Если Альберт начнет создавать проблемы, она ни в коем случае не должна допустить сцены. Несколько тихих замечаний, сказанных с улыбкой, — и все. Таким образом Дафна рассчитывала свести на нет его усилия.
Еще ничего не потеряно. Она не сомневалась, что сумеет обернуть ситуацию в свою пользу. Ведь она всю сознательную жизнь тщательно следила за своим поведением, и то, что теперь неожиданно оказалась в таком неприятном положении, можно было посчитать злой иронией судьбы.
В память о матери она всегда старалась вести себя, как истинная леди.
К счастью, Дафна верила, что даже из самой сложной и неприятной ситуации можно извлечь что-то хорошее. Так, например, после всего случившегося она узнала, кто ее настоящие друзья.
Одни отвернулись от нее, но другие, такие как Карисса и Джонатан, остались верны и преданны.