Мой грешный маркиз

Его прислал ваш шотландец, сэр, в ваше отсутствие.
— Вирджил? Замечательно. — Накануне вечером Макс отправил записку своему наставнику. — К бутылке прилагалось письмо?
— Вот оно. — Додели передал хозяину запечатанное послание. Макс сразу сломал печать и прочитал записку:
 Хорошее солодовое виски в честь твоей победы. Добро пожаловать домой, мой мальчик. Получил твое письмо из Бельгии. Ты прекрасно поработал по делу Веллингтона. Хорошая работа. Остальные еще не вернулись, но я жду их в ближайшем будущем. Будет время — приходи в клуб. Мы тут ввели кое-какие усовершенствования. Тебе понравится. 
 В. 
Макс не мог не улыбнуться, читая письмо своего старого ментора. Надо же — усовершенствования! Интересно, что на этот раз придумал Вирджил? Изобретательный, как все шотландцы, старый седой вояка не уставал возиться с самыми разными устройствами и механизмами и все время изобретал что-то новенькое для Данте-Хауса — лондонской штаб-квартиры Ордена. Макс даже представить не мог, о каких новшествах шла речь на этот раз.
А пока что он узнал довольно-таки интригующую новость: оказывается, он вернулся в город раньше других членов команды. Теперь он не мог дождаться, когда наконец увидит братьев-воинов.
С другой стороны, тот факт, что Уоррингтон и Фоконридж еще не прибыли, давал ему ощутимое преимущество в поисках невесты, и столь удобный шанс он не собирался упускать. В конце концов, подумал он с хулиганской улыбкой, они были его единственными соперниками, когда речь шла о женщинах.
Как и он сам, волки из его стаи откладывали женитьбу, поскольку были слишком заняты делами Ордена, но их высокие титулы, как и его собственный, требовали, чтобы они выбрали наконец жен и обзавелись наследниками. Нравится им это или нет, но всем троим предстоит надеть кандалы.
Макс усмехнулся, подумав, что сделал рывок уже на старте.
Учитывая свою скрупулезность и методичность, он начал подготовку к женитьбе заранее — в точности так же он готовился бы к любой другой миссии. По его указанию вся лондонская ярмарка невест была изучена, систематизирована, и в результате он получил список из пяти имен. На этом его мысли снова вернулись к Дафне Старлинг.
— Я могу сделать для вас что-нибудь еще? — поинтересовался Додели, внимательно наблюдавший за хозяином.
— Мне нужно приглашение на бал к Эджкомбам. — Макс сделал еще один глоток и слегка поморщился — виски обожгло горло. А у Додели брови от удивления взлетели на лоб. — В чем дело, старина?
— Вам, сэр? Собираетесь на бал? — Старый дворецкий все еще не верил своим ушам.
— Совершенно верно, — сухо ответствовал Макс. — А в чем дело? Даже интересно, рухнет ли кто-нибудь в обморок, когда я войду в зал?
Додели опустил глаза, вспоминая редкие вылазки своего хозяина в общество. Будучи верховным главнокомандующим всей домашней челяди, он был оповещен о поисках невесты. Ему не нужны были слова, чтобы выразить свои чувства по любому вопросу храброму и эксцентричному маркизу, которому он так давно служил.
Но сейчас он не мог справиться с волнением, сделав совершенно правильный вывод, что его светлость, вероятнее всего, всерьез заинтересовался какой-нибудь молодой мисс.
Самым деликатным тоном, на какой он был способен, даже сдерживая дыхание, он спросил:
— Можем мы надеяться, что в этом доме скоро появится хозяйка, милорд?
— Некая дочь виконта кажется занятной, — признался Макс, — но все не так просто. Боюсь, возникнут трудности и немалые. — Для Дафны Старлинг он обычный транжира, пьяница и завсегдатай борделей.
Несомненно, то, что она видела его выходящим в абсолютно пьяном виде из низкопробного борделя, подтвердит все, что она услышит о нем в обществе, когда узнает его имя и начнет задавать вопросы.
К сожалению, он не мог усадить ее рядом с собой и рассказать правду. «Не стоит беспокоиться, мисс Старлинг. Я был там не для того, чтобы воспользоваться услугами проституток, а чтобы следить за вами...»
 
Пожалуй, так делу не поможешь.
Какому еще делу? Он не выбрал ее на роль своей жены. Вовсе нет.
Макс нахмурился, почувствовав раздражение самим собой.
— Я хочу пойти на этот бал совсем ненадолго — всего лишь убедиться, что с ней все в порядке, — проворчал он. — И еще пусть она увидит, что я цел и невредим, и не винит себя ни в чем.
Додели уставился на хозяина, не имея ни малейшего представления, о чем идет речь.
— Конечно, сэр.
— Ох уж эти женщины. Они всегда волнуются.
— Только те, у которых есть сердце, — мудро заметил дворецкий.
— У нее есть. Определенно есть, — сказал он, вспоминая, с какой явной неохотой она покидала место сражения.
«Сэр!» — кричала она. Дважды. Рискуя собственной безопасностью, она старалась спасти его в самый разгар его попыток спасти ее.
— Хорошо. — Додели забрал у Макса пустой стакан и вздернул подбородок. — Я проинформирую леди Эджкомб, что ваша милость прибудет завтра вечером на бал. Вы только что вернулись из-за границы и, естественно, считаете своим долгом проявить уважение к своим благородным родственникам.
— Ах, родственникам... Мне нравится такая постановка вопроса, Додели. Я и забыл. Они мои дальние кузены, да?
— По материнской линии, милорд. Леди — внучатая племянница троюродного брата... кажется.
Макс улыбнулся своему давнему и преданному слуге.
— Прекрасно. Потому что, видит Бог, передо мной стоит трудная задача.
— С Эджкомбами, сэр?
— С девушкой. — Он снова улыбнулся и подмигнул. — Боюсь, придется кое-что исправить.
— Как, уже? — с негодованием спросил Додели.
Макс только вздохнул.
Дафна еще полчаса отказывалась покидать Стрэнд. Отмахнувшись от встревоженных слуг, она ходила взад-вперед, ожидая возвращения служителей закона. Она должна узнать хоть что-нибудь о судьбе своего таинственного спасителя; ну или по крайней мере удостовериться, что на Бакет-лейн не лежит его хладный труп.
Очень хотелось узнать его имя, но когда старый констебль вернулся, он сказал, что в указанном ею месте такого человека не было, только дюжина местных хулиганов утирала разбитые носы, а еще несколько человек отчаянно ругались из-за сломанных ребер.
Другие офицеры произвели несколько арестов за нарушение общественного порядка и отвели своих пленников к мировому судье, но в целом, в обычной для Бакет-лейн манере, никто ничего не видел и не слышал.
Конечно, никто ничего не говорил.
Новости расстроили Дафну. Они, разумеется, могли означать, что тот лорд-псих сумел спастись, но с такой же вероятностью можно было предположить, что бандиты убили его и тело куда-то спрятали. Все же он пребывал в безнадежном меньшинстве.
Полицейские бегло осмотрели паб и первый этаж борделя, но не могли продолжить обыск всех зданий без ордера. Даже у бандитов с Бакет-лейн были права.
— Я уверен, он спасся, кем бы ни был, — сказал Уильям, сидевший на месте кучера, и Дафна наконец сдалась. Она заняла свое место, и коляска покатилась в сторону Южного Кенсингтона, зеленого и очень красивого пригорода Лондона.
— Мы все сделали правильно, — вступила в разговор Вильгельмина.
— А вдруг его убили?
— Знаете, мисс, если джентльмен забирается в трущобы, чтобы посетить подобное заведение, он должен знать, на что идет. Он же сам их спровоцировал.
— Думаю, он старался нам помочь, — вздохнула Дафна. — Он хотел отвлечь внимание бандитов от нас.
— Я тоже так считаю, — признался Уильям. — Даже вконец упившись, джентльмен знает, что должен помогать леди.
— Господи, — прошептала Дафна. Ей стало плохо от одной мысли о том, что, возможно, пару часов назад из-за нее убили человека. Не менее тревожной была мысль, что могло случиться с ними, если бы он так вовремя не вывалился из борделя.
— Мисс, вы должны верить, — сказал лакей, заметив, как вытянулось лицо Дафны. — Знаете, наша мама часто повторяла, что ангелы заботятся о дураках, пьяницах и детях.